25 апреля 1945 года советские красноармейцы и солдаты армии США вместе ощутили радость близкой победы
Приближаясь к Эльбе, наши бойцы и офицеры знали, что именно здесь, в Саксонии, произойдет первая встреча с войсками наших англо-американских союзников. Каждый день люди, сражающиеся по эту сторону Эльбы, с нетерпением ждали сводки о продвижении частей союзных войск, подходивших к Эльбе с запада. На штабной карте можно было проследить, как все ближе и ближе подходят друг к другу две линии фронта. Между ними лежала Эльба, и расстояние, отделявшее нас от союзников, сокращалось с каждым часом.
Первыми вступили в соприкосновение с частями 1-й американской армии наши радисты. Разговор между нашими и американскими радистами происходил в момент, когда передовые части 1-го Украинского фронта находились уже менее чем в тридцати километрах от американцев. Немецкие станции пытались заглушить разговор, но неудачно.
— Скоро встретимся с вами, — радировали американцам наши радисты. — Мы знаем ваше расположение. Наши танки приближаются к вам. Делаем все, чтобы скорее встретиться с вами.
В передовых частях 1-й американской армии оказались среди радистов люди, знающие русский язык. Они поддерживали связь с нашими радистами, передавая им привет от американцев, сообщая о том, что во всех частях 1-й американской армии с волнением ждут встречи с Красной Армией.
Где же произойдет встреча? Кто первым пожмет руку американцу?
Вспоминает командующий советской 5-й гвардейской армией генерал-полковник Алексей Жадов:
"В 13 часов 30 минут в районе Стрела северо-западнее Ризы воины 7-й роты 173-го стрелкового полка 58-й гвардейской дивизии во главе с командиром роты гвардии старшим лейтенантом Григорием Степановичем Голобородько, в прошлом полтавским слесарем, заметили группу военных, двигавшуюся с запада. Наши по привычке насторожились, но солдатское чутье подсказало им, что там, впереди, не те, с кем они дрались на протяжении всей войны. Все же приняв боевой порядок, подразделение Голобородько двинулось навстречу неизвестным. Как оказалось, это была разведгруппа 69-й пехотной дивизии 1-й американской армии. Разведгруппой командовал первый лейтенант Коцебу, бывший студент из Техаса, с ним были сержанты и солдаты Полонский, Шульман, Ситник, Форестер и другие".
По воспоминаниям Альберта Коцебу, добравшись до Эльбы, он увидел на противоположном берегу советских солдат. Обнаружив немецкую лодку, прикованную к мосткам, подорвал цепь гранатой и переплыл со своими людьми на "русский" берег.
Голобородько предложил Коцебу организовать официальную встречу через час несколькими километрами ниже по течению, возле паромной переправы у селения Крейниц. Однако американцы на нее опоздали (согласно некоторым источникам, Коцебу отправился праздновать в расположение советской части, задержался там до вечера, а в рапорте по рации неверно указал место). В результате прославились другие офицеры, лейтенанты Уильям Робертсон и Александр Сильвашко.
"Примерно в 15:30 в районе Торгау воины 2-го батальона 173-го стрелкового полка той же 58-й дивизии заметили, что с колокольни городской церкви подает сигналы какой-то человек в военной форме, - продолжал Жадов. - Гвардии лейтенант Сильвашко попытался объясниться с ним по-немецки, но из этого ничего не вышло. Наши солдаты сделали несколько выстрелов в воздух и вдруг услышали крик: "Москва - Америка!". Стало ясно, что на колокольне американец. Это был солдат той же 69-й дивизии. Затем подошел офицер, который заявил, что они являются разведчиками 69-й пехотной дивизии 1-й американской армии и попросил Сильвашко съездить с ним в штаб батальона, находившийся километрах в пятнадцати. Как потом выяснилось, это был младший лейтенант Уильям Робертсон".
Воспоминания очевидца
Робертсон тоже запомнил этот день на всю жизнь, но в его изложении незабываемый момент выглядит несколько иначе.
"Мы понимали, что советские войска близко, что война близится к концу, были возбуждены этим, - рассказывал он. - Наверное, увлеклись и нарушили приказ начальства не удаляться дальше, чем на 10 км от основных сил дивизии. Вкатились в город Торгау. Попали под обстрел немецких снайперов. Уходя из-под огня, наш джип на бешеной скорости колесил по пустынным улицам. Неожиданно влетели на территорию лагеря русских военнопленных. И вдруг недалеко разорвался снаряд. "Русские! Советские! Красная армия!" - кричали военнопленные, показывая руками на Эльбу. Из-за реки била советская артиллерия. Я послал человека на башню городского замка. Стрельба из-за реки прекратилась, оттуда взвилась красная ракета".
"Я едва не заплакал от досады. По уговору между союзниками я должен был ответить зеленой ракетой, но у меня ее не было. Ведь, отправляясь в разведку, не думали мы, что встретим передовые советские части. По нашим расчетам, они не должны были еще выйти к Эльбе. Начали кричать: "Америка! Россия! Товарищ!". Помог русский военнопленный. На том берегу реки его услышали. Из-за леса появились советские солдаты. Они бежали к мосту, накануне взорванному немцами. Не помня себя от радости, я тоже побежал к мосту".
Робертсон и Сильвашко доложили вовремя и четко, поэтому именно место их встречи стало пунктом первого официального контакта. На следующий день туда прибыли командиры 69-й американской и 58-й советской дивизий генералы Рейнгардт и Русаков в сопровождении своих офицеров и 65 журналистов, среди которых был Константин Симонов. Спустя несколько часов в Вашингтоне и Москве были синхронно сделаны соответствующие заявления.
Американские фотографы сделали исторический снимок Робертсона и Сильвашко, пожимающих друг другу руки на фоне флагов двух стран и плаката с надписью на английском языке "East meets West" ("Восток встречается с Западом").
По американским данным, контакт мог произойти еще раньше. Около 11:30 25 апреля разведгруппа Коцебу натолкнулась в деревушке Леквиц на верхового в советской форме, но тот в переговоры не вступил, а хлестнул лошадь и ускакал.
Советские историки упоминают старшего лейтенанта Января Еремеева, который первым пересек Эльбу на рассвете 25 апреля, но американцев не увидел.
Что там можно, что нельзя
Советские войска получили директиву из Москвы: "Первым делом устанавливать с союзными войсками разграничительную линию", "относиться к ним приветливо", но "никаких сведений о наших планах и боевых задачах войск не сообщать", "инициативу в организации дружеских встреч на себя не брать".
"При желании американских или английских войск организовать торжественную или дружескую встречу не отказываться и высылать своих представителей. О всех приглашениях немедленно докладывать и посылать представителей с разрешения старшего начальника не ниже командира корпуса. После такой встречи приглашать к себе представителей американских или английских войск для ответной встречи с разрешения старших начальников не ниже командира корпуса", - говорилось в документе.
Предписывалось "офицеров и генералов, выделенных в качестве представителей, тщательно инструктировать, обращая особое внимание на сохранение военной тайны", "в случаях посещения наших частей представителями американских или английских войск прием в рабочих помещениях штаба не производить, а иметь специально подготовленные помещения" и "во всех случаях служить образцом дисциплинированности и порядка".
Без протокола
Союзникам сильно запомнилась привычка советских офицеров меняться часами ("махнем не глядя!"), а тем - американские каски, покрытые камуфляжной сеткой и то, что их генеральская форма ничем не отличалась от солдатской (узнать начальство можно было лишь по звездочкам).
Американцы и британцы в первую очередь стремились заполучить в качестве сувениров советские форменные пуговицы, которые после возлияний порой откручивали без разрешения хозяев.
Во время одной из торжественных встреч американский оркестр исполнил "Интернационал". Оказалось, хозяева не знали, что у СССР с 1943 года новый гимн, и не умели его играть.
Командир 40-го корпуса генерал Кузнецов на обеде заявил: "Имея таких руководителей, как товарищ Сталин и товарищ Рузвельт, мы можем выполнить любую задачу". Американцы сказали ему, что Рузвельт несколько дней назад скончался и президентом теперь является Гарри Трумэн, но Кузнецов пропустил это мимо ушей и продолжал не к месту поминать Рузвельта.
Во время встречи в Торгау командиров корпусов Бакланова и Хюбнера американская корреспондентка Вики Урвин "самовольно уехала в сторону нашего тыла" и, прежде чем ее отловили, успела поговорить с санитаркой медсанбата. Чекисты долго допрашивали девушку о содержании беседы, криминала не нашли, но так и не поверили, что американкой двигало исключительно журналистское любопытство. Между тем интервью с простой советской санитаркой стало в газете Урвин "гвоздем номера".
Маршальское веселье
После падения Берлина дошло до общения между высшими военачальниками.
5 мая в городке Лебуза в 40 километрах от Торгау маршал Конев принимал американского командующего группой армий генерала Омара Брэдли , получил из его рук американский орден и подарил коллеге донского жеребца и пистолет с инкрустированной рукояткой.
"Русские офицеры встретили нас шумно и весело. Водка и бесконечные тосты за Победу свалили с ног многих генералов и офицеров - и советских, и американских", - вспоминал Брэдли.
На концерте выступила танцевальная группа из юных красавиц. "Простые девушки, служащие в нашей армии", - сказал Конев в ответ на восторги гостей, хотя на самом деле это был профессиональный ансамбль.
Брэдли все понял и во время ответного визита 17 мая показал Коневу скрипача-виртуоза в солдатской форме: "Вот какие у нас талантливые рядовые!".
Конев получил в подарок американский автомат и новенький "виллис", багажник которого был наполнен блоками сигарет.
В ночь с 8 на 9 мая после подписания акта о безоговорочной капитуляции Германии в столовой военно-инженерного училища в Карлсхорсте состоялся грандиозный банкет, красочно описанный любимцем маршала Жукова, комиком и танцором Борисом Сичкиным, впоследствии прославившимся ролью Бубы Касторского в фильме "Неуловимые мстители".
"Генерал Телегин плясал "русскую" с платочком в руке. Маршал Жуков покорил всех присутствующих огненным русским танцем, это было на высшем уровне. Генерал Чуйков напоминал огромного обаятельного медведя. Он снял китель, оставшись в матросской тельняшке, и неожиданно сделал переднее сальто. Очень сложное движение! Тем более на скользком паркетном полу, плюс после двух литров выпитой водки. Но генерал сделал смертельный трюк безукоризненно и вызвал бурю аплодиментов", - вспоминал Сичкин.
Дух Эльбы
«25 апреля 2010 года исполняется 65 лет со дня легендарной встречи на Эльбе, ставшей ярким символом боевого братства наших стран в годы Второй мировой войны. Мы преклоняемся перед мужеством воинов, вместе сражавшихся за освобождение Европы от фашизма. Их героический подвиг навсегда останется в благодарной памяти человечества.
…
Мы убеждены, что, действуя в «духе Эльбы», на равноправной и конструктивной основе, можно успешно решать любые задачи, стоящие перед нашими народами, эффективно противостоять вызовам нового тысячелетия».
Совместное заявление президентов России и США по случаю 65-й годовщины встречи советских и американских войск на р. Эльбе