Несколько лет назад в звенигородском архиве в метрической книге Вознесенской церкви от 1873 года я обнаружил запись, что 27 июля (здесь и далее события до февраля 1918 года датируются по старому стилю) у отставного рядового Лейб-гвардии Семеновского полка Николая Алексеевича Соколова и законной жены его Надежды Федоровны родилась дочь Наталия. Это стало для меня откровением, до этого я ничего про прадеда не знал, только имя Николай. Себя я даже в шутку именовал Николаем IV, так как в семье я третий подряд Николай Николаевич.
Там же в архиве я нашел запись о смерти Николая Алексеевича 8 января 1908 года в возрасте 74 лет, т.е. год рождения можно принять как 1833-34.
Таким образом, предположительно в 1854 году Николай Алексеевич Соколов рекрутом попал на так называемую “разбивку” новобранцев, ежегодно проходящую в Михайловском манеже в Санкт-Петербурге в присутствии высоких чинов и императора.
Говоря современным языком, в результате “кастинга” гвардейские части отбирали солдат, подходящих по тем или иным параметрам именно этому полку.
Вот как описывает этот процесс Макаров Ю.В. в книге « Моя служба в Старой Гвардии 1905–1917 »:
« Каждый гвардейский полк имел свой тип, который и начальством и офицерами всячески поддерживался и сохранялся в возможной чистоте. В Преображенцы подбирались парни дюжие, брюнеты, темные шатены или рыжие. На красоту внимания не обращалось. Главное был рост и, богатырское сложение. В Конную Гвардию брали преимущественно красивых брюнетов. Семеновцы были высокие, белокурые и «лицом чистые», по возможности с синими глазами, под цвет воротника… Измайловцы и Лейб-Гренадеры были брюнеты, первые покрасивее, вторые пострашнее. Лейб-Егеря были шатены, широкоплечие и широколицые. Московцы — рыжие. В Павловцы шли не очень высокие блондины, а в память основателя — курносые. В гусары подбирались невысокие стройные брюнеты. Такой же тип сохранялся для стрелков, при чем самые красивые лицом отбирались в четвертый батальон Императорской Фамилии.
В старину гвардейская разбивка считалась делом не только трудным, но и важным. Император Александр II всегда производил ее лично… »
Из партии в 800 человек, первые три сотни были обыкновенно народ исключительно видный и красивый. За них и шла борьба. Известно, что в Семеновский полк набирали новобранцев ростом не менее 2 аршин 6 вершков, т.е. не менее 179 см "с хвостиком”. По нынешним временам это не богатыри, но тогда народ был мельче.
Еще раз процитирую Макарова Ю.В.:
« Подойдя к правофланговому и внимательно на него посмотрев, командир корпуса подымал руку и мелом ставил у него на груди «1». В ту же секунду великан, Преображенский унтер, хватал его за плечи и с зычным ревом «Преображенский» пускал его волчком в группу приемщиков. Там его подхватывали и провожали к тому месту у стены, где стояли остальные Преображенские приемщики.
Правильность разбивки не пострадала бы, конечно, если бы разбиваемые просто отходили к своим приемщикам, но такова была вековая традиция. Нужно было именно швырнуть. И чем беспомощнее и смешнее совершал свой полет парень, тем считалось лучше. Операция была совершенно безопасна. Упасть не было никакой возможности. Из рук преображенца беспомощный новобранец сразу же попадал в объятия своих же будущих однополчан, что, быть может, имело даже некоторый символический смысл.
Цифры мелом на груди обозначали: 1 — Преображенский, 2 — Семеновский, 3 — Измайловский, и т. д. 1 подчеркнутое обозначало Кавалергардский, 2 подчеркнутое — Конная гвардия, 8 подчеркнутое — гусары и т. д. »
Итак, Николай Алексеевич Соколов попал в Семеновский полк и был определен в горнисты, что предполагало наличие определенных музыкальных способностей.
Тогда в штате полка было почти 100 музыкантов: Хорные – 40: 1 старший унтер-офицер, 11 младших унтер-офицеров и 28 рядовых; Строевые – 58: 1 полковой, 3 батальонных и 24 ротных барабанщика, 1 полковой, 3 батальонных, 36 ротных горнистов.
Строевые барабанщики и горнисты выполняли функции оповещения войск на поле боя и участвовали в многочисленных церемониальных мероприятиях полка.
Террриториально Лейб-гвардии Семеновский полк базировался в районе Санкт-Петербурга, ограниченным Звенигородской улицей, Обводным каналом, Загородным и Обуховским (ныне Московским) проспектами, В начале XIX века для солдат были построены постоянные казармы и военный городок со всеми необходимыми атрибутами — плацем, манежем, гауптвахтой, церковью и т. д. А рядом с городком расселялось гражданское население слободы Семеновского полка. Все вместе получило название «Семенцов». Селились тут небогатые чиновники, отставные военные, мелкие купцы и мещане. В 1858 г. все улицы слободы, прежние полковые роты, получили названия по уездным городам Московской губернии. 5-я рота стала Рузовской улицей, 4-я рота — Можайской и т. д.
Существует знаменитая присказка о том, как запомнить названия и очередность улиц «Семенцов»: «Разве (Рузовская) можно (Можайская) верить (Верейская) пустым (Подольская) словам (Серпуховская) балерины (Бронницкая)». Однако, иные местные жители вместо «балерины» предпочитают более крепкое русское слово.
Полковой праздник — 21 ноября, день введение во храм Пресвятой Богородицы, поэтому в 1837-1842 годах академиком А.А. Тоном на Загородном, 45а была построена новая, в русско-византийском стиле каменная церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы – полковой храм Лейб-гвардии Семеновского полка. Судьба этого творения Тона оказалась также незавидна, как и Храма Христа Спасителя в Москве. Сейчас на этом месте только скромный обелиск.
На полковых праздниках обычно присутствовал император Александр II , поэтому можно с уверенностью сказать, что Николай Алексеевич часто видел его.
За годы службы прадеда 1855-1870 г.г. Семеновский полк участвовал только в одном военном походе – усмирение Польского восстания (1863 г.).
В болгарском походе Семеновского полка Николай Алексеевич уже не мог участвовать, т.к. по окончании 15-летней службы в конце 1860-х годов вернулся на прежнее место жительства в Звенигород.
У него родились 4 сына (двое умерли в детстве) и три дочери, по-разному сложилась их судьба. Но самое главное - род Соколовых преумножился, потомки Николая Алексеевича сейча живут в Москве, Звенигороде, Санкт-Петербурге, Воронеже.
Надеюсь, что многие из них прочитают эту заметку про рядового Лейб-гвардии Семеновского полка Соколова Николая Алексеевича.