Переосмысление дара: сравнительное изучение практики дарообмена в этнографически засвидетельствованных и современных сообществах.
Что же такое дарообмен?
Понятие дарообмен, ввиду своей многозначности, не получило в этнографической литературе четкого определения. Можно сказать, что это явление представляет собой церемонию обмена дарами, в результате чего устанавливается и поддерживается связь между людьми, кланами, семьями и т.д. Помимо этого, его обозначают как одну из форм перераспределения продукта в архаичном обществе, как некое заключение договора. В своей основе дарообмен включает обязанность давать, принимать и возмещать полученные дары
( Мосс). Кроме того, сам дарообмен может быть как материальный, так и не материальный. Он, как пишет Мосс, « состоит отнюдь не только из богатств, движимого и недвижимого имуществ, из вещей, полезных в экономическом отношении. Это прежде всего знаки внимания, пиры, обряды, военные услуги, женщины, дети, танцы, праздники, ярмарки»
Но следует его отличать от бартера и от кредита. Обмен — это не просто акт и обязательства, вытекающие из предоставления и получения. Его сила заключается в установлении отношений, закреплении социальных связей, возникновении обязательств и долгов, приобретении статуса и социального положения, а также приобретении ресурсов, которые необходимы для жизни и воспроизводства людей и обществ. Наконец, эти поставки и ответные поставки осуществляются преимущественно в добровольной форме, подношениями, подарками, хотя, в сущности, они строго обязательны, уклонение от них грозит войной частного или общественного масштаба. Ключевым отличием от кредита так же является то, что при дарообмене именно на получателе лежит оценка ценности получаемого в дар предмета. В ситуации с кредитом ценность либо устанавливается в ходе торга, либо, что куда более распространенно в наши дни, фиксирована и определена выдающей кредит стороной. Более того, денежная сумма или, в случае возвращения натуральным продуктом, если мы отнесем это к кредиту, ценность возвращаемой вещи также является заранее оговоренной.
На сегодняшний день существует мнение, что институт дарообмена пришел в упадок. Такие люди приводят в качестве аргумента покупку билета будь то в троллейбус или автобус, где социальные отношения заканчиваются на передачи денег взамен на билет. На что я им отвечаю: дарообмен является неотъемлемой частью социальных отношений как и в первобытности, так и в современности. В современно обществе практически не встречаются обряды архаических культур в чистом виде (кула, потлач). Однако это вовсе не означает, что феномен дарообменаисчерпал себя. Наоборот, проявлением обмена дарами выступают и дарение цветов, и привычные всем подарки родным на праздники. Ведь таким образом, мы же устанавливаем социальные связи.
Мосс определил три обязательства, присущих любым отношениям, опосредованным через обмен:
1) обязанность дать;
2) обязанность получить;
3) обязанность ответить взаимностью.
Другими словами, подарки должны быть вручены, подарки должны быть приняты, и принятие подарка передает получателю обязательство ответить взаимностью. Мосс считает, что социальная солидарность достигается с помощью дарения подарков и социальных отношений, которые она создает.
Таким образом, и в нашем современной жизни это присутствует, ведь когда мы дарим , мы надеемся на взаимность. Только феномен дарообмена у нас присутствует как пережиток и не совсем то, что мы понимаем под ним, понимали люди в архаичных обществах.
В предисловии к «Очерку о даре» Мосса Э. Эванс-Причард писал: «обмен в архаических обществах… является одновременно экономическим, юридическим, моральным, эстетическим, религиозным, мифологическим и социо-морфологическим феноменом», то есть рассматривать дарообмен в одной какой-либо сфере сродни преступлению. Дарообмен позволяет нам проследить связь между экономической, культурной и социальной сферах.
В основу Очерка о даре легло множество социальных теорий взаимовыгодного обмена и экономики дара. По его мнению, туземцы даримой вещи наделают некой мистической силой «хау», которая заставляет вещи возвращаться к их первоначальному владельцу. Люди делают ответные дары, потому что , если не сделать, то значит навести на себя несчастье. Наличие данного феномена Мосс обнаруживает не только у народов маори в Новой Зеландии, но и на Самоа, где обязанность дарить взаимный подарок обусловленна потерять «ману- власть, талисман и источник богатства, воплощенный в самой власти» . Мосс подчеркивает, что "в маорийском праве правовая связь, связь посредством вещей — это связь душ, так как вещь сама обладает душой, происходит от души. Отсюда следует, что подарить нечто кому-нибудь — это подарить нечто от своего "Я”". При этом все ценности циркулируют таким образом, "как если бы между кланами и индивидами, распределенными по рангам, полам и положениям, происходил постоянный обмен духовного вещества, заключенного в вещах и людях".
Формальная структура акта дарообмена такова:
человек А передает в дар человеку Б некую вещь, ценность которой устанавливается человеком Б самостоятельно. После получения в дар вещи, человек Б может хранить ее у себя некоторое время. Но, в случае с обменом кула( об этом поговорим чуть ниже), ваигу’а не может слишком долго задерживаться в одних руках, и излишнее промедление с возвратом вызывает общественное неодобрение. Таким образом, существует система негативного подкрепления поддержания скорости движения ваигу’а за счет социального фактора. В ряде случаев один круг реципрокности допускает существование третьего участника – в случае с дарообменом маори, например, человек Б имеет право передать полученную в дар вещь некому третьему лицу – человеку В, однако, в таком случае, став для него дарителем и получив возмещение, он обязан будет передать это возмещение человеку А. Как разъясняется в рассказе Тамати Ранапири, хау, то есть дух дара, вещи, полученной от человек А, будет и в даре, переданном человеком Б человеку В, и, следовательно, возмездный дар, сделанный от человека В к Б, приведет к необходимости возмещения человеком Б человеку А – поскольку полученный Б возмездный дар является, как трактует Мосс, хау полученного первого дара от человека А. После ожидания периода времени, или по возникновении возможности, человек Б возвращает человеку А вещь эквивалентной или большей ценности. Таким образом, снимаются обязательства по возмещению с человека Б и налагаются ответные обязательства на человека А при потоковом характере реципрокности, то есть в ситуации, когда отношения являются продолжительными и не ограничиваются одним актом дарообмен. В этом случае отношения постоянного взаимного дарения и возмещения становятся значимым элементом социальных связей агентов, и, более того, в таких случаях, как потлач, где объем даримых ценностей может достигать значительных размеров, дарообмен также становится статьей расходов, на которую тратятся производственные ресурсы.
Как пережиток «хау» я нахожу пример и на свое опыте. В аэропорту в Сочи, когда открываются магазины, первым покупателем должен стать мужчина. Они верят в том, что именно «хау» (если можно так сказать) денег мужчин принесет им удачу и прибыль в их деле.
Подробнее остановимся на таком явлении как «потлач». Потлач - традиция, в ходе которой вождь демонстрировал щедрость, раздаривая ценные вещи. Эту традицию мы наблюдаем у индейцев тихоокеанского побережья на северо-западе Северной Америки (хайды, тлингисты и другие). В потлаче преследуется главная цель- раздавить другого свои даром, а так же преследовалась цель в налаживании социальных функций. Иными словами, продемонстрировать так сказать свою щедрость посредством того, что ты даришь больше чем как тебе кажется смогут вернуть, посредством чего устанавливаются связи и определенная иерархия, которыми впоследствии может воспользоваться клан. Особенность данного процесса заключается в принципе соперничества и антагонизма, доминирующий во всех действиях, в которой вместо обычного оружия использовалось имущество и материальные ценности, принадлежавшие племени. Доходит того такого, что мы видим соперничество, расточительство накопленных кланом богатств с целью затмить другого вождя- соперника и в то же время компаньона.
Даже «полтач» как пережиток мы находим и в современном обществе. Ведь многие знаменитые люди тратят миллионы денег на свои свадьбы, тем самым показывая свой статус, свой престиж. Ведь в какой-то мере это же тоже расточительство своих богатств? И такие действия не имеют смысла без зрителя. Тем самым выполняется главная функция- соперничество, показать свои дары.
Отдельного внимания заслуживает Теория дара Б. Малиновского. Антропологическое исследование феномена дара начинается с описания Б. Малиновским Кульского кольца на Тробрианскихостровах в период Первой мировой войны. Его книга «Аргонавты западной части Тихого океана» стала своего рода открытием новой страницы в истории антропологии, поскольку ознаменовала переход к новому – интенсивному и полевому – типу антропологического исследования. Основными методами, использованными Малиновским, были эмпиризм и функционализм. Суть функционального подхода по Малиновскому состояла в поиске смысла и практического назначения институтов для общества, скрытого за экономикой повседневного, через изучение их реальных проявлений. . Круг Кула объединяет 18 островных поселений, в рамках которого обмениваются только два вида товаров: соулава – длинные ожерелья из красных раковин, которые передаются по часовой стрелке, и мвали – наручные браслеты из белых раковин, которые предаются против часовой стрелки. В совокупности соулава и мвали называются ваигу’а.
Все предметы, циркулирующие по кругу Кула, не подлежат личному использованию. Они лишь обмениваются с целью повышения социального статуса и престижа. Сам же процесс обмена, благодаря которому устанавливаются партнёрские отношения (в идеале на всю жизнь) между сторонами обмена, осуществляется в строгом соответствии с различными традициями и обычаями. Процесс передачи предмета является отражением величия дарителя. Поддержание партнёрских отношений включает в себя соблюдение взаимных обязательств, таких как гостеприимство, защиту и взаимопомощь. Также правило круга Кула гласит: «Однажды в Кула — навсегда в Кула»
«Церемониальный обмен двух товаров является главным, фундаментальным аспектом кула. Однако в связи с ним и под его прикрытием совершается множество вторичных действий. Так, например, наряду с ритуальным обменом браслетами и ожерельями туземцы ведут и обычную торговлю, и между отдельными островами происходит обмен множества предметов потребления, которых зачастую не достать в том районе, в который они импортируются, но там необходимых. Кроме того, совершаются другие действия, которые или предваряют кула или связаны с ней — такие как строительство мореходных лодок для дальних путешествий, некоторые формы крупных траурных церемоний и подготовительных табу. Таким образом, кула является очень большим и сложным институтом - как по своему географическому охвату, так и по многообразию составляющих ее мероприятий. Она объединяет между собой значительное число племен, охватывает широкий спектр действий, которые друг с другом связаны и влияют друг на друга так, что составляют единое органическое целое» Малиновский.
Таким образом, можно сделать вывод, что институт дарообмена наблюдался, с определенными различиями, в целом ряде обществ, расположенных друг от друга на достаточном географическом и временном расстоянии, чтобы можно было говорить о незначительной величине вероятности контактной передачи институциональной практики. Следовательно, можно прийти к выводу, что в этих обществах институты дарообмена возникли независимо друг от друга, и их появление, с одной стороны, стало результатом неких свойственных поведению людей черт в целом, а с другой, выполняло в сообществах определенную функцию. Так же мы можем наблюдать, что эти процессыприсутствуют и в нашей современной жизнь,но не в чистом виде. . Можно констатировать, что обмен дарами начинается тогда, когда возникает человеческое общество, и присутствует на каждом этапе общественного развития.
Источники:
Марсель Мосс "Очерк о даре"
Маршал Салинз "экономика каменного века"
Бронислав Малиновский "Аргонавты западной части Тихого океана"
Диссертация Татьяны Шишкиной
https://disser.spbu.ru/files/2019/disser_shishkina.pdf