В 1909-м году бразильскому паразитологу Карлосу Шагасу удалось выделить возбудителя опаснейшего паразитарного заболевания, поражающего население Южной Америки. "Злодеем" оказался простейший жгутиконосный микроорганизм - трипаносома круци (Trypanosoma kruzi). Болезнью Шагаса или Американским трипаносомозом до сих пор инфицировано по разным оценкам от семи до восьми миллионов людей и она вызывает порядка двенадцати с половиной тысяч смертей в год. Успешно излечивается эта болячка только на ранних стадиях. На более поздних эффективного лечения не существует. Это то, что известно.
А вот то, что мало кому известно: в 1931 году крупный советский протозоолог, заведующий кафедрой гистологии МГУ Григорий Иосифович Роскин обратил внимание на отмеченный Шагасом феномен - в тех районах Южной и Центральной Америки, где бушевала болезнь Шагаса, число онкологических заболеваний стремилось практически к нулю. Кроме этого, Шагас описал случаи, когда онкологические больные, заразившиеся трипаносомозом спонтанно излечивались от рака. Более того, переболевшие болезнью Шагаса, похоже, оставались неуязвимыми для новых опухолей. Этот же эффект позднее отметил другой исследователь Фердинанд Шульц. Он же сделал предположение о том, что "виновницей" гибели раковых клеток была именно трипаносома круци.
Сопоставив эти факты Роскин пришёл к выводу о том, что какое-то из белковых соединений на оболочке трипаносомы подавляет развитие опухолевых клеток, считающихся бессмертными и малоуязвимыми. Роскин сделал простое и, вместе с тем, гениальное заключение - Trypanosoma kruzi убивает раковые клетки, а, значит, можно использовать этот эффект целенаправленно.
Стратегия трипаносом, как и прочих иных паразитов коварна и эффективна - поселяясь в организме хозяина они, используя белковый "щит" обманывают иммунитет жертвы и начинают питаться её клетками. При этом клетки опухоли, как агрессивно растущие и требующие усиленного питания, также являются лакомыми кусочками для трипаносом и стремительно гибнут.
Первые же эксперименты подтвердили теорию Роскина. Рак, привитый лабораторным мышам в подавляющем большинстве случаев бесследно исчезал. Причём, исчезал даже тогда, когда грызунам вводились и погибшие трипаносомы. Видимо, именно с этого момента можно начинать вести отсчёт начала разработки, а затем и производства лекарства от рака, известного впоследствии как КР или круцин продававшийся в аптеках СССР до начала семидесятых годов по цене четыре рубля за упаковку.
Все последующие клинические испытания препарата показали что он эффективен в отношении опухолей груди, гортани, губы, пищевода, шейки матки. Идея биотерапии рака была с энтузиазмом встречена в медицинских кругах.
В 1939 году в Кисловодске профессор Роскин познакомился с микробиологом и инфекционистом Ниной Георгиевной Клюевой. К тому времени она уже считалась весьма опытным специалистом в своей области. Вскоре простое знакомство переросло во взаимную симпатию, а затем и в брачный союз. До конца жизни Нина Георгиевна была верным другом, соратником и женой Григория Иосифовича Роскина. Во многом благодаря организационным талантам Нины Георгиевны и родился препарат КР или круцин, который открыл новую веху в истории борьбы человечества с раком.
Клюева занималась доведением препарата до клинических испытаний, а Роскин продолжал поиск способов повышения эффективности круцина в отношении раковых клеток.
Учёным предстояло решить ещё одну задачу. Как известно трипаносома круци в наших широтах не обитает, а потому профессору Роскину предстояла непростая, даже для сегодняшних реалий задача - заставить её жить и размножаться в лабораторных условиях и вот в этом-то и заключалась большая проблема - паразит никак не хотел этого делать. Поначалу Роскин и Клюева использовали для терапии рака жидкий экстракт что значительно сокращало срок годности лекарства и делало неудобным его транспортировку и применение. Тем не менее и эти задачи были решены. Великая отечественная война и эвакуация института помешали исследованиям Роскина и Клюевой, но всё же разработка препарата продолжалась и уже к концу 1945 года учёным удалось повысить его эффективность более чем в четыреста раз по отношению к самым первым образцам. Это был настоящий прорыв!
13 марта 1946 года Нина Георгиевна Клюева сделала доклад на Президиуме Академии медицинских наук, после чего было принято решение о создании лаборатории с опытной клиникой в институте Микробиологии им.Мечникова. Нина Геогиевна, которая к тому времени была уже членом-корреспондентом АМН СССР была назначена руководителем лаборатории. Курировал проект вице-президент Академиии Медицинских наук академик Василий Васильевич Парин - сам талантливый учёный-биохимик.
Лабораторные и клинические испытания препарата КР показали его высокую эффективность в отношении ряда опухолей - те переставали матастазировать, исчезал болевой синдром, опухоли либо значительно уменьшались в размерах, либо вовсе исчезали. В онкологии есть такое понятие "качество жизни". Так вот КР это качество существенно улучшал, что само по себе уже немаловажно.
В 1946-м году исследованиями Роскина и Клюевой заинтересовались американцы. О появлении противоракового чудо-препарата они узнали из прессы. Посол Уолтер Смит обратился в Академию медицинских наук СССР. В том же году между Минздравом СССР и американским посольством обсуждалось соглашение о дальнейшей совместной разработке препарата КР. По этому соглашению Америка должна была поставить оборудование для лабораторий, а СССР предоставить технологию приготовления препарата КР. По разным причинам соглашение так и не было подписано - уже намечались некоторые трения между бывшими союзниками в Великой отечественной войне.
В конце 1946 года академик Парин вместе с рядом учёных, занимающихся проблемой рака, направился в США с докладом в котором рассказал об успешных испытаниях КР в СССР. Академику Парину, было поручено передать рукопись Н. Г. Клюевой и Г. И. Роскина, принятую в печать издательством “Мeдицина”, и образцы препарата “КР”, что доказывало бы американцам наши намерения по реализации сотрудничества в области борьбы с опухолями. Василий Васильевич и подумать не мог, что пока он находился в Америке, в СССР уже начиналась кампания по “борьбе с космополитизмом”. Задним числом все материалы по раковой проблеме были засекречены, папка с документами была затребована в ЦК ВКП(б), а резолюция, поставленная А. А. Ждановым “… Я не думаю, что Смита нужно было пускать в Институт” положила начало “Делу “КР””
По возвращении на Родину в 1947 году академик Парин был обвинён в передаче врагам секретной технологии, арестован, предан суду и получил 25 лет заключения.
Началась настоящая вакханалия - лаборатория Клюевой была закрыта и расформирована, работы над препаратом остановлены, а над Роскиным и Клюевой прошли т.н. "суды чести". Парин, Роскин и Клюева были во всеуслышание объявлены лжеучёными, эффективность КР - недоказанной, а сам препарат, якобы, не излечивал рак, а лишь вредил организму больного! К делу обличения преклонения научной интеллигенции перед Западом были привлечены лучшие кадры из среды писателей, театральных и киношных режиссёров. Достаточно назвать появившиеся в то время произведения: Ромашов Н. “Великая сила”, 1947 г., Малый театр, Москва; Штейн А. “Закон чести”, 1948 г., Московский театр драмы; Симонов К. “Чужая тень”, 1949 г., МХАТ им. Горького; “Суд чести”, сценарий А. Штейна, режиссер А. Роом, 1949 г.
Особые заслуги в деле борьбы с космополитами стоит отнести на счёт А.А.Жданова
В результате травли "коллег" Роскин перенёс инфаркт.
После смерти Сталина Парин был реабилитирован и восстановлен на всех постах, Роскина и Клюеву тоже восстановили в должностях. Вот только исследования по круцину почему-то оставались под запретом аж до 1960-го года. Допускались лишь его клинические испытания.
Тем не менее, в середине пятидесятых годов исследованиями Роскина и Клюевой заинтересовались французы. И, что любопытно, им была официально передана технология производства КР. В результате французы Кудер и Мерье разработали и запустили в производство препарат под названием трипаноза, который доказал свою клиническую эффективность в отношении ряда злокачественных опухолей. Вот уж воистину - нет пророка в своём Отчестве! Особенно важным было то, что длительное применение препарата не приводило к негативным последствиям для организма больного, т.е.лечение не было калечащим!
Из особо ярких примеров доказанной эффективности круцина следует упомянуть историю болезни одного "безнадёжно больного" инженера В.М.Эйгенброта. Он в своё время отвечал за поддержание постоянного состава воздух в мавзолее В.И.Ленина. В 1956 году Эйгенброт перенёс операцию по удалению злокачественного новообразования в щитовидной железе. Через некоторое время стало понятно, что опухоль успела дать метастазы и в 1957 году состояние больного резко ухудшилось. Человек умирал. Однако, в 1958 году, после двух курсов круцина инженер полностью восстановил трудоспособность и на целых двадцать лет вернулся к трудовой деятельности, защитил докторскую, стал автором множества книг и учебников, профессором, завкафедрой автоматики Московского горного института.
На некоторое время исследования и производство круцина возобновилось. Но, похоже, время уже было упущено. К этому моменту то, что называется сегодня Big farma уже предлагало для лечения гораздо более "эффективные" лекарства - цитостатики, которые гораздо быстрее убивали опухоль. О калечащих побочных эффектах тогда не думали. Круцин же в производстве был сложен и дорог. В начале семидесятых от препарата вновь отказались на долгие годы.
Тем не менее, в 1989 году исследования по круцину были возобновлены. Ученица Н.Г.Клюевой, сотрудница биофака МГУ Валерия Дмитриевна Каллиникова стала инициатором новых исследований по КР. Ей и группе учёных удалось доказать, что круцин это не один антиген и целая группа белков, чрезвычайно изменчивая. В результате их работ была выпущена партия усовершенствованного препарата КР и он даже применялся в клинической практике.
По некоторым данным исследования круцина велись, по крайней мере, до конца девяностых годов прошлого столетия. К сожалению, средства на это выделялись весьма скудные. Тем не менее учёным удалось установить, что "...опухолевые клетки гибнут после 30 мин инкубации в среде с круцином, в то время как нормальные, благодаря системе внутреннего контроля, продолжают жить...".
Таким образом работы Г.И.Роскина и Н.Г.Клюевой, начатые в середине прошлого века, не пропали даром и ждут своего завершения и, представляется, что за биотерапией рака блестящее будущее.