В своей замечательной книге «Анатомия болезни» Норман Казинс рассказывает поучительную историю о Пабло Казальсе, одном из величайших музыкантов двадцатого столетия. Это история о вере и возрождении, из которой мы все можем извлечь положительный урок.
Казинс рассказывает, как он познакомился с Казальсом незадолго до девяностолетия выдающегося виолончелиста. Казинс вспоминает, что было больно смотреть на то, как этот старик начинает свой день. Он был настолько слаб и разбит артритом, что не мог одеться без посторонней помощи. Эмфизема легких затрудняла дыхание. Он передвигался с палочкой, сгорбленный, вытянув вперед тощую шею. Руки у него распухли, пальцы скрючились. Он выглядел очень старым и чрезвычайно усталым человеком.
Прежде чем сесть завтракать, он подошел к фортепиано, одному из тех инструментов, которыми владел мастерски. С огромным трудом опустился на стул перед инструментом. Казалось, ему стоит колоссальных усилий поднести свои скрюченные, распухшие пальцы к клавиатуре.
А затем произошло чудо. Внезапно Казальс полностью преобразился прямо на глазах у Казинса. Он вошел в продуктивное творческое состояние, при этом вся его физиология изменилась настолько, что он начал двигаться и играть, показывая такое великолепное мастерство, которое трудно было ожидать даже от здорового, сильного и темпераментного пианиста. Как вспоминает Казинс, «пальцы медленно выпрямились и потянулись к клавишам с такой легкостью и нежностью, как головки цветов тянутся к солнцу. Спина выпрямилась, казалось, он стал дышать легко и свободно». Сама мысль о том, что он сейчас будет играть на фортепиано, полностью изменила все его внутреннее состояние и все его существо. Казальс начал с произведения Баха, играя с большим чувством, но сдержанно. После этого он сыграл концерт Брамса, при этом казалось, что его пальцы буквально летают над клавишами. «Впечатление было такое, словно все его тело слилось с музыкой, — пишет Казинс. — И не было больше закрепощенного и сгорбленного старика, грация и страсть полностью вытеснили из него весь артрит». В тот момент, когда он выходил из-за фортепиано, казалось, это совершенно другой человек, отличный от того, что садился играть. Он стал стройнее и казался выше, он уже мог ходить без палочки. Он быстро подошел к обеденному столу, с большим удовольствием съел свой завтрак и отправился на прогулку вдоль побережья. Вера творит чудеса.
