Интервью газеты «Янаульские зори» от 15 декабря 2012 г.
Есть среди нас люди, которые ведут большую исследовательскую работу по изучению истории своего рода. Гумер Андарьянов, мировой судья судебного участка № 2, из таких. Изучение родословной стало в его жизни одним из главных увлечений. Мы пригласили его в нашу редакционную гостиную, чтобы расспросить о том, какие тайны из истории своих предков удалось ему раскопать.
- Гумер Махмутович, откуда у очень занятого человека увлечение историей рода?
— Начну, наверное, с того, что интерес к истории рода во мне зародился еще с детства. Всегда внимательно слушал разговоры старших, когда они говорили о предках. Особенно запал в душу рассказ о стычках между представителями рода Дистановых (это мои предки), одни из которых считали себя истинными продолжателями фамилии, других — лжедистановыми, и наоборот.
Существует легенда о том, что в царские времена один из зятьев этого рода нажил богатство, но не имел знатной фамилии. Чтобы получить фамилию жены, которая была потомком Дистан-бия, дал царскому чиновнику в качестве взятки трех запряженных лошадей со всем снаряжением. В те времена это стоило больших денег.
Я всегда думал о том, что же это был за род, за ношение фамилии которого можно было отстегнуть такое богатство. Подогревали мой интерес и сохранившиеся в доме раритетные вещи, доставшиеся от деда Шакира Андарьянова.
Он служил у известного уфимского купца второй гильдии, крупного хлебопромышленника и мецената Костерина. Начинал посыльным и вырос до приказчика (управляющего делами).
Когда дед захотел вернуться домой к престарелым родителям, купец женил его на лучшей из служанок, снабдил «приданым» в виде домашней утвари и коня с телегой и отправил на родину. Сохранился чайный набор из тонкого Кузнецовского (известный промышленник дореволюционной России) фарфора, бокалы с двуглавым орлом на донышке, замок ручной работы с печатью мастера Демидовского завода. Помню, в детстве играли с серебряными ложками, но они не сохранились.
По-настоящему я увлекся этим в начале двухтысячных, когда в республике заговорили о родословной башкир и началась подготовка к празднованию 450-летия присоединения Башкирии к Российскому государству.
Тогда еще я жил у себя на родине — в Буздякском районе, работал главным юристом в администрации района. Читал много книг по истории, занимался в архивах.
— Сколько же поколений Вам удалось восстановить?
— Трудно сказать. Все очень интересно получается: известно, от кого пошел наш род. Известны и имена древних предков, в общей сложности на основе архивных документов восстановлено примерно 25 поколений, но из-за сложностей в переводе метрических записей в генеалогической цепочке получается разрыв продолжительностью где-то 170 лет, конец ХVIII и начало ХIХ века.
— К какому роду-племени принадлежали ваши предки?
— Я — потомок многочисленного и могущественного башкирского племени мин. В Х-ХI веках башкиры жили родовыми общинами. Роды в свою очередь объединялись в племена, которые имели свои названия. Во главе каждого рода и племени стояли старейшины — бии.
Существовало и народное собрание племен и родов (йыйын). Каждое собрание заканчивалось спортивными состязаниями по борьбе, скачкам и стрельбе из лука. Минцы — одно из древнетюркских образований, которое в процессе расселения смешалось с тюркскими и монгольскими группами.
Как известно, у каждого племени была своя родовая символика. У минцев были следующие родовые символы: боевой клич — «алас», священное дерево — береза, родовая птица — ястреб, а тамга (тавро) имелась у каждого рода своя.
Шежере и предания башкир основного рода мин своим родоначальником указывают, как правило, Урадас-бия с «тысячью колчанами», владения его до прихода на Урал простирались от берегов Камы на севере до земель ногайцев и сартов на юге, уйгуров — на востоке.
Название племени произошло от слова «менли», что значит «обладающий тысячью».
В своем историческом романе «Крыло беркута» писатель и ученый Кирей Мэргэн писал: «Многолюдно племя минцев, не только многолюдно, но и зубасто, способно дать отпор любителям барымты, может схватиться даже с серьезным войском, а уж мелкие грабители и вовсе не в счет».
Наиболее значительным в истории племени оказался этап кыпчакизации, в который минцы вступили в области Черного Иртыша и более западных земель.
В ХI-ХIV веках минцы составили одно из образований Золотой Орды, а в ХVI-ХVII веках, отколовшись от нее, они заселяют бассейн рек Дема, Уршак, берега озера Аслыкуль, верховья Чермасана, Кармасана, Мензели, Ика, Сюня, Актаныша, нижнее течение Караидели, прилегающие земли Белой и Камы.
Башкиры в это время были разделены между собой: одни подчинялись казанскому хану, другие — сибирскому, а минцы же — Ногайской орде. После завоевания Русью Казанского ханства ногайские мурзы решили уйти с насиженных земель, попытались увести и подвластных им башкир.
Минцы в ответ организовали встречное движение, предводителем которого стал самый молодой из башкирских биев Канзафар. Часть минского племени решила уйти с ногайцами на территорию нынешней Кубани, но большая часть, приняв сторону Канзафар-бия, родных мест не покинула. В дальнейшем Канзафар-бий призвал находящихся под властью разных правителей племена башкир объединиться под началом русского царя.
Зимой 1554 года во главе знатных биев и родовых старшин он отправился в Казань просить от имени соотечественников о добровольном присоединении минцев к Русскому государству. Наместник царя боярин Шуйский-Горбатов и воевода князь Андрей Курбский приняли их «очень милостиво» и выдали «Жалованную грамоту» на вотчинное владение землей.
В 1667 году внуки Канзафара и других башкирских биев Янбахты-князь, Махмуд-бий, Камачык-бий, Уразлы-бий ездили в Москву к Великому князю Алексею Михайловичу.
На основании «Жалованной грамоты» Ивана Грозного царь выдал им «Оберегательную грамоту» с подтверждением вотчинных прав. А уже в 1671 году Янбахты-князь и его одиннадцать спутников обратились к царю с просьбой выдать им «Разделительную грамоту» земель между одиннадцатью родами племени мин.
Занимали они обширные земли — более 1102905 десятин. Земли, где проживал род Дистана, стали называться Сарайли-Минской волостью, куда входили села нынешнего Миякинского, Бишбулякского, Чишминского, Давлекановского, часть Благоварского и Буздякского и других районов, а также несколько районов Татарстана.
— Насколько мне известно, Дистанбий — это ваш прямой предок...
— Да, он был одним из четырех сыновей Канзафар-бия. Как уже было сказано, родоначальником минского племени, согласно исследованиям Р.Г. Кузеева («Башкирские родословные», Уфа, 2002 год) и других ученых, является потомок Великого ногайского хана Едигея Тысячаколчанный Урадас-бий.
Более шести веков отделяет нас от того времени.
За Урадас-бием следуют Улан-бий, Буга-бий, Булта-бий, Унга-бий, Сангусин-бий, который спас жизнь Узбек-хану, ревнителю ислама в Золотой Орде, Сабуга-бий, Субай-торебий, Канзафар-бий. Считается, что Дистан-бий жил в 1550-1630 годах. У него было три сына: Махмуд-бий,Ахмад-бий, Балтач-бий. Далее ниточка прерывается — это тот самый период, который до конца мной еще не изучен. С 1830 года продолжает род мой прадед Андарьзян Дистанов, который занимался пчеловодством и садоводством.
По рассказам старожилов деревни известно, что уже в те времена он выращивал арбузы и дыни, а плодовых деревьев было не счесть. Прожил прадед 98 лет. О дедушке, Шакире Андарьянове, я уже рассказывал.
В дополнение могу добавить, что в годы Великой Отечественной войны дед работал председателем колхоза. возможно, благодаря ему из нашей деревни Киска-Елга почти никто не был репрессирован и не умер с голоду — он разрешал колхозникам и их детям питаться на поле, чтобы никто в карманах зерно не уносил.
Отец — Махмут Андарьянов, он родился 1931 году, а два года назад его не стало. — Гумер Махмутович, как получилось, что ваши предки еще задолго до революции 1917 года потеряли свои земельные владения? —
После того, как царская власть наделила минцев «Разделительной грамотой», Дистан-бий Канзафаров взял себе часть земли по обе стороны Демы от Чакраклинского устья верх до Ярыжского устья до реки Уршак. Спокойно владели они этими территориями до 1734 года.
Но вынуждены были покинуть свою вотчину из-за того, что приняли участие в восстании 1734 года против намерения царской власти строить город Оренбург.
Мои предки жили у озера Аслыкуль (Давлекановский район) — именно там было наше родовое гнездо. На нынешнюю территорию Буздякского района они пришли примерно в 1730-1740 годах уже тептярями и арендовали земли у сыновей Субай торе-бия. Этому есть документальное подтверждение.
По всей видимости, земли им достались недешево, в наших краях бытует такая поговорка: «Субайлар — каты байлар» (субайцы — прижимистые люди).
Сыновья Дистан-бия Ахмат и Махмут проживали на территории нынешнего Давлекановского района. В архивах сохранились документы о том, что Курбангали Туктаргалиевич Дистанов прожил 104 года — с 1771 по 1875 годы, он и его брат Бикмухаммет похоронены на кладбище деревни Сарайли Благоварского района.
В материалах ревизской сказки 1834 года один из потомков Дистана Зайнегафар Дистанов значится как юртовой старшина 27-го юрта Кулили-минской волости Белебеевского уезда. Еще один из потомков Дистан-бия сотник Минлибай Дистанов (мой прапрадед со стороны матери — они были с отцом дальними родственниками) в 1839 году был старшиной 16-го юрта Канлинской волости Белебеевского уезда 12-го Башкирского кантона. 16-ый юрт включал в себя деревни Буздяково, Киска-Елга, Кузеево, Сынлы-Ильчембетово, Тав- ларово, Уразайбашево, Шигаево, Якупово и другие. Тогда начальником 12-го кантона был сотник Шайхайдар Сыртланов, который является прапрадедом моей супруги.
— Выходит, Вы принадлежите к исконно башкирскому роду мин, а говорите на татарском языке. Почему так произошло?
— Язык, на котором говорит население Буздякского района, называют западным (белеебеевским) диалектом башкирского, и он действительно схож с татарским. Но я хочу сказать, что во мне течет и татарская кровь: бабушка со стороны матери была представителем рода татарского мурзы Байкеева.
В деревню Устюба Белебеевского уезда они переехали из города Темниково бывшего Касимовского царства в 1700-х годах. Изучением генеалогического древа этого рода я тоже занимался, восстановлено десять поколений.
Это и неудивительно, за тысячелетнюю историю народов переплелись корни и судьбы самых разных наций. По большому счету, башкирское племя мин произошло вследствие смешения местных башкир с ногайцами, которые, в свою очередь, восходят к монгольскому племени мангутов, живших в районе Байкала по соседству с монголами, татарами и другими известными племенами.
— Вы назвали и прапрадеда вашей супруги Шайхайдара Сыртланова, известной в истории республики личности. Получается, занимались и родословной супруги?
— Этим специально не занимался, все произошло случайно. по просьбе друга, который попросил в архивах найти информацию о его прадедушке Хайдар торе Сыртланове, копался в документах и обнаружил сведения, о которых знал по рассказам бабушки моей супруги. Друг и супруга оказались дальними родственниками.
Что интересно, у Шайхайдара Сыртланова было шесть братьев, и каждый из них был известной личностью: кантонные начальники, военачальники, указные муллы и т.д. В 1865 году по Указу императрицы Екатерины II Сыртлановым за службу Отечеству был присвоен дворянский титул. Прапрадед Низами Сыртланов был направлен кантонным начальником Шайхайдаром Сыртлановым помощь к гражданскому старшине Актовой тобе урядником, в той же деревне указным муллой был отец Низами — Имамутдин Сыртланов.
— Изучение истории рода — занятие увлекательное, но в этом деле один в поле не воин. Вам кто-то помогает?
— Вы правы, занятие это очень увлекательное, оно затягивает, жаль, что времени на серьезные исследования нужно много. Я считаю, что нахожусь в начале пути. Чтобы полностью восстановить историю рода, придется потрудиться в поте лица. Как и другие исследователи родословной, очень часто обращаюсь к Интернету, читаю историческую литературу, копаюсь в государственно-историческом архиве, общаюсь с теми, кто в этом деле немало преуспел. Большую помощь оказывают Институт языка и литературы Башкирской академии наук, исполком Всемирного курултая башкир, издательства «Гилем», «Китап», ученые-историки. Являюсь членом Собрания башкирских биев, тарханов и дворян. Совсем недавно (на момент печати интервью - прим. БезБаш) состоялось заседание данного Собрания, где мы избрали нового предводителя — Рифа Исянова, известного в Уфе предпринимателя. Проголосовали также за вхождение в состав Ассоциации дворянских собраний тюркских дворян. Весной текущего года как представитель Собрания башкирских тарханов вместе с председателем исполкома Всемирного курултая башкир Румилем Талгатовичем Азнабаевым участвовал на ХХ меджлисе татарских мурз в Уфе, где присутствовали члены Российского дворянского собрания и представители Великой княгини Романовой. Общение в такой среде очень много дает. Надеюсь, что сумею завершить исследования истории рода и написать книгу. Это моя мечта.
Полный текст интервью представлен на сайте Всемирного курултая (конгресса) башкир: https://kurultai.ru/ru/content/2083-u-plemeni-minczev-vo-veki-vekov-bylo-odinnadczat-gordyh-rodov/