Дневник Ленки без магазина и «Звёздочка» глава 232
4 апреля 2021
Сегодня проснулась в семь утра и весь день писала новую главу, между делом отвечая на комментарии. Сейчас глянула на часы: мама родная, уже 0:19.
Совсем забыла, я ещё в магазин ходила и позавтракала и пообедала. Благо муж в командировке и готовить мне не пришлось. В общем, я как выжатый лимон, но рада, что занимаюсь любимым делом.
А теперь знакомство с новой главой. Критикуйте, но не ссорьтесь друг с другом. Очень вас об этом прошу! Для меня важен каждый читатель. Спасибо, что читаете!
Ну и зятьёв мне Бог послал — один краше другого
Роман «Звёздочка» глава 232
Приезд тёти Любы Алёнка не особо ждала: видела она её редко, а когда такое случалось, то тётя учиняла ей допрос с пристрастием, так вышло и сегодня, Вову Холопова она пытать не стала, а прицепилась к ней:
— Как учишься?
— Всяко разно, — увиливала от ответа Алёнка, не желая слушать нудных нравоучений, которые любила давать тётя.
— Тройки есть?
— Есть, по математике, — правдиво ответила племянница тёте.
— Почему тройки? — задала вопрос тётя и, не дожидаясь ответа племянницы, спросила ещё. — Сколько будет семью семь?
— Сорок девять.
Вовка ликовал, что избежал сей участи. Тётя Люба смотрела в глаза племяннице, и по её взгляду было видно, что она так и ждёт, когда Алёнка ошибётся, чтобы воспользоваться моментом и прочесть ей назидания. Девочка это чувствовала и ей было неловко за свою тётю: общение с ней её удручало, но она продолжала отвечать на её вопросы, потому что старших нужно уважать, даже если их уважать не за что.
— Восемью восемь? — продолжила тётя.
— Шестьдесят четыре.
— Семью восемь?
— Пятьдесят шесть, — протараторила девочка выученную наизусть таблицу умножения. Когда тётя поняла, что таблица умножения отскакивает от зубов племянницы и на этом её не поймаешь, то она с важным видом высказала сожаление:
— Значит, средненько учишься, — и это прозвучало как приговор умственным способностям племянницы. Алёнка, зашуганная матерью, была и без этого уверена, что семь пядей во лбу ей не грозит, в отличие от её матери отличницы, но дальнейшие слова тёти: — В Таньку, знать-то пошла. — озадачили девочку, и она возразила.
— Не-а, мама круглой отличницей была.
— Это тебе она сказала?
— Да!
— М-да…— ответила тётя, сделав надменное лицо.
Выражение «м-да», Алёнка восприняла как «да» — утверждение, что её мать была отличницей, и подумала: «Мамка отлично училась, поэтому тётя ей завидует? Странные эти взрослые. Неужели я вырасту и буду такой?»
Льву Мадиеву, с чемоданом и дорожной сумкой в руках, надоело слушать допрос жены, и он одёрнул её словесно:
— Может, хватит, Любаша, а? Ты с бабой Лизой обещала меня познакомить.
Баба Лиза не заставила себя долго ждать. Из избы вышли: дедушка Митя, Иван, и следом за ними тёща и баба Лиза. Алёнка обрадовалась, что тётя от неё наконец-то отстанет, и огорчилась одновременно, что никаких гостинцев ей от неё не перепало.
— Здравствуйте! — первым поздоровался Лев, к нему подошёл Иван и протянул ему руку, но руки у Льва были заняты поклажей. Дедушка Митя снял кепку и поприветствовал его.
— Как жизнь, дедка Митя? — поинтересовался Лев дружелюбно.
— Да чем старше, тем моложе! — улыбаясь беззубо, ответил дед.
— Это по-нашему! Молодец, дед! — потом кивнул тёще и бодро произнёс. — Здравствуй, тёща!
— Здравствуй, здравствуй, зятёк! — тёща расплылась в улыбке: Лев, пока что, был самым любимым для неё зятем.
Любаша обняла всех приветствуя. Бабушка Лиза подошла, кивнула, оглядела пристально Льва с головы до ног и вынесла вердикт:
— Хорош, но высокий шибко. Наши-то мужики поменьше будут.
— Как это, а мой тесть? — возразил ей Лев. — Его Бог ростом тоже не обидел.
Баба Лиза махнула рукой и, оправдываясь, сказала:
— Да чё уж его вспоминать-то? Развёлся Шурка с Галькой — считай он, уж бо́ле* не наш. Ну, знать-то хоть глянула я на тебя своими глазами, а то в прошлый-то раз приезжал, а я в аккурат в больнице лежала. — А потом, обеспокоилась: — Да мы чё тут-то стоим? В избу заходите, с дороги-то поди устали?
Лев кивнул подтверждая.
— Так они чё к вам-то пойдут, уж пущай идут так ко мне! — ревниво заявила Галина бабе Лизе. — Ко мне ведь приехали, у меня и ночевать будут.
Лев обрадовался, что ночевать в одном доме с дедушкой Митей не придётся, опасаясь, что тот опять на пьяную голову может перепутать туалет с шифоньером, как это произошло перед их свадьбой с Любашей.
Галина повела Льва со средней дочерью в свой дом.
Баба Лиза окликнула их:
— Если сполоснуться с дороги надумаете, в бане горячая вода есть.
— О-о, самое-то! — отозвался Лев. — Я как раз об этом подумал, спасибо!
А баба Лиза добавила:
— Там полотенце свежее есть, а ноги о тряпку можно обтереть, я там платье старое бросила.
— Ладно! Сейчас вещи у тёщи оставлю и сразу в баню отправлюсь.
Подойдя к дому тёщи гости увидели плакат на воротах: «Стой, жених, ни шагу с места — здесь живёт твоя невеста!»
Лев ухмыльнулся, подумав: «Глупости какие, а то он не знает, где живёт его невеста. Понапишут же всякую ерунду».
На стене избы висели плакаты: «Хи-хи-хи, ха-ха-ха, будем грабить жениха!», «Мы невесту продаём, очень дорого берём. Не хотите — как хотите, жениха всегда найдём!»
«Вот дурачьё, — мысленно хмыкнул Лев, — ещё выкуп какой-то устроить хотят. Повезло мне: дедка Митя удружил с костюмом, и Любашу выкупать не пришлось. Как вспомню, так вздрогну…»
Они зашли в сени, тёща стала открывать дверь в избу, Ира визгнула, переодеваясь:
— Не заходите, я не готова.
— Тогда постой тут, Лёва, после зайдёшь, — сказала ему тёща. Лев встал, ожидая дальнейшую команду.
— Да чё ему тут стоять-то, мам? — возразила Любаша. — Пускай в баню идёт.
— И то верно, — согласилась с ней мать. — Время поджимáт.
Лев поставил чемодан и дорожную сумку на пол. Любаша достала ему из чемодана сменное бельё и уточнила:
— Лёва, баня в огороде. Сам дойдёшь?
— Дойду, не маленький ведь, — заверил он её.
Она его предупредила:
— Долго не намывайся, а то скоро Ирку приедут выкупать.
— Ладно, я быстро! — ответил ей Лев, уходя. Он открыл воротца в огород. Глазами нашёл баню и торопливо по тропке между рядов картошки подошёл к ней. Он открыл дверь предбанника, увидел несколько полотенец, висевших на гвоздиках, и деревянное плечико для одежды. На полу под вешалкой валялось платье. — О-о, и ноги есть чем обтереть и рубашку на что повесить. — Он взглянул на платье и предположил: — На вид, правда, платье не очень старое, но кто этих баб поймёт, может, из моды вышло?! — и пошёл мыться.
Лев спешно сполоснулся в бане, вышел, встал на платье и вытер им ноги, а потом быстро переоделся и счастливый, что ему удалось смыть с себя усталость с дороги, вернулся в избу к тёще. Тем временем тёща, увидев зятя сказала Любаше:
— Ты пока погоди, я сбегаю в баню, быстро сполоснусь и платье переодену.
— Как скажешь, мама.
В душе у Льва появилось смутное предчувствие, надвигающегося скандала, и оно его не подвело. Тёща вернулась из бани буквально через пару минут с платьем в руках и недоумевая произнесла:
— Господи-и, девки, чё делать, кто-то моё платье ухайдакал.
Лёва покраснел как рак и признался:
— Это я об него ноги вытирал… Я не знал, простите…
У Любы сдали нервы, и она заорала:
— Лева, ты дурак, что ли?
— Так баба Лиза сказала: я там платье старое бросила… Я думал, оно из моды вышло.
— Ну и зятьёв мне Бог послал — один краше другого, — выговорила Галина, а потом смягчив свой норов, добавила: — Придётся друго́ платье на себя надевать, вот ведь оказия-то какая.
Пояснение:
бо́ле* — больше
© 04.04.2021 Елена Халдина, фото автора
Запрещается без разрешения автора цитирование, копирование как всего текста, так и какого-либо фрагмента данного романа.
Все персонажи вымышлены, все совпадения случайны.
Продолжение 233 Всё, хватит скандалить — я замуж выхожу
ознакомиться с предыдущей главой можно тут 231 Что за день только такой суматошный