Желающих получить с нас хоть немного денег хватает. Это и люди в переходах - с собачками и без оных, и старушки в самых неожиданных местах, и мужчины, у которых “трубы горят” (рядом с винными магазинами), и калеки в метро. Трудно пройти по городу, чтобы пару раз (в лучшем случае) не столкнуться с ними.
Иногда даешь с охотой. Например, старушка стоит на коленях и истово молится. Или человек без ног. И неважно, куда они потом денут эти деньги. Старушка может сыну на квартиру копить. А калека может работать в спецсети, и деньги отдавать “работодателю”.
Но нередко давать очень не хочется. Проходишь гордо мимо с мыслью: “Шел бы ты работать, а не стоял здесь с протянутой рукой”. Не денег, конечно жалко. Просто непонятно, почему нужно отдавать свое кровно заработанное непонятно кому для непонятных целей. Но вряд ли для утоления голода - у нас все-таки, чтобы действительно голодать, надо как-то особо постараться.
Но Евангелие говорит прямо: “Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся" (Мф, 5:42). Ничего не сказано про то, что надо выяснить, зачем человеку деньги. Даже если очевидно, зачем, не сказано не давать. Сказано просто: просит - дай.
Святые отцы еще более категоричны.
Если кто, сидя на коне, протянет к тебе руку, чтобы принять милостыню, не откажи ему, потому что в это время он, без сомнения, скуден, как один из нищих.
Прп. Исаак Сирин
У афонского старца Паисия Святогорца этому вопросу посвящена целая немаленькая глава. Он считает, что человек должен радоваться, если у него появилась возможность оказать милостыню.
Сколько давать - это уже вопрос индивидуальный. “Столько, - говорит старец, - чтобы тебя потом не грызла совесть”. Совесть может заявлять о себе, если дал мало или, наоборот, много - ведь если одному отдал, то другому может и не хватить.
Старец Паисий рассказывает, как он давал деньги человеку, который сразу шел и пропивал их. Тот просил - старец давал. Объяснил старец это просто: если ему не дать, он пойдет и отберет последнее у жены, которая и так на трех работах горбатится, чтобы детей прокормить.
Что происходит, если мы начинаем рассуждать и оценивать, на благое ли дело потратит деньги просящий?
В этот момент мы начинаем его судить. То есть разглядывать тот сучок в глазу ближнего, который не стоит исследовать, пока со своим бревном не разобрались.
И часто не просто судить, но и осуждать. То есть делать именно то, что категорически не рекомендуется. У каждого свои скелеты в шкафу, свои заморочки. Просящий может быть вполне безобидным алкоголиком, который выпьет - и на боковую. А тот, кто не дал “недостойному”, может сеять вокруг себя зло или что еще похуже. Причем даже не подозревая об этом, а считая себя чистым и непорочным. Так что стоит ли судить?
Есть еще момент. Когда Апостол Петр будет задавать свои вопросы, ему не скажешь, что не дал, потому что просил бомж. Вопрос будет простой - тебя просили, ты дал? Нет - ну извини. А уж почему не дал - пожадничал или еще по какой причине - это дело десятое. Будешь разбираться с администрацией того места, куда тебя направят.
И еще важно, с каким чувством даешь. Если с мыслью типа “Что б ты подавился этими деньгами” - лучше вообще не давать. Мысли должны быть благородными - пожелание чего-то хорошего этому человеку. Если ничего такого на ум не приходит - скажите просто “Ради Христа”. И больше ничего не надо.
Резюме
Если стоят с протянутой рукой и просят - дай. Хоть немного. Дело совести одного - дать, когда просят. А куда пойдут эти деньги - это уже дело совести того, кто просит.
Каждый будет сам отвечать за свои поступки.
Если статья пробудила интересную мысль - поделитесь ей. И поставьте, пожалуйста, лайк.