Монголо-татарское вторжение в Дагестан
Монгольское вторжение в Дагестан — вторжение войск монголов на территорию Дагестана, начатое в годы правления Чингисхана.
Первое вторжение
Захват Дербента и Анди
Опустошив и разорив часть Грузии, монголо-татары направились в Ширван и захватили Шемаху. Вот как описывает Ибн аль-Асир взятие Шемахи: «Татары осадили… город Шемаху. Жители его бились с ними и упорно выносили осаду… Бой свирепствовал три дня, и близка была гибель их… и тогда жители сказали друг другу: „Нельзя уйти от меча: для нас первое дело стойкость, умрем почётно“». Однако ослабевшие жители не выдержали натиска численно превосходящих сил монголо-татар. Город был взят приступом, затем опустошён и разграблен завоевателями, большое количество жителей было истреблено. После взятия Шемахи в 1222 г. монголо-татары отправились в сторону Дербента, через который они намеревались пройти на Северный Кавказ. Но через сильно укреплённый Дербент пройти им не удалось[1]
Об этом пишет Рашид ад-Дин: «Так как проход через Дербент был невозможен, то они — монголо-татары — послали к ширваншаху (сказать): Пришли несколько человек, чтобы нам заключить мирный договор. Он прислал 10 человек из старейшин своего народа; одного они убили, а другим сказали: Если вы укажете нам дорогу через это ущелье, то мы пощадим вам жизнь, если же нет, то вас также убьём. Те из страха за свою жизнь указали (путь), и они (монголы) прошли»[2][3][4].
С этим описанием почти дословно совпадает сообщение Ибн-ал-Асира. «Монголо-татары, — пишет он, — захотели перейти Дербенд, но не смогли это сделать. Тогда они послали к ширваншаху, царю Дербсида-Ширвана, сказать ему, чтобы он прислал к ним посла, который бы заключил с ними мир, и тот послал десять человек из своих высокопоставленных лиц. Татары убили одного, а остальным сказали: „Если вы укажете дорогу, по которой мы могли бы перейти его, Дербенд, то вам будет дан аман, в противном случае мы вас убьём, как мы убили этого человека. И те показали дорогу“. Менее подробны свидетельства другого персидского историка Джувейи: «Когда он (отряд монголо-татар) прибыл в Дербенд и никто не сообщил, что здесь какое-нибудь войско проходило или вступало в бой, они прибегнули к хитрости и прошли через него (ущелье)»[1].
Несколько иное описание даёт Киракос Гандзакеци. «Из Грузии,— пишет он,— монголо-татары направились к Дербентским воротам с намерением возвратиться восвояси. Однако таджики, владевшие Дербентом, не пропустили их». Этими «таджиками», возможно, были 50000 дружественных хорезмшахам кипчаков, захвативших Дербент и отрезавших монголам путь на север. С этим можно согласиться, поскольку кипчакские племена, как указывает арабский историк ан-Насави, были связаны с хорезмшахами «дружбой и любовью», что, видимо, послужило причиной враждебности монголо-татар к кипчакам, так как последние были, как отмечает тот же автор, и «корнем их (хорезмшахов) славы и основой многочисленности их войск»[5].
Однако сообщение Киракоса Гандзакеци ещё не дает основания считать, что Дербент обороняли только кипчаки. Возможно, Киракос Гандзакеци под «таджиками» имел в виду самих жителей Дербента, которые мужественно обороняли город и не пропустили врага. Кроме того, если бы кипчаки обороняли Дербент, то такие осведомлённые авторы, как Ибн-ал-Асир и Рашид-ад-дин, несомненно, сказали бы об этом. Что же касается 50000 кипчаков, о которых говорит ан-Насави, здесь, по всей вероятности, речь идёт о кипчаках, которые пришли к Дербенту уже позднее по просьбе хорезмшаха Джалал-ад-дина с целью захватить город и укрепиться здесь против монголов, что не имело успеха[6].
Итак, когда монголо-татары убедились, что через Дербент пройти им не удастся, то, как свидетельствует Киракос Гандзакеци, «убийствами и угрозами узнав у заложников обходную дорогу, по неприступным местам перешли Кавказские горы, заваливая пропасти деревом, камнями, бросая туда свой багаж, даже лошадей и военное снаряжение, и таким образом прошли обратно на свою родину». Сведения Киракоса Гандзакеци подтверждаются другим армянским историком Себастаци, который пишет, что когда жители «Дербента не пропустили их — монголов, тогда они пересекли труднопроходимые места Кавказских гор и ушли». В создавшейся ситуации единственной дорогой, по которой монголы могли выйти на Северный Кавказ, была дорога через внутренний Дагестан по труднопроходимым горам, по которой с большими трудностями, заваливая пропасти деревом, багажом своим, даже лошадьми и снаряжением, прошли завоеватели[7][8][9].
Здесь можно было бы допустить, что монголо-татары, обойдя Дербент, могли выйти на прибрежную часть Дагестана, но приведенные сведения Киракоса Гандзакеци и Себастаци дают нам основание говорить о том, что монголо-татары прошли именно через внутренний Дагестан. «Пройдя Дербенд-Ширван, — писал Ибн-ал-Асир, — татары вступили в области, в которых много народностей: аланов, лакзов и несколько тюркских племен (таифа), ограбили и убили много лакзов-мусульман и неверующих, произвели резню среди встретивших их враждебно жителей тех стран и дошли до аланов, состоявших из многих народностей». Из этих строк можно сделать вывод о том, что народы Дагестана самоотверженно боролись против монголо-татар. Устраивали засады, решительно вступали в бой с превосходящими силами врага[10].
Из-за отсутствия достоверных сведений не представляется возможным установить точный маршрут продвижения монголо-татар через Нагорный Дагестан при первом походе в 1222 г. По мнению известного краеведа Б. Малачиханова, монголо-татары могли пройти на Северный Кавказ только через внутренний Дагестан по маршруту р. Самур—Курах—Кумух—Чох—Гидатль и Чечня». «Мы рассматриваем трассу,— подчеркивает он,— как чрезвычайно важный стратегический путь с Юга на Северный Кавказ в обход Дербента и всей приморской узкой полосы, и не могло ли случиться, что в первый свой приход на Кавказ в 1222 году монголы шли на север именно по этому пути через Кумух»[11].
Конечный пункт, где побывали монголо-татары при первом походе через Дагестан, это Анди. В пользу данного предположения говорят и предания, которые сохранились в этих местах. В частности, в одном из них говорится, что путь монголам преградили андийцы, и вблизи селения произошло кровопролитное сражение. Горцы, несмотря на проявленное мужество, были разбиты. Монголы, уходя, оставили здесь своего ставленника по имени Елук, с которым местные жители связывают строительство в этих местах крепости и укреплённых населённых пунктов Рикваки и Ашали. Любопытно отметить, что ныне в село Гагатли сохранился род Елукилал, происхождение которого связывают с именем монгольского ставленника Елука[12].
Выбравшись с большими трудностями и ценой значительных потерь из Дагестана, монголо-татары двинулись дальше на север и «прибыли к аланам — народу многочисленному, к которому уже дошло известие о них»[13].