Найти в Дзене

Важное в лечении эпилепсии

Если бы вы могли наблюдать как начало, так и само протекание эпилептического приступа у человека, вам бы бросилась в глаза одна деталь.
Вы бы заметили, что спусковым крючком самого приступа зачастую служит соприкосновение смежных нейронов мозга. Причем тех нейронов, которые перенасыщены, перевозбуждены энергией.
Когда эти нейроны соприкасаются, происходит то, что в электрике обычно называют

Если бы вы могли наблюдать как начало, так и само протекание эпилептического приступа у человека, вам бы бросилась в глаза одна деталь.

Вы бы заметили, что спусковым крючком самого приступа зачастую служит соприкосновение смежных нейронов мозга. Причем тех нейронов, которые перенасыщены, перевозбуждены энергией.
Когда эти нейроны соприкасаются, происходит то, что в электрике обычно называют коротким замыканием.

Т.е. от соприкосновения нейронов происходит мощный энергетический разряд между ними. Который запускает всю последующую реакцию могза, внешне проявляющуюся как эпилептический приступ.
.

Как правило, у здорового человека нейроны покрыты своего рода электроизолирующей оболочкой, которая называется миелиновой.

Этот естественный изолятор препятствует соприкосновению нейронов и энергетическим разрядам между ними.

Но проблема эпилептиков в том, что каждый эпилептический приступ, происходящий с ними — разрушает эту оболочку.

Для её же восстановления организмому требуется время. Причем у каждого человека это время разное — у кого-то этот процесс протекает быстрее, у кого-то медленнее...

Но вот этого времени у эпилептиков как раз таки нет.

Потому что миелиновая оболочка попросту не успевает восстанавливаться за время между эпилептическими приступами.

Каждый очередной приступ сводит на нет все усилия организма больного восстановить изолирующий слой на нейронах.

Получается порочный замкнутый круг, из которого эпилептик самостоятельно выбраться не может.
.

Хорошая новость состоит в том, что в нашем Центре перспективных медицинских разработок мы таки научились проводить изолирование нейронов у эпилептиков.

Причем — безмедикаментозно и без хирургического вмешательства.

Это своего рода наше ноу-хау, которое было разработано благодаря совместной работе высококомпетентных помощников нашего Центра, одной из моих сотрудниц и меня.

Без ложной скромности замечу — для меня это заслуженный повод гордиться результатами нашего труда.

А для наших пациентов это изобретение позволило сократить сроки полного излечения эпилептических приступов.

С чем всех и поздравляю! ))