Гладкая кожа, многие годы считавшаяся атрибутом женственности, сегодня становится символом мужественности. О причудливых поворотах моды и влиянии маркетинга на социальные движения размышляет секс-колумнист Ольга Нечаева
Практика удаления волос с тела, прежде всего у женщин, не нова и восходит к древним культурам. Музей женщин в Калифорнии в разделе «История женской депиляции » рассказывает, что еще 3000 лет до нашей эры в Египте и Индии женщины пользовались медными бритвами для удаления волос. Древние египтянки брили головы и лобок, древние римлянки с помощью щипцов и пемзы добивались гладкости кожи, а первое подобие шугаринга существовало во времена Клеопатры.
В Средние века лобковые волосы удаляли только проститутки — не столько для красоты, сколько из гигиенических соображений. Светские дамы, напротив, сохраняли свою естественную растительность: считалось, что это защищает от грязи, пыли и паразитов.
Возвращение моды на удаление волос относят к выходу революционной на тот момент книги Дарвина «Происхождение человека» (The Descent of Men ) в 1871 году, утверждающей, что хомо сапиенс обладали меньшим волосяным покровом по сравнению с их прародителями, что делало их более сексуально привлекательными. К началу ХХ века гладкость кожи стала синонимом женственности. Этому способствовали укороченные юбки и появление одежды без рукавов.
В 1915 году «Жилетт» выпустил безопасную бритву Milady Décolleté, призывая в рекламе избавиться от «неприглядных» волос и решить «постыдную» проблему, ибо подмышки должны быть «белыми и гладкими».
Появление тонких нейлоновых чулок, дефицит чулок во время войны в Европе (и необходимость ходить с голыми ногами) и мода на мини-юбки привели к тому, что женщины стали брить ноги чаще. К 1964 году в США это делали уже 98% женщин. Появление в 1946 году бикини подтолкнуло женщин к удалению лобковых волос — к 50-м модели Playboy утвердили новый стандарт красоты: сексуальная женщина в тончайшем белье и с совершенно гладкой кожей.
Последовавшая в 60-х сексуальная революция, совпавшая с движением хиппи «назад к природе», привела к тому, что в 70-х лобки и подмышки снова обрели натуральный вид, утверждая право женщины не соответствовать указаниям глянцевых журналов.
В 80–90-е вернулась обратная тенденция: улучшение качества фотографии, позволяющее теперь разглядеть мельчайшие детали, и появление свободного доступа к видеозаписям с порно привело к возвращению моды на гладкую кожу и экспериментов с интимными прическами. В 2000-е применение фотошопа в глянцевых журналах породило стандарт неестественно гладкой кожи: у моделей на фотографиях отсутствовали не только волосы на теле, но и поры, пигментация, естественные неровности. Те же тенденции отразились и в порнографии — интимные зоны порнозвезд стали гладкими, как у Кена и Барби. В 2003 году Виктория Бэкхем, тогда еще участница невероятно популярной поп-группы Spice Girls, в одном из интервью сказала , что «”бразильская эпиляция” должна быть обязательной для любой девочки старше 15 лет». Мнение кумира миллионов подростков задало моду на интимную депиляцию на десятилетия.
Современные исследования практик депиляции в западных странах показывают, что большинство женщин удаляет волосы. Так, в Австралии 98% женщин удаляют волосы на ногах и под мышками, и 60% — в интимной зоне, причем 48% из них — полностью. И если первое женщины обычно объясняют эстетикой и гигиеной, то второе — необходимостью быть сексуально привлекательной для партнера, и процент этот имел прямую зависимость от контакта с порнографией и наличия сексуального партнера. И тенденция эта касается не только женщин. 50% мужчин в США удаляют волосы в интимной зоне; этот показатель имеет корреляцию с возрастом — он наиболее высок в группе 25–34 — и желанием получить оральный секс. «В современном мире просто неприлично позволять волосам расти, как им вздумается», — так начинает свой гид по manscaping — мужской депиляции — журнал The Trend Spotter.
Несмотря на распространение моды на гладкие, как у младенцев, тела, отношение общества к удалению волос у представителей разных полов варьируется. Женщина, которая отказывается удалять волосы на теле, может услышать, что это «отвратительно», «непривлекательно» и что она «как мужик», в то время как мужская депиляция — процедура скорее необязательная. В одном из исследований опрошенные мужчины говорили о решении удалять волосы как о возможном выборе, в то время как для женщин такое решение скорее является обязательным стандартом ухоженности.
Еще одна причина появления моды на совершенно голый женский лобок — сексуализация предпубертатных тел девочек. Хрупкость, неразвитая юная грудь, отсутствие волос на теле, андрогинная фигура — этот образ активно эксплуатируется в моде и визуальном искусстве, наделяя детское тело сексуальностью взрослой женщины, как это делал Гумберт в романе Набокова. «Миф о Лолите» — так называют ученые эту тенденцию. Сексуализированная юность и невинность — не новое явление в нашей культуре, и феминистическое движение противопоставляет ему движение за бодипозитив во всех смыслах. Современные звезды, от Мадонны до Майли Сайрус, через 20 лет после Виктории Бэкхем, введшей моду на бразильскую эпиляцию в западную культуру, пропагандируют идею «мое тело — мое дело», возвращая женщинам более здоровое отношение к естественному виду своего тела.
В мире мужчин происходит обратный процесс. За их права на естественный вид тела никто не борется: журналы активно отрабатывают деньги рекламодателей, и мировой рынок продуктов по уходу за собой для мужчин постоянно растет . Необходимость «продать» мужчинам идею эстетического ухода за собой, традиционно считавшегося частью «женственности», привела к изменению нарратива: журналы пишут о том, что удаление волос — это гигиенично, способствует лучшей демонстрации мускул и пениса и дает «доступ к оральному сексу». Настоящие мужчины должны уничтожать волосы на своем теле не для позерства или красоты, а для того, чтобы быть «настоящими мужчинами».
Если вдуматься, мы наблюдаем формирование нового концепта мужественности. Неконтролируемый, эмоциональный и явно нуждающийся в депиляции герой комиксов Марвел Росомаха — это уходящий, «дикий» тип мужчины, «яйца, табак, перегар и щетина», как пел «Ленинград». Ему на смену, блистая гладкой кожей, приходит «новая мужественность» — spornosexual , гибрид спортсмена и порноактера. Вечно молодой, следящий за собой и контролирующий свою дикую природу: от темперамента до густоты бровей и волос на лобке.
Читать этот текст на сайте «Сноба»
Читайте также:
Все обо всем. Зачем дети требуют понимания от взрослых
Зумеры и здоровье: почему новое поколение полюбило превентивную медицину