В ночь с 11 на 12 марта 1801 года в результате заговора в Михайловском замке был убит император Павел I. Большое число недовольных государем вздохнуло с облегчением, но вопросов это убийство оставило достаточно. Сейчас постараемся отследить хронологию событий, хотя бы в общих чертах.
Павел Петрович взошёл на престол в 1796 году после смерти своей матери Екатерины II. Он ждал этого события слишком долго, она правила с 1762 года как регент, который через 10 лет, после совершеннолетия Павла, должен был передать престол ему. Но этого не случилось. Екатерина сосредоточила всю власть в собственных руках, а к сыну относилась с явным пренебрежением. То ли дело было в том, что он уж очень явно с годами стал напоминать ее нелюбимого супруга Петра III, то ли она просто считала Павла неподходящим для роли монарха претендентом. Так или иначе, последние годы правления Екатерины Павел жил отдельно от нее, создавая своё маленькое государство в Гатчинском имении.
Новый император, крайне негативно относившийся и к матери, и к ее окружению, видел своей целью осуществить такое государственное переустройство, которое не оставило бы и воспоминаний о предыдущей эпохе. Всех поддержавших Екатерину вельмож он считал предателями, свергнувшими, а затем и убившими его отца-императора. Многие, даже самые высокопоставленные деятели, включая членов императорской семьи, были подвергнуты репрессиям, что привело к тому, что положение самого императора стало шатким.
Он совершил торжественное перезахоронение своего отца Петра III со всеми полагающимися почестями, несмотря на то, что со дня его смерти прошло более 30 лет. Нести тело, как и участвовать во всей этой церемонии, Павел приказал тем, кто, по слухам, имел к этому убийству непосредственное отношение. Вельможи, ещё недавно, при Екатерине, считались самыми почитаемыми людьми в стране, теперь испытывали крайнее неуважение. Но это был не единственный такой случай.
Многое Павел делал назло матери, будто пытаясь ей насолить. Так он разрешил вернуться из ссылки 87 осуждённым, в числе которых были Радищев, Новиков и Костюшко. Некоторым он даже разрешил покинуть Россию.
Положение дворян при Павле изменилось до неузнаваемости. Император снял запрет на применение телесных наказаний к дворянам. Также дворяне теперь были лишены права подавать коллективные жалобы государю, Сенату или губернаторам. Павел запретил допускать к выборам тех дворян, которые были уволены со службы за проступки. Отменились дворянские собрания. Также дворяне с 1797 года были обязаны платить налог на содержание органов местного самоуправления, причём сумма затем ещё повышалась, а с 1799 года помимо этого им ещё нужно было платить по 20 рублей «с души» в государственную казну. Если дворяне служили меньше года, они не могли требовать ухода в отставку, а тех, кто от службы уклонялся, было приказано судить по всей строгости. С каждым из таких указов недовольство богатейших и знатнейших лиц империи неуклонно росло.
С лета 1799 года начинает формироваться группа заговорщиков, вынашивающая планы отстранения императора от власти и возведения на престол старшего сына Павла, Александра. Он, будучи воспитан своей бабкой Екатериной, был более лояльным кандидатом. Наследник знал о готовящемся заговоре, но считал (или его в этом убедили, или он просто не хотел признавать правду), что отца не убьют, а просто заставят подписать отречение. Возможно, так и было, но Павел, так долго рвавшийся к власти, был явно не из тех, кто так просто с ней расстанется.
Во главе заговора встали вице-канцлер Никита Панин, генерал-губернатор Петербурга Петр Пален, последний фаворит Екатерины Великой Платон Зубов вместе с братьями Николаем и Валерианом. Общее количество лиц, вовлеченных в заговор, к началу марта 1801 года составляло от 180 до 300 человек.
Знал ли сам император о готовящемся покушении? Конечно, слухи дошли и до него. 9 марта Павел вызвал к себе Палена и спросил, что ему известно о заговоре. Генерал-губернатор Петербурга ответил, что сам состоит в нем, готовясь арестовать заговорщиков с поличным. Палену удалось успокоить императора, получив некоторое время на реализацию задуманного.
Сразу после беседы с императором Пален встретился с Александром и сообщил ему, что Павел подписал указ о предании суду членов императорской фамилии. Глава заговорщиков просит наследника престола дать «добро» на приведение замысла в исполнение. После некоторого колебания Александр соглашается, настаивая на том, что отец не должен пострадать. Пален уверяет его в этом.
Кстати, незадолго до этого, в 1798 году в Смоленск был раскрыт заговор тайной офицерской организации, которая собиралась сместить или даже убить Павла.
Но зря Павел поверил Палену. Совсем не тех видел он в числе главных заговорщиков. Он, подозревая самых близких, приказал держать под домашним арестом в Михайловском замке собственную жену, а также старших сыновей, Александра и Константина. Павел очень боялся, что его жена сделает то же, что мать сделала с отцом, поэтому старался всегда и везде быть начеку, порой даже слишком сильно: например, в начале марта он приказал заколотить дверь в спальню Марии Фёдоровны. Выпускать семейство можно было только под присмотром и исключительно по важным причинам. Павел считал, что главная угроза исходит именно от них. Он боялся быть отравленным и приказал готовить еду в смежной с его спальней комнате и чтобы этим занималась лишь одна женщина. В то же самое время заговор нарастал.
24 февраля в опалу впал Фёдор Ростопчин, главный соперник Палена. С его отстранением началась финальная стадия подготовки заговорщиков. Дата осуществления задуманного была выбрана не просто так: изначально все должно было выпасть на 15 марта, так называемые «мартовские иды», именно в этот день был убит Цезарь. Но чем ближе была долгожданная дата, тем скорее заговорщикам хотелось все осуществить, так что по итогу число немного сместилось.
Теперь остановимся на событиях дня убийства Павла.
Проснулся он, как всегда, рано, в 4:00. До 9 утра занимался государственными делами в своём кабинете, затем вместе с Александром осматривал войска. В том числе принял доклад у Палена. После этого Пален собрал на своей квартире офицеров гвардии, где выразил им особое неудовольствие государя их службой и угрозу всех сослать. Собравшиеся «разъехались с горестными лицами и с унынием в сердце».
Павел I отобедал в Михайловском замке со своими приближенными. В то же время Пален рассылал приглашения к себе на ужин. На мероприятие приглашаются только те, кто вовлечен в заговор. Все должно было выглядеть как очередной званый вечер, не вызывая лишних вопросов.
Император общался с членами семьи и говорил им не вступать в связь с заговорщиками. После Павел находился в отличном настроении и позволил Александру и Константину отужинать с ним, туда же приглашены многие другие члены семьи.
После ужина Павел общался с Михаилом Кутузовым. Посмотрев на себя в зеркало, монарх заметил: «Посмотрите, какое смешное зеркало; я вижу себя в нём с шеей на сторону». Уходя к себе, император бросает: «Чему быть, того не миновать». Затем эти фразы стали считаться пророческими, будто император чувствовал свою приближающуюся кончину.
Заговорщики в это время обсуждали план действий.
После молитвы и принятия настойки Павел отправился к своей фаворитке Анне Гагариной, а потом отошел ко сну.
Поднятый по тревоге 3-й батальон Семеновского полка, которым руководит наследник престола Александр, направился в Михайловский замок, чтобы сменить Преображенский батальон, занимавший караулы в замке. Эта смена совершается под предлогом, что на другой день, 12 марта, Павел I будет рано смотреть Преображенский полк. Семеновцы заняли все посты в замке, кроме внутреннего пехотного караула, находящегося около залы, называемой уборной, смежной со спальней Павла I.
Непосредственные исполнители убийства вошли в российскую историографию под именем «пьяные гвардейцы», причём неспроста. Говорили, что многих караульных тогда изрядно напоили (отвечал за это Платон Зубов), чтобы они не смогли быстро сориентироваться в происходящем и совершали все полученные указания.
Платон Зубов сообщил рядовым участникам переворота о том, что император будет низложен предстоящей ночью. При этом он указывал на то, что сам цесаревич Александр дал на это разрешение, а Екатерина Великая с самого начала хотела передать престол внуку. Среди заговорщиков проявилась нерешительность, когда речь зашла о том, что делать с Павлом после отстранения от власти. Пален заметил: «Напоминаю, господа, чтобы съесть яичницу — нужно сначала разбить яйца». Предварительно решено было заключить свергнутого императора в Шлиссельбург, а дальше смотреть по обстоятельствам. Если Павел был бы покладистым и смирился со своим положением, его можно бы было даже вернуть в Петербург и поселить в какое-нибудь царское имение.
Не участвовавшие или не слишком разделявшие заговор гвардейцы были отодвинуты более решительными. Им нужно было противодействовать возможному контрудару и идти во дворец вместе с организаторами заговора, окружая его со всем сторон и обрывая пути к отступлению.
Заговорщики, разделившиеся на две группы, выдвинулись в Михайловский замок. Колонна Зубова-Беннигсена пошла через Садовую к Рождественским воротам Михайловского замка. Другая, во главе с Паленом, через Невский проспект и главный вход под Воскресенскими воротами.
Ровно в 00:00 они проникли в Михайловский замок. Часовые на нескольких постах пытались поднять тревогу, однако высокопоставленные офицеры из числа участников заговора успокоили их.
Заговорщики подошли к императорским покоям. Платон Зубов ударил часового Агапеева саблей по затылку. Затем таким же образом нейтрализовали гусара Кириллова, дежуривший за первой дверью покоев. И Агапеев, и Кириллов в итоге остались в живых. Ходили слухи, что из спальни императора в убежище вела некая тайная дверь, по которой Павел мог бы скрыться. Так что действовать нужно было крайне осторожно.
Участвовавшие в заговоре офицеры были расставлены по коридорам, у всех дверей и лестниц, а также у окон, чтоб совершать наблюдение. Многие из них держали оружие наготове. Скорее всего, им был отдан указ ни в коем случае не дать императору уйти или поднять тревогу, даже ценой его жизни.
Группа Зубова-Беннигсена оказалась первой в покоях Павла I. Однако камер-лакеи императора подняли шум, что привело в состояние паники Платона Зубова. Он сделал попытку покинуть дворец, однако его остановил Беннигсен: «Как? Вы сами привели нас сюда и теперь хотите отступать? Это невозможно, мы слишком далеко зашли, чтобы слушаться ваших советов, которые ведут нас к гибели. Жребий брошен, надо действовать. Вперёд».
Павел, услышав шум, попытался сбежать в спальню Марии Фёдоровны, но дверь была заперта. Существует версия, что незадолго до этого сам император приказал ее закрыть, послушавшись совета Палена. Была ещё возможность уйти через комнаты Гагариной, но, видимо, Павла обуял такой страх, что он не мог рационально мыслить, лишь метался за занавесками. Тогда он спрятался за каминным экраном. Платон Зубов, не обнаружив монарха, растерянно сказал по-французски: «Птичка упорхнула». Беннигсен, сохраняющий хладнокровие, подошел к постели, пощупал её рукой и сказал: «Гнездо теплое — птичка недалеко». Спустя минуту заговорщики обнаружили Павла. Монарх, ещё недавно диктовавший им свои условия, теперь был перед ними в западне. Бежать было некуда, да и незачем - подступала вторая группа заговорщиков.
От Павла потребовали подписать отречение от престола, которое было подготовлено заранее. Он был сильно напуган и категорически отказывался выполнять какие-либо указания. Одного из заговорщиков он с перепугу даже принял за своего сына Константина. В результате возникла словесная перепалка между Павлом и Платоном Зубовым, и император, пытаясь убежать, нанёс ему удар. В этот момент одним из наиболее активных заговорщиков стал полковник Владимир Яшвиль, начальник конно-гвардейской артиллерии. «Полно разговаривать! Теперь он подпишет все, что вы захотите, а завтра головы наши полетят на эшафоте», — кричал он. Это придало нападавшим какую-то другую уверенность. Будто только в этот момент они осознали, что не все так просто. В руке Платона Зубова откуда-то оказалась массивная золотая табакерка, которой он нанёс удар в левый висок императора.
Павел упал на пол, после чего на него набросились более десяти человек. Лежащего они били ногами, прыгали на животе. Казалось, озверевшие дворяне, уже забыли, кто перед ними, либо прониклись высшей формой ненависти к беззащитному монарху. Затем офицер Измайловского полка Скарятин затянул на шее Павла офицерский шарф, который принадлежал, по разным версиям, либо Скарятину, либо самому императору. Монарха задушили. Спустя несколько минут император уже не подавал никаких признаков жизни. Все было кончено.
Первому о смерти Павла сообщили цесаревичу Александру. Он не мог поверить в случившееся и для того чтобы собраться с мыслями уехал вместе с братом Константином из Михайловского замка. Императрица Мария Федоровна заявила о своих правах на трон, но ее изолировали, объявляя наследником старшего сына.
Медикам был отказ приказ привести труп Павла в такой вид, чтобы не осталось следов насильственной смерти. Но сделать это, конечно, до конца не удалось. В гробу лицо императора в итоге закрыли массивной шляпой. Официальная версия гласит, что Павел умер от апоплексического удара, или инсульта. Отсюда пошла фраза «Умер от апоплексического удара табакеркой в висок».
Любопытно, что умер царь там же, где и родился. Михайловский замок, который он строил как неприступную крепость, был возложен на фундаменте Зимнего дворца Елизаветы Петровны, где когда-то Павел появился на свет. Уже после смерти стали вспоминать мистические предзнаменования и пророчества его кончины. Так, например, говорили, что незадолго до случившегося у дворца появилась юродивая (скорее всего, Ксения Петербургская), которая сказала, что жить Павел будет столько же лет, сколько букв в написанной над Воскресенскими воротами фразе. «ДОМУ ТВОЕМУ ПОДОБАЕТЪ СВЯТЫНЯ ГОСПОДНЯ ВЪ ДОЛГОТУ ДНЕЙ» - это 47 символов. Павлу на момент смерти шёл 47-ой год.
Информация о свершившемся убийстве была засекречена до революции 1905 года, хотя активно обсуждалась в зарубежной прессе. Когда же разговор заходил между теми, кто знал или догадывался о том, что произошло за стенами Михайловского замка, говорили, что «Павел просто всем надоел».
Хотели ли заговорщики убить императора? Думаю, что нет. Они сами испугались содеянного и пытались скрыть следы своего присутствия. Но повернуть время обратно было уже невозможно...