Книга британской писательницы Сью Таунсенд со знойным названием «Женщина, которая легла в кровать на год», которую намедни я закончила читать, изначально привлекла этим самым названием. Нифига себе – зачем она туда? Как ей удалось там пролежать, и чего эта женщина в итоге добилась таким демаршем?
Оказалось же, что загнало главную героиню в кровать банальное русское, несмотря на врожденную британистость, «заколебало». Муж эгоист, дети сами по себе, свекрундель эта еще мозг делает, да и мамочка не отстает. И главная героиня ложится такая в постель и всё. Дальше без неё, она нашла свое место в жизни, мире и доме.
И вот тут как раз про разность потенциалов, мировоззрений, менталитетов (больше умных слов не вспомнила). Представьте, у нас бы баба залегла в постель и сказала мужу: «Знаешь, Ваня, у меня кризис, я должна переоценить недооцененное и выставить новую цену». Что бы сделал мужик? Поднял бы руку, потом резко бы так опустил с той самой фразой про плащ, и свалил бы к Люське из бухгалтерии. Ну или на худой конец к маме. Не, ну а как, он же не эцсамое вот это вот в конце концов.
А что сделал британский муж? Погундел, поныл, пострадал, и стал носить ей еду в постель (когда вспоминал), а потом Люську из бухгалтерии привёл в дом жить, ибо чо бы нет, так удобнее. А жена, думаете, опечалилась? Вот тут-то и проявилась вся мощь и широта европейской мысли. Хотела бы я с апломбом заявить, но внезапно вспомнила Маргариту Палну, супруга её, уважаемого товарища Хоботова и их «высокие, высокие отношения».
И таки разница всё равно есть. Ну не будет русская баба год в постели лежать. Да не в нашей это крови. Что, прям реально лежать? А рассада сама рассадится? А борщ сам сварится? А свекрови кости перемыть с соседкой? Да и свекровь, к слову, британская, хоть пальцем у виска и покрутила, но ухаживать за кукукнутой снохой пришла. Прикиньте, что бы сделала наша, например, Кабаниха? А еще верней – Упыриха из «Зулейхи». Вот уж у кого главная героиня разлежалась бы в постели, ага, два раза.
Да и с детьми там всё как-то не по-людски. Наши дети как бы отреагировали, учуди маман такое? Ну, допустим, сначала кайфанули бы от детской свободы и до опупения в телефон бы натупились, пока никто не гоняет. А потом бы всё равно так не так, а хоть салат в контейнере из «Пятёрочки» принесли бы. Ну а как? Жалко же мамку, кровиночка же. Да в костном мозге у нас эта жалость и ответственность за тех, кого приручили. Я на днях пост писала про любимые книги наших звезд, там все через одного говорят про «Маленького принца», потому что философия созвучна нашей не такой уж и загадочной, маленькой, но всё-таки душе. А их дети что? Да плевали они на мать высокой колокольни, у них свои проблемы, и вообще они аутисты. Опять какое-то не наше заболевание.
А потом чокнутую героиню, которая сама не знает, куда себя деть, прогрессивная западная общественность как начала обожествлять! Прям в прямом смысле. Сочли её святой. И их, британский, Малахов как приедет брать интервью! Наша бы что сделала женщина? Наша женщина практичная! У неё зарплата 16 тысяч и пенсия, как линия горизонта, с каждым годом отодвигается всё дальше. Бабла бы баба запросила и интервью бы Малахову дала, и потом еще подсолнечное мало прорекламировала и личный блог бы завела. «Год в постели. Подписывайтесь на канал, ставьте лайки» и всё такое. А их, вы думаете, до такого додумалась? Ни в коем. Фантазии хватило только послать подальше – и журналистов, и поклонников, и какой уж при таком раскладе блог.
И вот я это всё читала-читала, зевала-зевала и как-то даже немного пожалела, что британские ученые так до сих пор и не вычислили пропорции широты русской души и долготы – британской. Ну очевидно ж, разные мы в доску, а на сколько процентов и во сколько раз, так науке пока и неизвестно. Вот и переводят на русский всякую муть, напрочь чуждую нашему национальному восприятию. И как-то прям так и взвывается на луну немеркнущим в веках: «Доколе!»