Быт современных старообрядческих скитов на Енисее

В предыдущих статьях я рассказала о том, что Агафья Лыкова не единственная староверка, живущая в уединении глубоко в тайге. В енисейских лесах прячутся скиты и монастыри старообрядцев, где проживают тысячи людей. Я рассказала об отношении современных староверов к документам, о том, что встречаются там и иностранные старообрядцы (ссылки на эти статьи я по традиции дам в конце этого рассказа). Сегодня я расскажу о том, как устроен быт в этих скитах, как живут в них современные староверы.

В середине XX века, после того, как в Дубчесские скиты (Дубчес - левый приток Енисея, центр современного старообрядчества в Сибири) стали возвращаться осужденные и отбывшие свой срок старообрядцы, местонахождение скитов держалось в строжайшем секрете, даже связь с жителями старообрядческих деревень была односторонней. Насельники и святые отцы "в мир" выходили только по ночам и постоянно меняли свои маршруты, чтобы не натаптывались тропинки.

И только после распада Советского Союза ситуация изменилась. Наладилась связь с зарубежными единоверцами, заново перестроили часовню и трапезную мужской обители, возвели кельи, потому что количество насельников резко увеличилось. Но особо возросло число инокинь четырех женских скитов, которые расположены вокруг мужского монастыря на расстоянии от пяти до пятнадцати километров.

Иерей Александр Колногоров, посетивший эти скиты в середине двухтысячных, позже рассказывал об их расположении и устройстве. Добраться в скиты можно только весной или осенью, когда реки становятся полноводными и появляется возможность передвигаться на лодках. В другое время идти туда можно только пешком (цифры очевидцами называются разные - от 100 до 300 км).

Каждое утро в скитах и монастырях начинается одинаково: те, кто не чувствует в себе сил работать физически, остаются на легкой работе - работать в келарской (служба, организующая жизнь монастыря - питание, учет припасов и т.д.), перебирать орехи, либо читать Псалтырь. Остальные уходят на физическую работу - заготовку дров и припасов, а так же леса для строительства в ските. Кстати, строительство келий и ремонт любых построек, как в мужских, так и в женских скитах является обязанностью иноков-мужчин.

Во время заготовки припасов рыбы или кедрового ореха все насельники покидают монастырь надолго. Как и у Агафьи Лыковой, в Дубчесских скитах это основной источник питания. Из кедрового ореха делают не только молоко (как Агафья, которая угощает этим продуктом всех гостей), но и сметану и масло. А выжимки ореха, спрессованные с сахаром, по вкусу напоминают халву.

Насельницы женских скитов летом заготавливают ягоды и грибы, также на них лежит обязанность пошива одежды для всех насельников. В целом, в скитах технические приспособления и инструменты не приветствуются, кроме самых необходимых, типа лодочных моторов. В последнее время разрешены швейные машинки, дизельные генераторы и ленточные пилы. Иностранцы, идя на сезонную заготовку ореха или рыбы, все чаще предпочитают полевую форму американского спецназа. Да и тексты религиозные теперь копируют, используя ксерокс и принтер.

(А если цивилизация все больше входит в жизнь насельников и насельниц, то, возможно, правы те из моих читателей, кто говорят в комментариях, что надо расширять общение, вынуждая жителей скитов постепенно выходить из добровольной изоляции?)

А вот подход к лечению в скитах до сих пор какой-то средневековый: если насельник или насельница жалуются на головную боль или легкую простуду, то он/она остается в своей келье и молится, и не ходит не только на работу, но и в трапезную. Если же заболевший пришел на трапезу, то он считается выздоровевшим. Еду в келью носят только лежачим и тяжелобольным братьям и сестрам, но только раз в день. (На мой взгляд, абсолютно дикий подход - кто мешает обращаться к врачам? Но тут сразу снова вспоминаются Лыковы и их подход: "На все воля Божья", а также слова американки Елизаветы о том, как ее убеждали, что если она умрет, то попадет в царство Божие.)

Так что, в чем-то отшельники-староверы, может, и стали современнее - не ходят в берестяных обутках и не шьют одежду из домотканого полотна из конопли. Но в чем-то не менее важном они остались прежними, заблудившимися в веках. Подписывайтесь на мой канал, чтобы не пропустить что-то интересное. Другие статьи по теме можно найти здесь:

"Мертвые души" XXI века, или Одна ли такая Агафья Лыкова

Как бразильский старовер в Сибирь переехал

Как американка в таежном скиту в плену жила