Мужчина выглядел моложаво,
подтянуто, хотя морщины возле глаз
явно выдавали его старческий возраст. Он приветливым жестом пригласил девушку к себе. Марина вошла в квартиру и последовала за хозяином.
– Располагайтесь, барышня! – Старик пожевал губами, словно раздумывая о чем-то. – Чаю будете?
– А, давайте! – Согласилась Марина. С самого утра она ничего не ела и не пила, кроме воды. Ведь в этом районе было полно заброшенных бараков, между которым пришлось петлять не один час, чтобы найти единственного живого человека.
Старик разжег плиту и присел.
– Так что у вас тут случилось в прошлом году?
– Ты про мертвецов что ли? – он перешел на ты.
– Именно, – кивнула девушка. – Я знаю, что я не первый журналист, кто пытается докопаться до правды, но все-таки решила попытать счастья.
– Странный вы, народ. Приезжаете, пытаете меня вопросами, а потом хоть бы кто навестил дедушку. Вот и ты, получишь свое, и будешь такова.
Дед выглядел погрустневшим, так что Марина поспешила успокоить его.
– Ну что вы, Юрий Михайлович. Обещаю, буду вас навещать! – Она хотела еще добавить про то, что будет не только навещать, но и звонить столь часто, как потребуется, но ее слова прервал громкий свист старого чайника.
Дед поспешно вылез из-за стола и полез в сервант. Загремел жестяными кружками. Через две минуты дымящийся чай стоял перед Мариной.
– А вот, дочка, пирожки. Собственного производства, так сказать! – Юрий Михайлович горделиво поставил перед Мариной тарелку, полную аппетитных румяных пирожков. При виде них у Марины потекли слюнки.
– Ой, спасибо вам! – Она надкусила пирожок и добавила с набитым ртом, – Очень вкусно.
Дед улыбнулся и сложил руки перед собой.
– Так вот, дочка. Рассказываю, что произошло тут в прошлом году, от чего весь поселок вымер.
Марина с любопытством уставилась на Юрия Михайловича, стараясь не проронить ни слова.
– Значится так. Поселок у нас бедный. Все жители трудились на свечном заводе, пока тот не прикрыли. Кое-кто уехал, но большинство стариков осталось. Знали все друг друга очень хорошо.
Днем читали книжки, а по вечерам играли в шахматы, ходили друг к другу в гости, смотрели телевизор. Все шло своим чередом, пока Баба Клава – знатная садовница - не поехала на какие-то заморские острова.
– А что за острова?
– Карибы вроде бы… Так вот, путевку ей подарил сын. Она возьми и поедь. Баба Зина ее отговаривала, как чувствовала, – вздохнул старик. Помолчал немного и продолжил:
– Привезла она с этих Карибов отросток
дерева. Очень хвасталась им, говорила, что
продали ей за 5 копеек, а вырастет исполин и будет о ней – Бабе Клаве – напоминать потомкам, когда ее не станет.
Посадила она то дерево, и буквально за пару лет вырос действительно исполин. Раскидистый, с огромной кроной, которая покрывала целый сад. В жаркий полудень одно удовольствие было сидеть под ним, - дед улыбнулся, вспомнив былое. Марина тем временем принялась за второй пирожок:
– И что же случилось потом? – Марина негромко окликнула старичка, который ушел в воспоминания.
– В одно прекрасное утро мы проснулись
и увидели, как на дереве появились
плоды. Они были сначала крохотные, гладкие и зеленые. Спустя неделю пожелтели. На них появились красные прожилки. Честно сказать, запах от них был не очень. Но потом они созрели…В саду стоял дивный аромат. Плоды налились и стали просто огромными. Баба Зина, как заядлый кулинар, решила опробовать их и наделала пирожков. Как обычно, все собрались теплым вечером и отведали те пирожки.
А на утро я вышел во двор и увидел то, что повергло меня в шок. Тела лежали повсюду. На земле, на лавочке, за шахматной доской…Они были словно застывшие манекены.
Я подбегал к каждому, тряс их за плечи,
но они были мертвы. Все жильцы нашего
поселка, все до единого…
– Плоды были ядовитыми? – Грустно спросила Марина.
– Увы. Дерево оказалось манцинеллой, плоды которого убивают медленно и жестоко, прожигая пищевод и не оставляя шансов выжить.
– Какая грустная история, - сказала Марина, - что сейчас случилось с деревом?
– Оно еще долго стояло. Приезжали историки, биологи, исследователи. Долго изучали и только вот на прошлой неделе его срубили.
Марина хотела было задать еще вопрос, как тут ее голова покрылась испариной, а рука с надкушенным третьим пирожком застыла в воздухе. Если дерево срубили недавно, так значит…
Мысли замельтешили в ее голове, в желудке
она почувствовала разъедающую кислоту,
зрение резко помутнело. Проклятый старик сошел с ума, вздумал ее убить и оставить возле себя, чтобы ему не было скучно! Она дрожащими губами произнесла:
– А п-почему вы тогда не погибли?
– Так я не ел те пирожки. Рассорился с бабой Клавой и специально есть не стал.
– А эти пирожки с чем? – Марина была на грани истерики.
Дедок посмотрел на нее, усмехнулся и сказал:
– Что ж ты, дочка, думала я отравил тебя хотел. Обычные это пирожки, с яблоками!
Марина замерла и прислушалась к себе. Действительно, она пока жива. Желудок ее цел, дышать и видеть она может хорошо.
Тут послышался шум и гам. На негнущихся
все еще ногах Марина подошла к окну.
Несколько веселых бабулек пересекли лужайку и усаживались на лавочку. Дед подошел к окну:
– А, баба Зина, баба Клава. А к нам тут опять журналисты пожаловали. Говорят, приехали за сенсацией!
Пенсионерки весело рассмеялись и одна из них крикнула:
– Да газетная утка это! Напечатали выдуманную историю, а теперь уже который год ездють и ездють, покоя не дають! – Затем она достала что-то из кармана, протерла и надкусила.
Марина вгляделась – это был желтый сочный плод с красноватыми прожилками.