Болезнь никуда не ушла и даже не затихла, но отношение девочки к проблеме поменялось, и ей казалось, что жить с болью стало легче.
После очередного налета, Саджа вместе с мамой, спасаясь от обстрелов, вместе с другими людьми, бежали в долину, где в пещерах уже укрылись десятки людей.
- Теперь мы пещерные люди, мама, - проговорила Саджа, глядя на убежище, которые будет скрывать их еще много лет.
В пещерах было несколько комнат. В дальних люди прятались от налетов, а в ближних спали. Саджа сразу почувствовала затхлую вонь пещеры. Казалось, она чувствовала все, что было в ней: запах пота человека, сырости, плесени и еще бог знает чего. Движения воздуха совсем не было. А главное, кругом - одни стены и низкий нависающий потолок. Саджа сразу почувствовала, как подкатывает страх. Постепенно от центра он расползается по всему телу и начинает пульсировать в висках. Пальцы рук немеют, кружится голова, учащается дыхание, темнеет в глазах, становится тяжелее дышать. Она делает глубокие вдохи, но это не помогает. Страх не дает легким раскрыться, и воздух остается в трахее. От этого становится еще хуже. Сознание охватывает ужас, мысли путаются. Саджа не может зацепиться ни за одну из них. Только страх, цепкий, сковывающий, убивающий страх. Девочка уже не чувствует своих конечностей, и не контролирует свой организм…
В себя Саджа пришла на улице, когда Пэри, пролетая мимо, дотронулась своим крылышком щеки девочки.
- Саджа! Саджа! - кричали мальчишки, братья Анхар, - мы узнали, что ты здесь. Побежали, играть в футбол. Мы сделали поле. Правда, постоянно после налетов приходится его восстанавливать, да и играть не получается часто, но оно у нас есть, - с гордостью проговорили мальчишки.
Девочка, забыв про плохое самочувствие, схватила костыли, и помчалась догонять ребят. Мама не успела ничего сказать. Только улыбнулась, думая о том, что ее девочка будет счастлива несколько мгновений до тех пор, пока не начнется новый налет или боль не пронзит несуществующую часть тела. Когда-то Саджа, ее малышка, была настоящим сорванцом. Соседи, особенно, пожилые тетушки, сохранившие прежние устои, неодобрительно качали головами и, завидев, Саджу начинали переговариваться. Родители девочки знали, о чем шепчутся старухи, мол, не подобает девочке так вести себя. Она ведь будущая жена и мать. Кто возьмет ее, если она целыми днями пропадает с мальчишками на футбольном поле? Но отец хотел, чтобы его дочь сама выбирала свою судьбу. Он поддерживал ее и приговаривал: “ Может быть, моя Саджа когда-нибудь станет знаменитой женщиной-футболистом и прославит свою страну!” Все согласно кивали и смеялись. Те мгновения, когда родители и Саджа с братом собирались за одним столом, были самыми счастливыми. Где бы ни находился отец, он всегда приходил вовремя на ужин, а дети бежали домой, бросая даже самый увлекательный матч.
- Футбол - это моя жизнь, - говорила девочка, - когда я играю, я забываю обо всех невзгодах.
- Она обыгрывает даже самых старших, пап, - тараторил младший, - такое вытворяет на поле! Соседние деревни уже отказываются с нами играть. Знают, что все равно победа будет за нами, потому что Саджа - лучший футболист.
Женщина вспоминала этот вечер с улыбкой, но из глаз ее струились слезы. Муж и сын погибли во время первого налета. Их тела были рядом с Саджей. Отец пытался спасти сына и накрыл его своим телом. Их так и нашли, лежащими в обнимку.
Что делать? Они остались жить и нужно как-то устраиваться в этом мире. Женщина встала, поправила одежду и отправилась к другим женщинам узнавать, как в подземном городе устроен быт.