Уже несколько раз мы поднимали на канале «МАШИНА» тему судьбы опытных образцов советских автомобилей, испытания которых приходилось завершать досрочно из-за попадания в серьезные дорожно-транспортные происшествия (ниже дадим ссылки не некоторые из тех публикаций, если кто-то решит освежить их в памяти). К сожалению, аварии на испытаниях случались. И случались часто, несмотря на высокую квалификацию водителей, которым доверяли руль. Вот и сегодня будет пост на эту же тему. Наш сегодняшний герой – красивый черный седан «Москвич» опытной модели 63С8. Многим наверняка хорошо знакома вот эта его фотография:
Здесь он еще совсем новенький, в полном расцвете сил. Этот автомобиль считался перспективной моделью, запланированной к освоению в 1963 году (отсюда цифра 63 в индексе). Построен он был в 1961-м наряду с еще одним седаном (белым) и универсалом, которые также входили в серию «С8». А воплотились эти машины, как несложно догадаться, в серийные «Москвичи» моделей 408 и 426. А сейчас покажу как закончился земной путь этого черного 63С8. Эти кадры еще никогда не публиковались. Итак, ориентировочно 1963 год, двор института НАМИ:
Все, что осталось от 63С8 – голый пожеванный кузов на «козлах». Видно, что машина побывала в аварии, но в этом ракурсе вся картина повреждений еще неясна. На заднем плане, кстати, стоит экспериментальная «буханка» УАЗ-452Г с гидропневматической подвеской, постройки октября 1962 года. Зайдём теперь с другой стороны:
В этом ракурсе уже видно, что повреждения кузова, выражаясь языком современных страховых компаний, «тотальные». После такого дорогущие опытные машины уже не восстанавливают. Теперь чуть подробнее место удара передним крылом:
Видно, что удар пришелся выше бампера и даже выше фары, то есть контакт был не со столбом или дорожным ограждением, а с высоким автомобилем. По всей видимости, удар пришелся в бампер встречного грузовика или автобуса. Причем перекрытие было совсем маленьким – место удара хорошо видно по складкам металла: всего-то десяток сантиметров от края крыла!
А вот тут, после снятия поврежденного крыла, даже видно, что основной удар пришелся мимо брызговика и лонжерона. Кстати, а вы обратили внимание, что за необычный автомобиль был виден на заднем плане на предыдущем снимке? Сейчас дадим другой ракурс, где его видно лучше:
Точнее, уже не автомобиль, а лишь кузов от списанного после испытаний автомобиля. Это был красавец Studebaker Commander: модный седан с V8, «автоматом» и усилителем руля, закупленный для изучения в середине 1950-х. Разумеется, такая сложная машина без запчастей и квалифицированного сервиса в СССР была обречена… Кстати, вот так она выглядела летом 1956 года на выставке в НАМИ:
Но вернемся к нашему «Москвичу». Помимо удара в переднюю часть кузова, он еще получил не менее сильный боковой удар в заднее левое крыло. Это хорошо видно здесь:
А вот это уже похоже на удар о низкий бетонный столбик дорожного ограждения: в СССР они применялись в те годы достаточно широко. Этим ударом полностью нарушилась вся геометрия задней части кузова, что, судя по всему, привело к распахиванию задней левой двери, которой явно тоже обо что-то «досталось» дополнительно. Кстати, снова обратите внимание на задний план. Там можно заметить микроавтобус Renault Estafette и «инвалидку» НАМИ-086 «Спутник» 1962 года постройки. А далее можно взглянуть на 63С8 сзади:
В общем, очевидно, что с такими повреждениями у опытной машины, запчастей к которой не существует в природе, иного пути не было, кроме как быть разобранной и утилизированной. Техническая возможность восстановления имелась, а вот практического смысла и экономической целесообразности – нет: конструкция перспективного «Москвича» к тому времени все равно поменялась, да и продолжать испытания после столь серьезного ремонта уже не принято, потому как результаты их перестают быть корректными.
Читайте также на канале «МАШИНА»:
- Аварии на автополигоне НАМИ, год 1988
- Разбитый прототип ВАЗ-2108, год 1982
- Авария опытной ГАЗели №12, год 1992