Теперь они, как чужие, молча и не глядя друг на друга, отстранённо стояли в вестибюле длинного серого здания с табличкой «Суд города Л.» в ожидании бумаги о факте развода. «Бывший» холодно смотрел, как сын Степан неуклюже топает по коридору. Татьяна Степановна приглядывала за внуком.
«Делает вид, что ребёнка здесь нет. Но я-то замечаю, и меня оглядывает мельком, и в сына всматривается. Знаю, что мысленно кусает локти. Вот и кусай. Надо вытерпеть, - внушала себе Олеся, - ни за что не показать, чего мне стоит казаться сильной и волевой. Раз настояли на разводе в один приём, много времени это не займёт».
Судья объяснила, что, несмотря на развод, отец имеет право навещать сына. Олеся только криво усмехнулась: «Да-да, для того он бросил сына, чтобы поддерживать с ним добрые отношения». Кинув в сумочку свидетельство о разводе, первой вышла и, крепче обняв Степана, с силой толкнула входную дверь. «Скорее на воздух, иначе задохнусь. Есть и у меня предел терпения. Я не железная».
Официально «бывший» хмуро смотрел им вслед, нервно теребил руками бумагу о разводе и кусал губы. Мысли атаковали роем: «Не ту я люблю, шикующую на деньги отца, - пнул ногой в стенку. – Олеся в моём сердце». Чувствовал, что рядом с женой ростки доброты уже прорастали из почвы его души, как учился помогать людям, заботиться о близких, но налетел вихрь безнравственных убеждений жадной, выросшей в другом воздухе женщины и безжалостным градом разбомбил неокрепшие стебли. «Ах, эти проклятые деньги! Так хотел быть обеспеченным, что поверил той избалованной белоручке» - мрачно выплюнул из себя восклицание и, понурив голову, поплёлся по улице, не замечая, как солнце толкало в спину жаркими лучами, цветы на клумбах приветливо махали бутонами.
Не прошло и полгода, как к Олесе заявился непрошеный гость: бывший муж.
- Скучаю я по Стёпке. Сниться стал ночами, - выложил свои доводы, не дожидаясь вопросов. – Имею право, - опередил, видя возмущение, еле сдерживаемое и готовое прорваться.
Татьяна Степановна, услышав разговор на повышенных тонах, вышла в прихожую. На слова «имею право» утвердительно и грустно покачала головой, глядя на дочь. «Ты разве забыла?» – говорил её взгляд.
- Я буду приходить раз в неделю, по субботам, - не давая женщинам опомниться, решительно наступал красавец.
- Только в моём присутствии и у нас во дворе, - категорически поставила условие Олеся и указала на дверь.
- Мама, не верю я ему. Такие предатели и скучать-то не умеют, - уже не сдерживала слёзы. - Что-то ему от нас надо, не иначе.
- Кто его знает, доченька. Может, не ладится у него в той семье, вот к Стёпушке и потянуло сердце.
- Какое сердце? О чём ты? У любой кошки и собаки есть сердце, только не у него.
Продолжение здесь