На одном из попавшихся мне интернет-форумов, обсуждавших службу в армии по контракту, женщина пожаловалась на командира части, в которой служит сын, мол, просто загнобил его начальник, требуя сбрить бороду. Якобы, не положено. А у сына дефект – скошенный подбородок.
Ох, уж эти бороды! Сколько копий вокруг этого атрибута мужской принадлежности было сломано на протяжении российской истории!
В Древней Руси, наоборот, народ боялся бороды лишиться. Густая растительность на подбородке, согласно религиозным канонам и обычаям, считалась символом мужской силы, признаком достоинства, знаком отличия православного от католика. В период правления Ивана Грозного ( XVI век) бритье бороды и усов было под строжайшим запретом.
Молодцы с «голыми лицами» считались вероотступниками, поскольку смахивали на иноземцев, а значит – на садомитов, приверженных самым отвратительным порокам. Безбородых даже отлучали от церкви. Насильственное лишение бороды считалось самым унизительным наказанием, а плевок на нее – глубоким оскорблением. А потому каждый свою бороду, как мог, взращивал, лелеял и оберегал.
Но все течет, все меняется. Царь Петр I, съездив в Европу, решил, что пора его подданным окультуриться, и в 1698 г. издал указ, повелевающий всем, кроме попов и дьяконов, брить усы и бороду, а нет – так плати пошлину. Для начала он собственноручно, на публике остриг «драгоценную растительность» нескольким родовитым боярам. Подданные же, лишившись бороды как символа солидности, знатности и достоинства, пребывали в шоке. Известны случаи, когда подобная экзекуция влекла за собой самоубийство. Особенно сопротивлялись и горевали старообрядцы, моля царя: режь головы, но не тронь бороду!
Многие придворные надеялись, что со смертью самодержца – реформатора ежедневное бритье забудется, как страшный сон, но напрасно. Взойдя на престол, дочь Петр I Елизавета поддержала начинания отца. Послабление в этом вопросе наступило только в конце XVIII века: Екатерина II отменила пошлину на ношение бороды. Однако государственным служащим, военным, придворным иметь растительность на лице (кроме бровей, разумеется) по-прежнему запрещалось.
Мало что изменилось и в XIX веке при императоре Николае I. Роскошь щеголять в «бородатом виде» была дозволена духовенству, крестьянам и людям «свободных состояний». Офицерам же некоторых родов войск разрешалось носить усы.
А вот Александр III подошел к этому вопросу кардинально: взял, да и сам отрастил окладистую бороду, такую, с которой сражался в свое время Петр I. Вскоре уже весь придворный люд, следуя примеру государя, украшал свои лица буйной растительностью. То же самое было позволено чиновникам и флотским офицерам.
При Николае II, взошедшем на престол в 1894г., трансформации на лицах мужской половины России продолжились: бороды военных и чиновников уже не выглядели лопатами и метлами, укоротившись и приобретя аккуратный вид. Представители низших сословий, проживающие в городе - мещане, рабочие, ремесленники, вообще все чаще делали свой выбор в пользу практичности и удобства, т.е. бритья, отказываясь от этой сакраментальной составляющей мужского имиджа, за которую их предки бились не на жизнь, а на смерть.
В марте 1901 г. царским указом «многострадальная» борода в России была окончательно реабилитирована, ее разрешили носить всем – от генералов до низших чинов.
Однако новый виток борьбы с «небритостью» продолжила сначала советская, а затем и российская армия: вот и сегодня офицерскому составу надлежит иметь «босое» лицо, а пижонским бородкам, как водится, – бой!