Вчера хоть хлеб был.
Днём Надя решила поджарить ломтик, да забыла про сковородку. И примчалась из сада, услышав запах горелого. Чуть обуглившийся хлеб есть не захотела. Сунула его в миску с горячей кашей для Пирата, добавила мясную косточку. Подумав, разломала оставшийся хлеб и отправила в дымящуюся жидковатую кашу.
Сегодня обедала дома. Привезла с собой в деревню только пачку печенья, три большие конфеты и банан.
А вечером так захотелось серого гречишного хлеба. Видела его в магазине и чего не купила?!
Посмотрела на кухне - вдруг какой кусочек не отдала собаке?
Пусто. Денег нет, да и магазины уже вот-вот закроются.
Хлеб. Вот захотелось, и все тут.
Надя вспомнила детство.
Книги про недавнюю войну все знали почти наизусть, переживали, восхищались героями фронта и теми, кто оставался в тылу.
Про 125 граммов блокадного хлеба знали все..
Надя просила у мамы показать, сколько это - 125 граммов?
Мама отрезала ломоть чёрного хлеба. (Тогда был хлеб чёрный, белый и серый).
Надя не понимала.
- Мам, разве это мало? Вот эта половина - с супом, вот эта - с пюре и сосиской. Ты вообще хлеб не ешь.
- Надюша.. Не было у них супа, сосисок, салатов и запеканок, манной каши тоже не было.. Только этот кусочек хлеба на целый день. Кто-то не выдерживал и съедал его сразу. Умные отламывали по маленькому кусочку.. И запивали кипятком..
Когда Надя оставалась одна и шла на кухню перекусить, она играла в странную игру.
На кухне появлялись робкие исхудавшие дети, у которых был всего один кусочек чёрного хлеба на целый день.
Надя говорила: "Смотри, что у меня есть!" Открывала холодильник, показывала, как много там еды!Доставала холодную курицу с кусочками желе на толстой ножке, отрезала кусок сыра, делила на четвертинки помидор и вырезала жёсткие кусочки, как учил папа.. Ставила тарелку перед собой и медленно ела, представляя, что она - голодная девочка из Ленинграда..
И смотрела на неё (на себя) со стороны, радуясь, что хотя бы один ребёнок, а то и его мама, сегодня увидели чудо и ели настоящую еду, как до войны..
Надя несла тяжёлые пакеты из магазина. Руки просто обрывались. Но все равно зашла в последний магазин на пути домой и купила тот гречишный хлеб.
Вечером нальет себе чаю с лимоном и будет отламывать от буханки маленькие неровные кусочки. А потом соберёт с тарелочки все крошки и тоже съест..
СЕРГЕЙ ВИКУЛОВ - Что тебе купить?
…А мы, с войны пришедшие солдаты,
мы хорошо запомнили две даты:
во-первых, это день девятый мая,
тот самый долгожданный день, когда
закончилась вторая мировая,
ну а для нас — кровавая страда.
Мы вылезли из танков, из окопов:
за нами, оглянулись — пол-Европы!
И белый плеск “знамен”
с перил балконных…
Немало с той поры минуло лет,
но День Победы помним мы!
Как помним
и день отмены карточек на хлеб.
…В канун, должно, работали пекарни
всю ночь.
И вот с утра прибег я с парнем,
сынком,
ему тогда годочков восемь,
пожалуй, было…
Хлеба — завались!
А грузчики, глядим, еще подносят…
И вот мы до прилавка добрались…
— Ну, сколько вам? — спросила Кузьминишна.
— Две, — говорю ей, — две… не будет лишка. —
Не верю в счастье, брат ты мой, робею,
нежданную смахнул слезинку с век…
И чувствую себя я перед нею
как попрошайка, нищий человек.
Сую бумажку: — Две… не будет лишка. —
и слышу, что-то шепчет мне сынишка
и дергает тайком за край одёжки:
— Ой, пап! Ну, пап, купи еще одну! —
Трепещет весь, как воробей у крошки:
наголодался с матерью в войну.
И я обрел себя. Картуз на ухо:
— Ну что тебе еще купить, Колюха?
Вон пряники, конфетки…
На потребу
тебе и Ваське с Нинкою как раз…
Давай решай! —
А он в ответ мне:
— Хлеба! —
с буханок не сводя голодных глаз.
— Ну вот какой ты глупый…
Хочешь сушки?
Вон — кругленькие... Или же игрушки
посмотрим… Ну-ка! Эх, такие мне бы
тогда, когда я бегал в первый класс!
Так что тебе купить, сыночек?
— Хлеба! —
сказал он, не сводя с буханок глаз.
Я растерялся:
— Экой ты упрямый!
А хочешь карандаш, красивый самый?..
Не хочешь? Зря! Завидовали все бы!
Я, батька твой, такого не имел…
Так что ж тебе купить-то, парень?
— Хлеба! —
сказал он в третий раз.
И заревел.
С тех пор живет в душе моей забота,
когда наступит время обмолота.
Посматриваю часто я на небо,
на ржи, на ячменя вкруг деревень…
И вспоминаю:
Хлеба!.. Хлеба! Хлеба! —
сыночка просьбу
в праздничный тот день.