Это было летом 1972 года, когда моим сыновьям было 3 и 8 лет. Мы всей семьей проводили время в клубе Playboy в Майами, который я считала безумным местом для поездки с двумя маленькими детьми. Мой муж объявил, что хочет развода, потому что чувствует себя раздавленным тяжестью семьи из четырех человек, ипотечными платежами, работой, которую он ненавидел. Мне было трудно сосредоточиться на мальчиках, потому что большую часть этой поездки я переживала и плакала. А в это время мои мальчики были очарованы кроликами Playboy с их пушистыми хвостами.
Когда мы ехали на лифте из нашего номера в бассейн или столовую, я видела молодого чернокожего мальчика, выполняющего роль лифтера. Он по-взрослому спрашивал каждого пассажира: «На какой этаж, пожалуйста?» Мне было любопытно, почему он выбрал это, казалось бы, скучное занятие, и я спросила его об этом. Застенчиво улыбаясь, он ответил: «Я не знаю, чем еще заняться». Он был единственным ребенком, кроме моих, которого я видела в клубе. «Что ты делаешь здесь?», — спросила я. «Мы с братьями выступаем здесь», — ответил он. Во время одной из наших поездок на лифте он застенчиво спросил: «Хотите, я отведу мальчиков в детский бассейн?» И так, в течение следующих двух дней Майкл Джексон наблюдал за моими детьми в детском бассейне, в то время как мы с мужем сидели на краю бассейна для взрослых, а наш брак трещал по швам.
Когда мы ехали на лифте из нашего номера в бассейн или столовую, я видела молодого чернокожего мальчика, выполняющего роль лифтера. Он по-взрослому спрашивал каждого пассажира: «На какой этаж, пожалуйста?» Мне было любопытно, почему он выбрал это, казалось бы, скучное занятие, и я спросила его об этом. Застенчиво улыбаясь, он ответил: «Я не знаю, чем еще заняться». Он был единственным ребенком, кроме моих, которого я видела в клубе. «Что ты делаешь здесь?», — спросила я. «Мы с братьями выступаем здесь», — ответил он. Во время одной из наших поездок на лифте он застенчиво спроси: «Хотите, я отведу мальчиков в детский бассейн?» И так, в течение следующих двух дней Майкл Джексон наблюдал за моими детьми в детском бассейне, в то время как мы с мужем сидели на краю бассейна для взрослых, а наш брак трещал по швам.Когда мы ехали на лифте из нашего номера в бассейн или столовую, я видела молодого чернокожего мальчика, выполняющего роль лифтера. Он по-взрослому спрашивал каждого пассажира: «На какой этаж, пожалуйста?» Мне было любопытно, почему он выбрал это, казалось бы, скучное занятие, и я спросила его об этом. Застенчиво улыбаясь, он ответил: «Я не знаю, чем еще заняться». Он был единственным ребенком, кроме моих, которого я видела в клубе. «Что ты делаешь здесь?», — спросила я. «Мы с братьями выступаем здесь», — ответил он. Во время одной из наших поездок на лифте он застенчиво спросил: «Хотите, я отведу мальчиков в детский бассейн?» И так, в течение следующих двух дней Майкл Джексон наблюдал за моими детьми в детском бассейне, в то время как мы с мужем сидели на краю бассейна для взрослых, а наш брак трещал по швам.
Когда я наблюдала за Майклом с моими мальчиками, он проявлял бесконечное терпение к бесконечно ссорящимся детям и бесчисленное количество раз поднимал моего трехлетнего ребенка, который постоянно падал в воду. Майкл пытался показать им, как нужно плавать, хотя я не была уверена, что он сам это умеет. Я помню, как он смеялся и замечательно проводил время, играя с другими младшими детьми, вдали от всеобщего внимания. Должно быть, это был один из немногих моментов в детстве Майкла, когда он мог наслаждаться компанией других детей без прожектора, следящего за каждым его движением.
Мы уехали через два дня. Один из моих сыновей теперь профессор и автор, отмеченный наградами, кадровый военный; а второй, тогдашний трехлетний мальчик, теперь владеет баром в Сайгоне и управляет двумя веб-сайтами. У них остались только туманные воспоминания о тех двух днях. Мой брак распался, и я продолжила двадцатипятилетнюю карьеру в телевизионных новостях, а также в качестве ведущего ток-шоу и продюсера для филиалов ABC и CBS в Орландо. За свою карьеру я общалась с огромным количеством человек, но одним из самых трогательных воспоминаний в моей жизни остается милый одинокий двенадцатилетний мальчик, который говорил голосом чуть громче шепота, и очень любил проводить время с детьми, рядом с которыми он сам мог побыть ребенком, пусть и на несколько часов.