Первые матчи отборочного этапа к чемпионату мира превратились в платформу для обсуждения, а стоит ли вообще ехать в Катар?
Игроки сборной Норвегии перед матчем с командой Гибралтара надели футболки с надписью: «Права человека — на поле и вне его».
Футболисты сборной Германии перед матчем с командой Исландии надели черные футболки, на каждой из которых была написана одна буква. На командном фото буквы сложились в словосочетание «права человека».
Голландцы перед матчем с Латвией надели футболки с надписью: «Футбол поддерживает изменения».
Все послания адресованы правительству Катара, которое, по мнению некоторых европейских футбольных федераций, не обеспечивает в должной мере права человека для работников, которые заняты на стройках стадионов к чемпионату мира.
Пока все это ограничивается футболками. Но на пресс-конференциях перед и после игр постоянно повторяется слово «бойкот» .
Первыми тему бойкота подняли норвежские клубы. Пресса все больше давит на европейские федерации и требует сняться с турнира
В феврале британское издание The Guardian опубликовало материал, в котором говорилось, что с момента присуждения чемпионата мира Катару на стройках стадионов погибло минимум 6750 рабочих-мигрантов из Индии, Пакистана, Непала, Бангладеш и Шри-Ланки .
Официальные власти Катара ответили на это, что «уровень смертности в указанных сообществах находится в пределах ожидаемого уровня, учитывая масштабы и демографию населения».
В Европе уверены — власти Катара создают нечеловеческие условия для мигрантов и скрывают реальные масштабы трагедии. Из указанных причин смертей рабочих 12% относятся к ДТП, 7% к несчастным случаям на работе, 7% к самоубийствам, а 69% — «естественная смерть». Последняя категория смущает больше всего, учитывая, что Катар отказывается проводить вскрытие тела во всех случаях внезапной смерти.
После публикации материала The Guardian первой отреагировали норвежские футбольные клубы. Базирующийся за полярным кругом «Тромсе» выпустил специальное заявление, в котором призвал футбольную федерацию Норвегии бойкотировать турнир.
«Критика и диалог ни к чему не привели. Стратегия диалога не дает необходимых результатов, и мы чувствуем, что пора переходить к следующему шагу — бойкоту. Мы больше не можем сидеть и смотреть, как люди умирают во имя футбола», — говорилось в заявлении.
К «Тромсе» вскоре присоединились и другие клубы норвежского чемпионата — «Буде-Глимт», «Викинг», «Русенборг», «Бранн» и «Стромсгодсет».
Президент Норвежской футбольной ассоциации Терье Свендсен и главный тренер национальной команды Столе Сольбаккен пока держат оборону и ссылаются на рекомендации международной правозащитной организации Transparency International — лучше поехать, продемонстрировать европейские ценности и обратить внимание всего мира на существующие проблемы, чем отвернуться от них.
Какова цель бойкота? Положить конец тому, что там произошло? Разве это сделает жизнь рабочих лучше в долгосрочной перспективе?», — недоумевает Сольбаккен.
Такой же позиции придерживается и главный тренер сборной Нидерландов Франк де Бур. Он также заявил, что наилучший способ решить ситуацию — привлечь внимание общественности к катарским проблемам.
В начале марта объединение болельщиков ProFans в Германии потребовало от Немецкого футбольного союза отказаться от участия в турнире.
«Я считаю, что в футболе мы должны находить смелость говорить об определенных вещах, даже если кому-то другому неприятно это слышать. Через футбол мы можем обратить внимание на некоторые проблемы, но мы хотим это сделать с уважением к турниру», — говорил после акции с футболками защитник сборной Германии Джошуа Киммих.
Пока показательные акции с футболками со стороны европейских федераций выглядят как попытки усидеть на двух стульях — с одной стороны, продемонстрировать болельщикам и правозащитным организациям солидарность с ними, с другой, не прибегать к радикальным мерам.
Однако давление на федерации, тренеров и игроков будет только усиливаться. Вчера издание Football365 выдвинуло чуть ли не ультиматум английской федерации, требуя отказаться от участия в чемпионате мира. Петиции с соответствующими требованиями набирают популярность в интернете.
В Катаре отчитываются о том, что условия труда в стране постоянно улучшается. В ФИФА предпочитают сохранять нейтралитет
Позиция Катара в этой ситуации: да, мы не отрицаем, что у нас есть проблемы, но мы их решаем, наказываем виновных, но очень сложно изменить сложившееся в медиа мнение из-за застарелых стереотипов.
В августе прошлого года катарские власти полностью перезапустили рынок труда, отменив «кафалу» — систему, при которой работник может искать нового работодателя только в случае согласия предыдущего. «Современную систему рабства», как ее именовали европейские правозащитные организации, называли одной из главных проблем условий труда в стране. Когда-то в футболе были подобные правила, но все изменилось после дела Босмана.
Согласно официальной статистике, в последнем квартале 2020 года более 78 тысяч работников успешно сменили место работы. Существует и альтернативное мнение — издание Al Jazeera сообщает о том, что многие работники слишком запуганы из-за возможных последствий, поэтому не помышляют о смене работы и продолжают трудиться в тех условиях, которые навязывает им работодатель .
«Большинству мигрантов не хватает понимания, как работает закон, им не хватает поддержки, чтобы сопротивляться могущественным компаниям и как-то отвечать на ложные обвинения в свой адрес. Все это приводит к дальнейшей эксплуатации рабочих и демотивирует их менять место работы», — говорит один из руководителей сайта Migrant-Rights.Org Вани Сарасвати.
«Мы понимаем, что для успешного внедрения реформ в стране нужна исполнительность на местах. И мы знаем, что некоторые компании пытаются противиться изменениям, как они делали это в прошлом. Наша задача — остановить их. Каждый год мы инспектируем тысячи рабочих мест по всей стране. Все нарушения заносятся в протокол, а суды наказывают виновных. В последнем квартале 2020 года было вынесено более 7 тысяч обвинительных приговоров — от мелких штрафов до тюремных сроков», — говорится в заявлении катарских властей.
Пару недель назад начал действовать новый закон, согласно которому была установлена минимальная оплата труда рабочего в размере тысячи риалов (275 долларов). Также компании, не предоставляющие мигрантам жилье или еду, обязаны выделять в месяц дополнительно по 800 риалов на эти нужды.
ФИФА пока воздерживается от резких телодвижений, сохраняя прежнюю позицию — Катар работает над устранением проблем, и праздник футбола пройдет как положено.
В организации понимают, насколько деликатной стала ситуация, поэтому федерации Норвегии, Германии и Нидерландов избежали штрафа за акции политического характера, хотя обычно ФИФА в таких случаях ведет себя строго.
Бойкоты — обычное явление для чемпионатов мира. Даже удивительно, что их не было в последние 30 лет
Даже если дело дойдет до бойкота турнира отдельными федерациями, ничего нового не произойдет. Если брать всю историю турнира, а не последние 30 лет, то можно вспомнить немало случаев, когда федерации отказывались от чемпионата мира по политическим или каким-либо другим причинам.
На чемпионат мира 1934 года в Италии не поехали действующие чемпионы из Уругвая. Они обиделись, что к ним в гости на самый первый чемпионат мира, проходивший в Уругвае, не поехали многие европейские сборные. Турнир в Италии также пропустили все британские сборные, считавшие тогда, что их междусобойчик родоначальников футбола куда престижнее.
Уругвай продлил бойкот и на турнир 1938 года. К нему присоединились аргентинцы, которым отказали в проведении турнира в пользу Франции.
Индия в 1950 году отказалась от гарантированного им места на групповой стадии (все остальные азиатские страны не стали участвовать в квалификации) из-за того, что ФИФА запретила играть в футбол босиком. Впрочем, недавнее расследование Los Angeles Times говорит о том, что это всего лишь футбольная байка, а на деле индийцы просто посчитали турнир не очень значимым для себя.
Турция, Индонезия, Египет и Судан в квалификации к чемпионату мира 1958 года отказались играть с Израилем по политическим причинам. Поскольку ФИФА не пускала на турнир команды, не сыгравшие ни одного отборочного матча, Израилю предстояло сыграть стыковой матч с командой Уэльса. Так валлийцы впервые в своей истории попали на ЧМ.
В 1964 году чемпионат мира в Англии бойкотировал целый континент — Африка. За два года до этого ФИФА увеличила число участников чемпионата мира до 16, но для Африки, Азии и Океании оставили всего одно место. Кроме того, ФИФА переместила федерацию ЮАР в Азию и тем самым дала ей право отобраться на турнир — в Африке федерацию ЮАР дисквалифицировали за политику апартеида в стране.
Десять лет спустя сборная СССР лишилась возможности сыграть в финальной части чемпионата мира в ФРГ, поскольку должна была сыграть решающий отборочный матч в Чили. Перспектива лететь во враждебную страну, где недавно вся власть перешла в руки генерала Пиночета, не устраивала советские власти, а ФИФА не могла дать гарантий безопасности советским спортсменам.
А уже в 1978 году чемпионат мира прошел в Аргентине, где к власти путем переворота пришла военная хунта. И тогда обошлось без бойкотов, несмотря на зафиксированные акты политических преследований и прочих преступлений в стране.
Много говорилось о возможном бойкоте ЧМ-2018 в России всего за год до старта турнира. Причиной стали допинговые скандалы и обида от поражения заявки Англии, которая также хотела провести чемпионат у себя дома. Долгое время эта тема муссировалась в британской прессе: об отказе участия сборной Англии говорилось вполне серьезно, но в итоге англичане поехали в России и дошли до полуфинала.
Чемпионат мира в Катаре за полтора года до его проведения стал большой политической игрой, в которую втянуты футболисты со всего мира. И, возможно, чувства многих из них на недавней пресс-конференции выразил защитник национальной команды Франции Лукас Эрнандес:
«Права человека существуют для всех. Но я не буду вдаваться в нюансы. У всех свое мнение. Думаю, что к чемпионату мира в Катаре все будет идеально. Я не знаю условий, в которых живут и трудятся рабочие в Катаре. И не буду пускаться в дебаты. Я не в праве говорить, что хорошо, а что плохо».
В праве или нет, но сегодня право хранить молчание осталось только у преступников. Все остальные обязаны говорить или будут обвинены в бесчеловечности.