Оля вместе с бабушкой возились на огороде, расположенном на дне глубокого лога. На двадцати сотках земли, предназначенной для посадки картошки, бабушка в одиночку пыталась вскопать землю. Давалось ей это с небольшим трудом, но пятилетняя Оля была пока еще не помощница в этом деле, а мужчины в тот день на дачу не поехали. Поэтому бабушка копала, а городская девочка Оля, нечасто бывавшая в деревне или на даче, бегала рядом и играла, собирая цветы и разглядывая в траве бабочек, жуков и ящериц.
«Баба, баба!», - закричала вдруг Оля, - «Ты же ящерку задела!». Женщина остановилась и увидела, что случайно зацепила лопатой большую, сантиметров на пятнадцать ящерицу. В глазах маленькой Оли стоял океан слез: «Ну как ты могла, она же маленькая такая и беззащитная!». Девочка взяла животное на руки и горько плакала, ведь так жалко ей было эту зеленую красавицу с длинным хвостом.
«Она умрет теперь?», - в испуге спросила девочка. Бабушка улыбнулась и ответила ей: «Конечно, нет! Мы ее сейчас вылечим. Давай ее сюда». Девочка доверчиво отдала ящерицу в руки бабушке. Та не спеша сорвала несколько травинок и сделала ящерице импровизированную перевязку. «Вот, теперь с ней все будет хорошо. Давай ее положим отдыхать. Ей нужно набраться сил, чтобы выздороветь», - бабушка аккуратно положила ящерицу на землю, - «А мы пойдем сейчас наверх, в домик, как раз ужинать пора».
На следующее утро Оля впереди бабушки бежала на тот самый участок, чтобы посмотреть на ящерицу. Но той нигде не было. «Ну вот видишь, все хорошо, она выздоровела и убежала», - успокоила девочку бабушка. И Оля, поверив и обрадовавшись, пошла играть дальше.
Через много лет Оля, уже став взрослой женщиной, вдруг случайно вспомнила об этом происшествии. И поняла, что ящерица не смогла бы сама уйти с того места, где они ее оставили. Да и вообще, с такой большой дыркой в боку шансов на выздоровление у нее было ничтожно мало. Но маленькая бабушкина ложь спасла тогда девочку от больших переживаний. И Оля была теперь очень благодарна бабушке за то, что та не отмахнулась от детского горя, а успокоила большое наивное сердце маленького ребенка.