Глава 29
– А вы… очень решительная женщина, – сказала Елена Александровна бабушке.
Они сидели в раздевалке пейнтбольного клуба. Елена Александровна обмахивалась журналом, а бабушка копалась в сумочке, разыскивая зеркальце.
– На такое… и сразу согласились.
– Я? Мне Всеволод Алексеевич заявил, что это вы сразу согласились, – выловив зеркальце, бабушка подозрительно в него уставилась.
Обе перевели взгляды на Севу, и он, кажется, покраснел. Хотя с точки зрения пользы всё вышло абсолютно правильно. Да и не он один спровоцировал этот поход. Бабушку убеждал ещё и дед, а Катину маму – Севин папа.
– Вам не понравилось?
– Севочка, мы в восторге, – печально вздохнула бабушка.
– В полном, – подтвердила Елена Александровна.
– Можно будет ещё сходить. На мой день рождения.
Сева, конечно, услышал дружное «не стоит», но уже убегая в противоположный угол помещения со шкафчиками, где раздевались они с Тёмкой. Друг озадаченно разглядывал дырку на носке.
– Утром были целые, – сказал он, – мама снова начнёт – ты их жрёшь.
– Если бы твоя мама пришла, поняла бы, что когда так быстро бегаешь – носки протираются сразу.
Но Тёмкина мама играть в пейнтбол отказалась наотрез. Зато явились Севины дедушка с бабушкой, Катины родители, Катя и папа. Можно было пригласить ещё двоих, и папин друг Роман даже сначала собирался присоединиться и привести свою девушку, но в последний момент передумал. Пришлось играть четверо на четверо. В ходе поединка выяснилось, что хорошо целиться в противника умеют только двое из восьми человек – Катя и Валерий Сергеевич. Сева, конечно, попадал тоже, но куда реже, и было это сложнее, чем в компьютерной игре. А папа вообще больше мешал, чем нормально играл. Какой-то он сделался в последнее время бестолковый…
После клуба они ещё собирались в кафе. Во всяком случае, папа, Катя и Сева с Тёмкой. Дедушка сообщил Севе, что вполне насладился общением с ним за выходные и хочет уже покоя. Возражать было трудно – он и правда гулял с Севой по посёлку, добросовестно лепил укрепление из липкого весеннего снега, которого за городом было ещё достаточно, разводил вечером костёр и не уклонялся от разговоров. Деду Сева сообщил то, чего не знала бабушка, – он хочет, чтобы папа женился. Ведёт в этом направлении работу, контролирует папу с Катей, присматривает, как всё движется.
– Болван, – констатировал дед печально. – Чем больше ты присматриваешь, тем меньше будет толку. Тебе наоборот надо не отсвечивать.
Елена Александровна и Валерий Сергеевич подошли попрощаться, и Сева улыбнулся им, как он считал, улыбкой идеального ребёнка. Родителям обычно не всё равно, за кого дочь идёт замуж. Неплохо бы, чтобы они сочли Севу подходящим потенциальным внуком и не испугались, что у жениха их дочери такой взрослый сын.
Дед с бабушкой и Катины родители отправились в одну сторону, а Сева, Тёмка и Катя с папой – в другую, и Сева подумал – наверное, дедушка прав. Если сначала присутствовать с Катей и папой было необходимо – ведь они так плохо знали друг друга, а могли и вовсе не захотеть знакомиться, – то теперь вроде бы всё идёт по плану, и он даже высказал им обоим своё пожелание. Папе прямо сказал – вот бы тебе жениться на Кате. Второй такой всё равно не найти, а эту может увести другой мужчина. Достаточно вспомнить неинтересные любовные линии из кино – если девушка хороша, кандидатов в её мужья непременно больше одного. Кате признаться прямо, что он хотел бы получить её на роль новой мамы, было куда сложнее. Но он как мог намекал. Пожалуй, и правда пора не отсвечивать и не мешать, может, так взрослые быстрее определятся. Только куда ему деваться? Папа с работы приходит в такое время, что куда-то уходить уже поздно. Можно было бы уйти к бабушке, но та, как назло, тоже собралась замуж, и ей больше Севы интересен Севин дед. И у Артёма торчать не будешь – близится конец четверти, и Тёмкина мама полагает, что надо побольше заниматься, а не беситься и не гулять…
Возя ложкой в вазочке с мороженым, Сева глядел на папу с Катей. Кажется, они не очень твёрдо помнили, что за столом не одни. Смотрели друг на друга, как герои из тех кино. Начни он сейчас вытирать руки об одежду – никто и не отреагировал бы. Через стеклянные стены кафе в торговом комплексе был виден зал с детскими игровыми автоматами. Попросив на них денег, Сева получил первую подвернувшуюся папе крупную купюру. Мол, меняй на монетки и вперёд.
– Завтра самостоятельная по математике, – зачем-то сообщил Артём у автоматов. Будто решил напомнить Севе, что для него это раз плюнуть, а тому пора начинать волноваться.
– Ерунда, – ответил Сева. – Как-нибудь напишу.
– Может быть, сложная.
Сева изумлённо уставился на друга. Артём никогда раньше не говорил такого. Что будет сложно и это повод расстроиться заранее. А теперь вёл себя так, будто они поссорились и ему надо как-то Севу задеть.
– Ерунда, – повторил он. – Мне всё равно, даже если будет сложно.
После Сева решил, что, наверное, Тёмка сам расстроился из-за того, что его родители не пошли с ним на пейнтбол. И сказал такое от зависти. Надо же, Севе теперь можно даже завидовать. А ещё чуть-чуть – и, возможно, Катя станет жить с ними, её родители будут Севиными дедушкой и бабушкой, и тогда он сам себе позавидует...