Там где туманами миновал февраль, а в душах вдоль дорог появился какой то смысл, окочурившись от весенней тоски раскинулся живописный вид, тихий такой, манящий, живой...
Там за дорогами, за домами и огородами, возле непроходимого темного леса и сидит, слегка притаившись, сиплый почтальон Куманак преснописец, он пьет на болотах уже долгие годы и изучил всю округу...
Его думы редки, как осиновый кол, его мысли просты, как осипший потоп, его чаща видна, в твоих зеркалах, его путь бесподобен, как чаша моя...
Не дотянуться до него медведкам никак, они не могут на болота, а он не может в наш мир, так он и сидит пьет, а они все зовут его к себе, дни зовут, ночи, а он все сидит и пьет, наш человек...
Лишь поутру крыжовниковый пастух найдет у болота свежее тело, его медведки принесли ночью, чтобы прикормить отшельника...
Не вышло...
Не срослось...
