«Манчестер у моря»
Режиссёр: Кеннет Лонерган
«Там пусто, там ничего нет»
Заснеженные дороги у домов, чистый воздух и атмосфера безразличия. Все это окружает Ли, слесаря обслуживающего многоквартирный дом, который то и делает, что рабоатет, выпивает и устраивает побои в местных пабах. Первая часть фильма была почти что унылой, ведь все, что мы видим – недовольное и безразличное лицо Кейси Аффлека. Сюжет по накатанной наполняется причинами и следствиями. Ли приходит известие о кончине Джо - его брата, который, как оказалось, распорядился передать опеку своего сына Патрика нашему главному герою. На этом построен сюжет двухчасовой драмы. Именно из-за долгого повествования и не слишком динамичного сюжета многие кинокритики наградили фильм званием «самый переоцененный на премии Оскар».
Не уверена, что есть смысл спорить с тем, что фильм нудный, потому что это очевидная вкусовщина. Фильмы, в идею которого входит картина эмоционального мира героев, не должен пестрить динамичным сюжетом и сменяющейся ежеминутно картинкой. Главное преимущество фильма – место для передачи чувств, воспоминаний и эмоций человека. А такое место может предоставить только большой хронометраж и «текучесть» сюжета. Я убеждена, что фильмы с таким направлением сюжета не могут выжить без иронии и юмора, что абсолютно точно есть в «Манчестере». Правильность концепции сюжета подтверждается началом и концом фильма. Теперь о том, что было между.
Как я писала выше, адвокат брата Джо огорошил Ли известием о том, что шестнадцатилетний племянник становится его ответственностью. Именно в кабинете адвоката нам раскрывают все карты – становится яснее прошлое Ли. Пожар, унесший жизни его дочерей, застрял в памяти и душе Ли навсегда. Такое явное клише в мире кино ничуть не преуменьшает значимость события в мире героев, ведь оно показано с правильно расставленными акцентами. Пара секунд отводится сцене огня, следом мы видим Ли на фоне уезжающей машины скорой помощи с надписью «Манчестер», еще дальше разговор Ли с полицейскими, за спинами которых он видит тела своих детей в черных чехлах.
Как во время разговорва с полицейскими, так и с врачами в больнице, фокус камеры всегда направлен на Ли, остальных либо не видно, либо не слышно. Мы практически всегда с ним.
Еще об одной детали в формировании сюжета: обрывки воспоминаний. Иногда просто не осознаешь, когда режиссер решает перекинуть нить повествования в прошлое. Но понимание приходит с счастливым и беззаботным лицом Ли, глядя на которое понимаешь, – это не может быть настоящим. Шуточные разговоры Ли с Паркером, в которых первый допытывает у племянника, кто же все таки лучше - он или его папа, разговоры про акул и беззаботный смех мальчика погружают нас в личный и хрупкий мир прошлой жизни. Не оставляют равнодушными и сцены из дома Ли, в которых он нежно целует своих детей, спрашивает о здоровье свою жену, рассказывает о своем дне.
После пожара Ли переезжает из Манчестера в Бостон. С появлением опеки ему приходится принять решение относительно того, где ему остаться жить. Паркер живет и учится в Манчестере, а Ли просто не может оставаться в месте, где всё и все напоминают ему о прошлом: люди, провожающие его словами «это тот самый Ли?»; воспоминания, которые все чаще проявлялись в определенных местах города, - все это отталкивает его от племянника. Ли говорит о том, что не готов к такому шагу. И мы ему верим. Он до сих пор винит себя, и эта вина никогда не уйдет.
Об этом мы узнаем из самой эмоциональной и, как по мне, центральной сцены фильма – сцены в полицейском участке, где убитый и истощенный Ли говорит о его оплошности, послужившей возникновению пожара в собственном доме. Услышав благодарность и снисходительность в словах полицейских, Ли не верит, что его просто так отпустят, ведь он считает себя безоговорочно виновным.
- и все? я свободен?
В этот момент Ли принимает единственное решение, в котором он видит хоть какой-то выход - приставить дуло пистолета к виску. Встретив противостояние от тех же сотрудников, моментально бросившихся на него, он издает мучительные и умоляющие крики.
Сцена настолько эмоционально насыщена, что дальнейшее восприятие фильма становится очень туманным. Это и предусматривает дальнейшая сюжетная картина. Теперь Ли не живет, а просто существует. Встреча с бывшей женой дает зрителю еще больше ощутить это. На трогательные речи женщины о том, что нужно жить дальше и что она его не винит, Ли обрывисто и неспокойно отвечает «там пусто, там ничего нет», показывая на область в груди.
Рыжеволосая голова племянника в воспоминаниях становится тем, за что цепляется утопающая жизнь Ли. Хотя Ли и осознает свою неготовность (скорее всего, который никогда и не будет) к опеке над племянником, сюжет дает нам достаточно поводов понять, что Паркер является очень важным человеком для него и в его дальнейшей судьбе. Об этом говорит практически все – решение продать оружие Джо для того, чтобы содержать лодку, на которой некогда и проходили самые душевные путешествия; вышибленная дверь в момент панической атаки Паркера; ужин, за которым Ли сообщил о вынужденном отъезде из Манчестера.
Фильм пропитан жизнью. Все сцены очень близки зрителю оттого что максимально реалистичны. Упомянутая паническая атака Паркера, который ни слезы не проронил со дня смерти отца, случилась в момент, когда он доставал замороженную курицу из холодильника. Случилось резкое осознание при виде замороженного тела, которое откликнулось в голове резким ударом, напоминающим о том, что его родного отца заморозили из-за суровой зимы, непозволяющей рыть почву. Все настолько реально, что даже смешно и страшно.
Фотографии, которые Ли бережно заворачивает в полотенце при переезде, - фотографии детей - это единственная ценность, которая у него осталась, болезненно напоминающая о прожитых днях и не способная покинуть его сердце.
Конец фильма как выросший цветок на могильной почве – не излучает счастья, но дает зрителю увидеть дорогу, по которой Ли теперь идет не один.
Решение о сопровождении фильма классической музыкой стало только дополнением к плавной, чувственной визуальной картинке. Говоря о визуальной части, - безнадега внутреннего мира не переложилась на внешнюю атмосферу города: пейзажи оставались белоснежными и свежими или тихими и полуночными. Даже контраста между прошлым и настоящим не ощущалось, ведь это стало бы уже нарочито вычурной передачей внутреннего через внешнее.