Вообще не представляю, куда меня заведет попытка написать этот текст. Но не написать не могу. Хотя бы попытаться.
Стыд. Вот что меня занимает, и именно вокруг него роятся мои последние откровения.
Было как. Я ходила в терапию — нечасто, но упорно. Несколько лет подряд, без перерывов. Просто решила, что так надо.
И год за годом открывались мне пласты собственных запертых чувств. Залежи, слоями, как какая-нибудь руда в толще земной коры.
(Речь идет о чувствах, которым в обычной жизни места не было, ходу им я не давала. А вдруг оказалось, что надо дать).
Это коротко и деловито звучит в пересказе. На самом деле, это был трудный процесс, который занял реально годы (параллельно шли и другие процессы, много, а также шла собственно сама жизнь).
Одно лето было посвящено грусти. Она просто заливала собой все вокруг, голубым светом — feel blue как говорится.
На следующий год я вдруг начала ощущать страх и тревогу. Или скорее осознавать, как много во мне страха и тревоги, и как страшно и тревожно потерять над ними контроль — настолько, что я обычно предпочитаю вообще их не замечать и ничего такого не чувствовать.
Через год начали посещать приступы злости и ярости — короткие, но яркие. С контролем стало совсем плохо, но это было даже приятно, я начала входить во вкус — на злом драйве можно было сделать какое-нибудь скучное грязное дело, типа генуборки, или самозабвенно наколоть дров...
Каждое следующее чувство, как в сказке или в аду, было выносить труднее предыдущего. Грусть еще так-сяк, ведь каждый любит погрустить о всяком непонятном. С яростью было совсем туго.
Дальше была еще боль — просто боль как таковая, нипочему. Скопилась просто. В общем-то сердечная мышца была уже к тому моменту прокачана. Боль тоже прошла — хотя может я просто не осилила её чувствовать, и она еще вернется.
Я почему-то думала, что под ней будет радость. Или любовь. Что-то хорошее, теплый поток, который уже не иссякнет.
Радость пару раз мелькнула и погасла. Любовь ко всему живому иногда накатывает волной. А потом я про эти раскопанные пласты и залежи забыла.
Пока не столкнулась нос к носу со стыдом. С его огромностью и мучительностью.
Стыд вроде как не входит в базовый набор чувств, тем неожиданнее была встреча.
Процесс терапии в моем случае — это были не только индивидуальные сессии с терапевтом. Были группы, кинопросмотры, тренинги, а на них медитации, рисунки, телесная работа в паре, карточки с архетипами — разные состояния и разные способы пробиться к себе, к своим глубинным пластам, где слова не действуют.
На одной из таких «пробивок» я как-то попала в свой возраст до года, его еще называют довербальным. А именно месяца 4, когда ты даже ползать особо не умеешь. И ощутила вот что: я лежу и сгораю от стыда, я просто крохотное тельце ярко-красного цвета.
Звучит, наверное, зловеще. Зловеще и есть. Очевидно, что это больше того, с чем может справиться личинка человека, которой я себя ощутила тогда. Которая никак не может ни закрыться, ни уползти. Это состояние испугало, возвращаться к нему не хотелось.
И вдруг недавно оно навалилось. Ну как навалилось — ощущения были всегда. Просто я их не замечала (как и с другими чувствами, на поступательное раскрытие которых ушло несколько лет) — а тут заметила. И опять ужаснулось — насколько много этого стыда, насколько он пропитывает всё. Насколько он мешает жить, дышать, принимать себя и свою жизнь, рисковать (когда рискуешь — ты запросто можешь ошибиться или потерпеть неудачу, а стыд внутри тебя такой, что пережить поражение тебе тупо не по силам, поэтому ты не рискуешь).
Тут пора его описать, но это самое сложное.
Если брать широко — это ощущение, что ты хуже всех. Что лучше было бы тебе не быть — и здесь, и вообще. И еще — что это тайна.
Сильнее стыда оказался страх разоблачения — я знаю, что я хуже всех, а они не знают, а что будет, если они узнают?
Яркий пример — спортзал. Я долго страдала лишним весом. Понятно, что придя в зал, чувствовала себя жалкой, некрасивой, неуклюжей. Самой неспортивной из всех — неповоротливой и не выносливой. Чувствовала, что меня тут просто быть не должно. Потом я похудела, выгляжу сейчас нормально, а мышцы у меня как-то от природы норм развиты, я теперь хожу на сложные занятия и не отстаю. Но стыд не ушел, потому что не все так просто.
Это чувство мучительно, его сложно заметить, потому что сложно ощутить, прожить. Пять минут полного и искреннего проживания стыда — это подвиг. Особенно потому, что у него нет причины. Для грусти, страха, злости и боли причину всегда найти было легко. Хочется же логики какой-то, а не просто быть щепкой в буре собственных ужасных чувств, да еще и направленных на себя саму.
Тут пора коснуться непростой темы: отношений.
У меня есть парень, назовем его Б. Мы общаемся относительно недавно, и эти отношения очень важны для меня — в силу самых разных причин.
Например, потому что я таких людей раньше не встречала. Мы просто как из разных миров.
Он кажется мне крутым, и я ужасно волнуюсь почти все время — а что же он обо мне подумает? Думаю, это как раз нормально)
Тема стыда (моего) присутствует с самого начала, и я прошла уже несколько важных, как видится, стадий. Скажем, своей внешности я стесняться уже перестала.
Недавно я обнаружила, что если говорить как есть и признаваться в чем-то, что кажется неприглядным — становится гораздо легче. Меньше ненужного напряжения.
Например, я созналась, что стыжусь своей небогатости. И что проблема это немного раздута. И вопрос как-то сам собой отпал. Глубокий вдох — «ну вот, теперь ты знаешь». Можно ехать дальше. Главное — ушел тот самый страх разоблачения, о котором я говорила выше. Как гора с плеч (кстати, в теле это всё ощущается именно что на плечах, на шее, сзади и сверху, как будто тащишь мешок с цементом).
А недавно я ехала за рулем. Я вожу давно, но чувствую себя не очень уверенно на дороге. Я вообще не очень уверенная, хаха.
И вот я еду — и вдруг понимаю, что слышу такой вкрадчивый голос. Он не осуждает, нет. Он так аккуратно интересуется: а почему ты сейчас так сделала? Ты же могла вот так и так перестроиться.
И это голос Б.
Конечно, в реальной жизни ничего подобного не было и не могло быть. Этот голос — мой собственный.
Меня от этого открытия так расколбасило, что я орала, визжала и материлась. Прямо там, на дороге, не отпуская руль. Хорошо никто не видел.
Потом я поняла, что мои отношения например с бывшим мужем — назовем его А. — целиком были на этом построены. На том, что я вкладывала в него свой осуждающий внутренний голос. Персонифицировала иррациональный стыд — при этом долгие годы находясь в полной уверенности, что он действительно меня всегда осуждает, что бы я ни делала. Так себе базис для семейной жизни.
Оказалось, что моментов, когда я себя стыжу, полно. Достаточно пройти мимо кухонной раковины с посудой. Посмотреть на неровно стоящую обувь. Полно.
И когда у меня есть значимые отношения — я этот стыд переношу в другого. Это не я на себя смотрю осуждающе — это всё он.
Не самое приятное открытие. Да что там — откровенно тяжелое. Куда бежать — совершенно непонятно.
Но дорога проходит здесь, ничего не поделаешь.
Потому что я чётко знаю одно: пока я с этим не разберусь — дальше двигаться нет никакого смысла.