Так сложилось по многим обстоятельствам, что именно этот полк является одним из самых упоминаемых в российской исторической и военно-мемуарной литературе по казачьей тематике. В период 1-й Мировой войны и, особенно на её начальном этапе, этот полк показал себя как наиболее боеспособная кавалерийская единица, полностью выполнившая своё предназначение. Служба в нём была большой честью и предметом гордости для донских казаков. Считалось, что свою боевую историю 10-й Донской казачий полк вёл со времён Отечественной войны 1812-1814 годов и являлся преемником боевой славы Донского казачьего, Мельникова 5-го полка. В феврале 1814 года, воевавшие в нём казаки, отличились в сражениях под Краоном и Лаоном (провинция Майен, Франция), разгромив отборные войска Наполеона.
В справочнике «Казачьи войска», изданном в Санкт-Петербурге незадолго до 1-й Мировой войны, в 1912 году, по этому полку приведены такие данные: «10-й Донской казачий генерала Луковкина полк:
1872 год. С Дона на внешнюю службу выкомандирован очередной Донской казачий № 31 полк. 1875 год Июля 27. Назван - Донской казачий № 10-го полк. 1894 год Мая 24. Назван - 10-Донской казачий полк.1904 год Августа 26. Назван - 10-й Донской казачий генерала Луковкина полк.
Знаки отличий:
1) Полковое знамя - георгиевское «За подвиги, оказанные в Отечественную войну 1812 года при Краоне и Лаоне», пожалованное в 1869 году, апреля 29, (первоначально знамя было пожаловано в 1816 году, Января 13-го, Донскому казачьему Мельникова 5-го полку). Вечный шеф генерал Луковкин с 1904 года, августа 26-го». На погонах у казаков была алая шифровка с цифрой 10, к которой с 18 октября 1915 года добавили букву «Д», что означало «Донской». При общей казачьей форме в полку носили мундиры установленного образца. Лампасы, верх папахи, околыши, выпушки на погонах и клапанах шинелей были алого цвета. Сами клапана шинелей и погоны были тёмно-синего цвета.
Во время русско-турецкой войны 1877-1878 г.г. Донской казачий 10-й полк непосредственного участия в боевых действиях не принимал и выполнял задачи по охране тыловых коммуникаций.
В период русско-японской войны 1904-1905 г.г. 10 полк сначала находился на месте своей постоянной дислокации в польском городе Замостье, а затем был переброшен в Поволжье, в город Саратов и выполнял там совсем не боевую задачу по предотвращению волнений среди населения. По сложившемуся в казачьих войсках порядку, полк № 10 комплектовался в основном казаками из Донецкого округа Области Войска Донского, конкретно станиц Каменской, Гундоровской, Луганской, Митякинской, Калитвенской, Усть-Белокалитвенской и ряда других. В годы 1-й Мировой войны от этого устоявшегося порядка пришлось отойти по причине неравномерной убыли личного и конского состава казачьих частей, находившихся в составе Действующей армии.
Боевые дела и отличия в них казаков 10-го Донского казачьего полка достаточно подробно показаны в документальных и литературных источниках по истории 1-й Мировой войны, а также в научных трудах по этой теме. Подробную характеристику традиций полка и его боевой истории дал известный военный деятель, журналист и писатель Пётр Николаевич Краснов, командовавший этим полком в период с 15 октября 1913 года по 16 апреля 1915 года. Его перу принадлежат книги: «Памяти подвигов Донского казачьего Мельникова 5-го полка. Его потомки 10-й Донской казачий генерала Луковкина полк 1812-1814-1914» , «Накануне войны. Из жизни пограничного гарнизона», «На память казакам 10-го Донского казачьего генерала Луковкина полка о славных боевых днях 1914-1915 годов», « Венок на могилу неизвестного солдата Российской императорской армии», « На внутреннем фронте» и многие другие, в которых приведено немало сведений и наблюдений об истории, боевых делах, традициях и подвигах казаков 10-го Донского казачьего полка.
В начале 1-й Мировой войны в газете «Русский инвалид» Краснов Пётр Николаевич опубликовал цикл очерков, которые можно смело назвать боевыми, с общим названием «Донцы на войне». Если бы они печатались сразу после боёв, то воспринимались читателями как репортажи с передовой. Уже по одним названиям можно судить о тактике действий казачьих частей и подразделений во время сражений 1-й Мировой войны. 1. «Казаки заменяют пехоту», 2. «Преследование», 3. «Набег», 4. «Завеса», 5. «Конная атака на окопы», 6. « Славное дело пехоты с нашей артиллерией», 7. «В разведке» и 8.«Сторожовка». Газета «Донские областные ведомости», которая издавалась в Новочеркасске, перепечатала с небольшими изменениями эти очерки. Подписывал Краснов П.Н. свои публикации псевдонимом Гр. А. Д. (Град это кличка любимого строевого коня казачьего офицера Краснова, а знаки препинания были, по всей видимости, расставлены произвольно) По цензурным соображениям тогда зашифровывались названия населённых пунктов, например так: З-е, Т-в, Б-ц, Ш-це, Дз-це. Хотя, при сопоставлении с хронологией боевых действий полка и с данными оперативных документов нетрудно определить, что это города и селения: Замостье, Томашов, Белжец, Шиловце, Дзвоновице. Сокращённые незамысловатым образом фамилии офицеров есаул Кр-й, подъесаул Б-в, хорунжий Ш-н, хорунжий Б-в - на самом деле, это командиры сотен и взводов Краснянский, Бочаров, Шляхтин и Беляев. Не большого труда стоит понять, что энский казачий полк это 10-й Донской казачий генерала Луковкина полк, а командир полка К-в - это полковник Краснов Пётр Николаевич. В то же время, следует отметить, что широкое цитирование его произведений и ссылки на боевые отличия, награды и чины Краснова не означает, что автор этой книги примыкает к движению по реабилитации и чрезмерному возвеличиванию деяний П.Н.Краснова. Вовсе нет. Его предательству интересов нашей страны в годы Великой Отечественной войны никогда, и ни под каким предлогом, не будет оправдания. И понимания тоже. В то же время, очень трудно, почти невозможно, всесторонне показать героическое поведение казачества в годы 1-й Мировой войны, да ещё и не на столь высоком полковом уровне, без использования произведений Петра Николаевича Краснова. Вот почему в публикациях авторского канала многие записи в журналах военных действий полка подкрепляются выдержками из произведений Краснова П.Н.
Боевой путь 10-го Донского казачьего полка в годы 1-й Мировой войны отражён в архивных документах. В Российском Государственном военно-историческом архиве, в фонде № 5064, опись № 1 имеется 42 дела, в которых хранятся журналы военных действий, приказы и распоряжения по полку и различного рода оперативные и статистические документальные источники. Ценные сведения из боевой полковой истории находятся среди документов 1-й Донской казачьей дивизии (фонд № 5046, опись № 1) и 19-го Армейского корпуса (фонд № 2216, опись №1). Значительный массив архивной информации, касающийся 10-го Донского казачьего полка, имеется в делах полевого штаба казачьих войск при Верховном Главнокомандующем 1914-1918 (фонд № 2007, опись № 1).
Сергей Викторович Карягин, издающий цикл сборников «Генеалогия и семейная история Донского казачества», в выпуске № 89 опубликовал краткие сведения о 10-м Донском казачьем полку, основанные на вышеперечисленных источниках Российского государственного военно-исторического архива. Многие боевые офицеры 10-го Донского казачьего полка воевали в годы Гражданской войны на стороне белых войск, а затем эмигрировали из страны в 1920 году. Их жизненный путь удалось проследить с использованием справочника Сергея Владимировича Волкова «Офицеры казачьих войск. Опыт мартиролога».
Кроме того, автор публикаций на этом канале, родившийся и выросший в станице Гундоровской, из которой в 10-й Донской казачий полк призывались казаки более сорока лет подряд, длительное время собирает материалы о станице и станичниках, особое внимание при этом уделяя воспоминаниям о георгиевских кавалерах, о подвигах и боевых отличиях казаков, совершённых ими в составе знаменитого казачьего полка.
Чтобы глубже понять и прочувствовать истоки боевых подвигов казаков и офицеров 10-го Донского казачьего полка лучше всего обратиться к сведениям о предвоенной подготовке этого казачьего формирования в течение 1913-1914 годов. Перед 1-й Мировой войной 10-й Донской казачий генерала Луковкина полк входил в 1-ю Донскую казачью дивизию и размещался в городе Замостье Холмской губернии, относившуюся к Привисленскому краю Российской Империи. В 1-ю Донскую казачью дивизию кроме 10-го полка также входили: 9-й Донской казачий генерал-адъютанта графа Орлова-Денисова полк, 13-й Донской казачий генерал-фельдмаршала князя Кутузова-Смоленского полк и 15-й Донской казачий генерала Краснова 1-го полк. 1-я Донская казачья дивизия состояла из двух бригад. В первую бригаду входили 9-й Донской казачий генерал-адъютанта графа Орлова-Денисова полк и 10-й Донской казачий генерала Луковкина полк. 10-й полк дислоцировался в городе Замостье. 9-й полк был расположен в городе Красник. Командовал бригадой генерал-майор Кунаков Ефрем Фёдорович. Во вторую бригаду входили 13-й Донской казачий генерал-фельдмаршала князя Кутузова-Смоленского полк и 15-й Донской казачий генерала Краснова 1-го полк. Оба полка были дислоцированы в городе Замостье. Командовал бригадой генерал-майор Поляков Константин Семёнович. Накануне войны, в июле 1914 года 1-й Донской казачьей дивизией командовал генерал-лейтенант Кузьмин-Караваев Аглай Дмитриевич.
10-м Донским казачьим генерала Луковкина полком с 15 октября 1913 года по 16 апреля 1915 года командовал полковник Краснов Пётр Николаевич. О Краснове, как о незаурядной личности, написано немало, особенно в последние годы. Хорошо известны вехи биографии этого казачьего командира. Родился Пётр Николаевич 10 сентября 1869 года в Санкт- Петербурге. Происходил из дворян, сын генерала, казак станицы Каргинской Области Войска Донского. Закончил Александровский кадетский корпус в 1887 году и Павловское военное училище в 1889году. Службу офицером проходил в лейб - гвардии Атаманском полку. В октябре 1897 года был отправлен во главе казачьего конвоя со специальной дипломатической миссией в Эфиопию. В годы русско-японской войны работал корреспондентом газеты «Русский инвалид». После революционных событий 1905-1907 годов Краснов закончил офицерскую кавалерийскую школу, много ездил с командировками по казачьим войскам, получил чин полковника. В 1910-1913 годах командовал 1-м Сибирским Ермака Тимофеевича полком, который дислоцировался на границе с Маньчжурией. В октябре 1913 года был назначен командиром 10-го Донского казачьего генерала Луковкина полка. Именно Краснов П.Н. выдвинул идею широко отметить столетие участия в боевых действиях на территории Франции Донского казачьего Мельникова 5-го полка, наследником боевой славы которого, считался 10-й полк. Стараниями Петра Николаевича была издана книга «Памяти подвигов Донского казачьего Мельникова 5-го полка. Его потомки 10-й Донской казачий генерала Луковкина полк 1812-1814-1914». В подготовленной программе празднования были такие мероприятия, как торжество прибивки и освящения нового Георгиевского знамени и парад частей Замостьинского гарнизона. Священники подготовили торжественные церковные службы и панихиду по почившим в бозе Российским императорам и по воинам «на поле брани животы свои положившим». Донской композитор Сергей Александрович Траилин написал гимн полка. Были заказаны юбилейные кружки для раздачи нижним чинам полка. Для офицеров были заказаны юбилейные жетоны и даже жёнам офицеров вручались памятные броши.
24 февраля 1914 года во всех сотнях 9-го и 10-го казачьих полков состоялись чтения по боевой истории полков. Казакам напомнили, что эти полки всегда сражались вместе. Будучи в составе бригады полковника Мельникова 5-го во время заграничного похода во Францию они под Краоном 24-25 февраля 1814 года и под Лаоном 26 февраля 1814 года отразили все атаки, в два раза превосходившей их числом конницы, под руководством французского генерала Шампьона Де Нансути. А затем, полки бригады восемь раз ходили в атаку. Благодаря чему своим беспримерным мужеством спасли пехоту графа Воронцова Михаила Сергеевича, что дало возможность отойти этой пехоте с линии обороны почти без потерь. За этот подвиг казачьему полку Мельникова 5-го было пожаловано Георгиевское знамя.
Во время полковых торжеств, вспомнили и про вечного шефа полка генерала Луковкина Г.А., определённого таковым, согласно высочайшего повеления от 26 августа 1904 года. Родился Гавриил Амвросиевич Луковкин в 1772 году и с юных лет показывал себя лихим наездником, вырабатывал в себе качества мужественного воина-казака. Уже в пятнадцатилетнем возрасте, в 1787 году, он был произведён в войсковые старшины и получил поручение сформировать полк, для отправки его на Кубань. Через три года, в 1790 году, в бою под Малым Зеленчуком, юный Гавриил накинул аркан на самого Батал-Пашу и приволок его в плен. И было тогда этому лихому герою всего восемнадцать лет. В 1797 году Гавриил Луковкин получил чин полковника и удалился в своё имение на Дон. Затем, в 1809 году, он снова стал в казачий строй, воевал в Молдавии и отличился в деле под местечком Браилы. За бои в Молдавии Гавриил Луковкин получил орден Святого Георгия 4-й степени. В Отечественной войне 1812 года, руководимые им войска особенно отличились в упорных боях под Молодечно и в боях под Ковно, о чём имеется надпись золотом на стенах Храма Христа Спасителя в Москве. В 1813 году войска генерала Луковкина Г.А. отличились в сражениях под Лейпцигом в Германии. На заключительном этапе войны в 1814 году генерал Луковкин водил казаков в составе полка Мельникова пятого в атаки на войска Наполеона под Краоном и Лаоном на французской земле. За участие в боях Отечественной войны 1812 года генерал Гавриил Амвросиевич Луковкин получил орден Святого Георгия 3-й степени.
Все полковые торжества, проведённые в феврале 1914 года, несли большой заряд нравственного и патриотического воспитания, готовили офицеров и казаков к будущим боям, нацеливали их на победу в каждом индивидуальном поединке и в целом в бою.
В лексикон военнослужащих советского периода, прочно вошло словосочетание «боевая и политическая подготовка». В казачьих полках Русской императорской армии политической подготовки, в том виде, в каком стали её понимать позднее, не было. Однако были занятия, по так называемой, словесности и духовно-нравственные беседы полковых священников. А вот, по настоящему боевая подготовка, была всегда и начиналась она для молодого казака задолго до призыва на действительную военную службу. Молодой казак, или малолетка, ещё в станице обучался основам стрельбы из огнестрельного оружия, владению шашкой и пикой, умению управлять строевым конём и поведению в пешем строю и в атаке на вражеские окопы. Система боевой подготовки казака была нацелена на выработку у него навыков и приёмов кавалерийского и пешего боя, доведённых до автоматизма.
В авангарде, как всегда, были казачьи офицеры. Представление о том, что это значит, лучше всего дают, хранящиеся в архивах, программы боевой подготовки офицеров на 1913 -1914 г.г. Учебные установки предусматривали, чтобы офицеры выполняли все упражнения и приёмы при своих подчиненных, перед началом занятий и делали это лучше всех казаков в своих подразделениях. Офицер должен был отлично стрелять из винтовки по всем видам мишеней на 200 и 300 шагов и из револьвера на 25 шагов. Ежемесячно в полку проводились состязания в скачках, в рубке, в уколах пиками, в преодолении препятствий на строевых конях и в спешенном порядке. Вот каким было упражнение по владению казачьей пикой. С этим четырехметровым, отнюдь не спортивным изящным снарядом, нужно было за минимальное время проскакать сто пятьдесят метров и при этом совершить уколы направо и налево больших и малых шаров, попасть в кольца, поразить подушки и чучела. Пика после упражнения победно поднималась вверх. Временной норматив объявлялся перед занятием, исходя из условий тренировок и погодных условий. Но всё равно на то, чтобы поразить цели пикой, давались считанные секунды. Владение казачьей шашкой проверялось в рубке. Рубка тоже имела свою программу и весьма сложную. Например, нужно было на полном скаку срубить лозу, уколоть несколько шариков, перерубить жгут, раскромсать вылепленную из глины фигуру человека, разрубить подвешенный картофель и проделать серию рубяще-колющих ударов, в зависимости от фантазии тех, кто организовывал эти соревнования. На всё это также давалось очень мало времени. Ловкачи в конце упражнения подбрасывали вверх кусок материи и разрубали его над головой. За победу в этих состязаниях устанавливались призы. Для казаков первый приз - карманные часы, второй приз - рубаха с погонами и третий приз – фуражка защитного цвета. Для офицеров на общеполковых соревнованиях устанавливались денежные призы. В рубке для офицеров первый приз выражался в сумме 75 рублей, второй 50 рублей и третий 25 рублей. А ведь это были немалые деньги. Молодой офицер, хорунжий, только что прибывший в полк, получал в месяц примерно столько же, сколько составлял первый приз. Неплохая прибавка к жалованью!
Дивизионное скаковое общество, которое возглавлял в 1-й Донской казачьей дивизии полковник Краснов Пётр Николаевич, для обеспечения призового фонда проводило сбор денег среди офицеров по подписке. Сбор составлял пять рублей с каждого офицера. Это же скаковое общество проводило состязание на лучшую строевую офицерскую лошадь. И приз был весьма внушительным - 100 рублей победителю конкурса. Было за что бороться!
Войска, расквартированные вдоль западных границ империи, в том числе 1-я Донская казачья дивизия и входивший в неё 10-й Донской казачий генерала Луковкина полк, вели обычную, весьма напряжённую, боевую подготовку. Шли учения по сотням, затем полковые и дивизионные учения. В высших штабах в это время велась отработка новой стратегии ведения боевых действий казачьей конницей. При этом учитывался боевой опыт, полученный в русско-японской войне 1904-1905 г.г. и выводы, которые напрашивались после проведения масштабных манёвров. Поздней осенью 1913 года, по всей стране, тихой волной, прокатилась пробная мобилизация. Казачьи полки первой очереди проводили свои учения в непосредственной близости от границы.
В феврале-марте 1914 года, за несколько месяцев до начавшейся войны, в приграничном Варшавском округе проводилась военно-стратегическая игра по отражению возможного нападения вероятного противника. В задании на учение были расписаны возможные действия вероятного противника в районах Красник - Люблин, Томашов - Иван - Город и Белжец - Люблин. Вскоре, именно эти города стали мелькать в боевых сводках первых недель войны.
По боевому расписанию 10-й Донской казачий полк первым должен вступать в приграничные бои и срок приведения его в полную боевую готовность составлял всего шесть часов. Боевой состав полка это шесть казачьих сотен и конно-пулеметная команда. Сотни имели во взводах по 16 рядов. Позже, в документах войны 1914-1917 г.г. и Гражданской войны нередко можно было встретить подсчёт рядов во взводах. Шестнадцать рядов значит тридцать два человека, ну, а десять рядов при выходе из тяжёлых боев - это значит всего двадцать казаков во взводном строю.
По воспоминаниям Краснова Петра Николаевича 10-й казачий полк в предвоенное время выглядел прекрасно. Дело в том, что казаки ещё до призыва пошили обмундирование и предметы амуниции в окружных мастерских из закупленного на всех призывников материала. Этим и достигалось такое, очень желанное для всех военных качество, как однообразие. Краснов, вспоминая начало командирской службы в польском Замостье, отмечал: «Полк формировался из казаков Донецкого округа. В основном, из Каменской, Гундоровской, Усть-Бело-Калитвенской и Луганской станиц. Где лёгкая подмесь малороссийской крови и, как неизбежное следствие такого соседства с украинскими слободами, особый смешанный, украинско-донской выговор, не похожий на разговор в другой местности».
Уже давно в обиходе военных есть привычное слово - личный состав. В кавалерии, пока она существовала, кроме личного состава был ещё состав конский. Конскому составу десятого полка Красновым П.Н. была дана такая характеристика: «Рослые полукровки….Из числа приплодков станичных табунов, то есть, (потомки) уже скрещенных английской кровью казачьих полурабочих, полустепных кобыл и почти чистокровных жеребцов». Каждый взвод выстраивался по шестнадцать рядов, а в сотнях боевой конский состав был подобран по мастям лошадей: Первая сотня - светло-рыжие, с белыми отметинами на лбу. Вторая сотня - темно-рыжие и бурые. Третья сотня - вишнево-гнедые. Четвертая сотня - караковые (тёмно-гнедые с наличием коричневого цвета). Пятая сотня - серые. Шестая сотня - вороные (с преобладанием чёрного цвета).
Разумеется, подготовка к предстоящей войне включала в себя все аспекты, и, конечно, материальную часть. Краснов при приеме своего полка первым делом посетил полковой цейхгауз. Я привожу его воспоминания на этот счёт полностью:
«На высоком стеллаже, в чинном порядке, висели не предусмотренные табелями, но заведённые на полковые хозяйственные суммы офицерские вьюки по одному на каждого сотенного командира, и по одному - на двух младших офицеров. Запасные сёдла, амуниция, хомуты и упряжь обоза - всё отлично прожированное и смазанное, было развешено в безукоризненном порядке. Стальные пики на весь состав полка хранились в цейхгаузе. Полк учился со старыми, буковыми. Кухни и кипятильники Борю, двуколки, патронные и лазаретные повозки парные подводы - всё новенькое. На ободах колес - цифры, и каждый день колеса передвигаются на одну спицу. На повозках, на клеёнке - табели имущества и порядок укладки. Мешки, с постоянно обновляемым сухарным запасом, жестянки с сахаром, чаем и солью. Над каждым отметка - когда заменять, кому выдавать и сколько. Саквы, мешки и мешочки на каждого казака - всё с номерами и отметками о весе. В особых шкафах за холщовыми занавесями обмундирование первого срока. Всего не перечтешь. Чего там только не было на случай войны! Всё заводилось постепенно, годами выписывалось из Москвы, Петербурга и Саратова и копилось, как приданое копится невестой по Домострою. И богатой же невестой оказался мой десятый донской казачий полк» .
Всё это стало использоваться совсем скоро, во второй половине июля 1914 года, когда разразилась 1-я Мировая война.