В 2008 году в небольшом городке Дэйтон, что в штате Огайо, закрылось более-менее градообразующее предприятие — автомобильный зав

В 2008 году в небольшом городке Дэйтон, что в штате Огайо, закрылось более-менее градообразующее предприятие — автомобильный завод General Motors. В 2015 году в пространствах бывшей фабрики открылось новое производство — завод купил китайский концерн Fuyao, который решил производить в Огайо стекло для автомобилей и вложил в это дело около миллиарда долларов. В 2020 году фильм про эту историю — «Американская фабрика» — получил документальный «Оскар». Абсолютно заслуженно.

«Американская фабрика» давно лежит на Netflix, но я до нее добрался только вчера вечером — не в последнюю очередь из-за сюжета, разумеется: извне кажется, что фильм про реанимацию американского завода вряд ли может получиться захватывающим. Это огромная ошибка — на самом деле это тот самый случай, когда фокусировка на одном конкретном примере позволяет показать и поставить целый ряд ключевых вопросов современности: от последствий глобализации экономике до конфликта культур. И главное — позволяет сделать это остроумно и многогранно.

Дано: американские трудяги, которые после кризиса 2008-го года и закрытия родной фабрики, остались без средств к существованию — многие даже были вынуждены продать дома и переехать. Дано с другой стороны: китайские хозяева и пара сотен рабочих, которых привезли в Огайо специально, чтобы наладить нужную производительность труда. Первые исходно рады тому, что для них есть рабочие места, — пусть и платят по минимуму. Вторые исходно рады тому, что у них получается уникальный глобальный экономический проект. Вместе они запускают новые цеха и устраивают на фабрике праздник, приветствуя президента Fuyao, который для начала ездит на завод каждый месяц. У президента специфические представления о том, что можно, а что нельзя, — например, он предлагает подвинуть пожарный детектор со стены, потому что так некрасиво, — но все уверены, что у них получится найти общий язык.

Разумеется, быстро начинаются проблемы. Китайцы привыкли работать вне рабочего времени и по выходным — чтобы выполнить поставленные цели; у них нет семей, они живут по четверо в маленьких квартирках и все время посвящают работе. У американцев толстые пальцы, они хотят перерывов на обед, и работают они медленно. На празднике по случаю открытия фабрики сенатор от Огайо предлагает рабочим завода открыть профсоюз; китайцы в ужасе, потому что профсоюз будет мешать работать. Продуктивность завода оставляет желать лучшего; группу американских администраторов вывозят в Китай, где они наблюдают мотивировочные линейки рабочих в серых робах и корпоративную в лучших традициях тоталитарного капитализма, — одни пучат глаза от восторга, другие от ужаса. В Огайо рабочие ходить строем не хотят, негодуют, что им не чинят сломанные микроволновки, и начинают-таки агитировать за профсоюз. Вместо американского директора нанимают китайского — он поднимает зарплату на 2 доллара в час и начинает увольнять профсоюзных активистов. Обо всем это рассказано максимально изнутри (как всегда в хороших американских документалках, уровень доступа к героям тут какой-то нереальный): мы видим внутренние совещания китайских менеджеров; видим, как злосчастное стекло лопается в руках бедных рабочих; видим, как с обеих сторон начинает проступать ксенофобия — которая тут скорее следствие, чем причина неурядиц.