– Всё, коллеги! – постучал вилкой по тарелке рослый добродушный мужчина – прекратили говорить на рабочие темы. Мы все-таки пришли на день рождения к Олесе. Вот давайте о ней и говорить.
Маргарита приехала в гости к сестре накануне праздника. Та обрадовалась. Наговорились от души, попутно делая заготовки для завтрашнего застолья. Сестрица предупредила, что пригласила друзей-медиков. На опасения Марго, как впишется в подобную компанию, именинница отмахнулась. Обычные люди. Разве что более циничные.
Гостья всматривалась в лица друзей, пришедших почти одновременно. Показались необычными глаза. Словно, знающие нечто, что не всем положено знать. Цепкий внимательный взгляд. Почти сразу начался разговор, в котором, далекая от медицины Маргарита, мало что понимала.
– Давайте говорить о нашей замечательной имениннице – подхватил улыбчивый черноглазый парень – хоть режьте меня тупым скальпелем, но не могу понять, как Олесе всё удается? Быть высококлассным эндокринологом и отменной кулинаркой. Подайте мне, пожалуйста, то мяско и горчицу.
– Кстати, о горчице – заговорила, молчавшая до этого, длинноволосая шатенка – вчера мальчонка поступил, 10 месяцев. Родители накормили пацана тефтелями с горчицей. На вопрос – какого сливового ёжика вы это сотворили, мамочка наивно хлопала глазками. А 30-летний, внешне разумный папаша, заявил: «Хочу, чтобы сын не только внешне на меня был похож! Пусть мужиком растет. Я ем, и со мной ничего не происходит».
– Опять к пациентам вернулись – заметил здоровяк – вот врачи! Круглосуточно о больных размышляют.
– Ой, Паша, хорошо, когда есть чем думать – перебила Олеся – помню, училась со мной мажорка одна. Предстояло нашей группе в психушку идти. Профессор обстоятельно поведал для чего студентам надо держаться вместе, не отставать и не контактировать с больными. Вроде до всех дошло.
В назначенный час сгруппировались, преодолели длинный коридор. Вдруг слышим позади «цок-цок-цок». Фифа наша плывет. Помахивает ресницами и кокетливо поглядывает на больных. Халатик развевается. Коленки из-под юбчонки «сверк-сверк». Препод побелел. Втолкнул нас в кабинет и к ней.
Представляете, что она сказала, когда вошла? «Девочки, смотрите какую классную косметику взяла! Даже душевнобольные от моего макияжа глаз не отрывали».
Компания рассмеялась, и начала обсуждать ситуацию, а Марго несмело спросила:
– Не поняла, что смешного?
Черноглазый эскулап, не дав ответить имениннице, принялся пояснять:
– Понимаете, Маргарита, пациенты с помраченной психикой опасны. Не известно, что могут выкинуть. А у многих не малая сила. Студентка заметила жадное внимание мужчин, но сделала неверный вывод, решив, что им понравился макияж. Можно, я не стану уточнять, о чем могли мечтать больные?
Праздник набирал обороты. Тост шел за тостом. Градус настроения повышался. Серьезные профессионалы веселились и смеялись как подростки, которым достаточно пальчик показать.
Широкоплечий Паша привлек к себе внимание:
– Наш замечательный анестезиолог заметил, что студентка неверно трактовала увиденное. Иногда такая блажь происходит со вполне зрелыми и разумными людьми. Помните, меня отправляли на Всероссийскую конференцию?
– Какого сливового ёжика тебя туда занесло? – пьяненько захихикала шатенка.
– Подожди, Лен, сейчас не об этом речь. Так вот, в один из вечеров для нас устроили релакс. Вывезли на базу отдыха. Народ расслабился.
Собрался в бассейне поплавать. Зашел в душ, извините милые дамы, в костюме Адама. В одной из кабинок кто-то плескался.
Только намылился, услышал странный звук. Еще ничего сообразить не успел, а ноги сами понесли. Смотрю, мужичок без сознания лежит. Здоровый такой кабанчик, не меньше меня. Я его поднимаю, а господин тоже голый, скользкий, выпадает. И так, и сяк, только приспособился, тащу к выходу, слышу шаги.
Обрадовался, думаю, вместе мы его быстрее в раздевалку вынесем. Опять соскользнул. Пыхчу, упираюсь. Тяжелый пациент попался, даже сил говорить нет.
Прижал его к себе. Голову поворачиваю, а там ректор нашего университета стоит. Узнал меня. «Павел это вы?!». Потом глазами растерянно захлопал. «Извините!» и, не разворачиваясь, шустро исчезает.
Медики уже с середины рассказа укатывались со смеху вставляя комментарии на обычном и профессиональном сленге. А Павел невозмутимо добил:
– Вот наглядный пример. Грамотный, опытный мужчина, а поди же ты, совсем неверно всё понял!
Именинница, сквозь смех, произнесла:
– Да ты опасный человек, Паш! Какие пикантные подробности скрывал.
– Девушки, вы и не представляете, в какие позы иногда жизнь завернет. У меня как-то раз тоже приключилась скользкая ситуация – поделился черноглазый анестезиолог – лежу я на полу…
– Неужели это тебя Павел вытаскивал? Ну вы даете!
– Подождите. Всё было совсем не так. Чего вы ржете?
Хорошо. Начну от печки. Приехали к нам родственники. Табунком. Без предупреждения. Не в гостиницу же их выгонять? Худо-бедно на ночь разместили. Мне матрасик в кухне кинули. Спи спокойно, дорогой товарищ.
Иногда я могу и стоя уснуть, а здесь среди ночи проснулся от дискомфорта. Рукой шлеп-шлеп, а матрас влажный…
Шатенка, которая давно задыхалась от смеха при каждой новой фразе, воскликнула:
– Это ты родил! Сливового ёжика!
Парень внимательно наблюдал за друзьями, которые на все лады ставили диагнозы и способы лечения. Марго, забыв, что не понимает латынь, хохотала громче всех. Дождавшись небольшой паузы, рассказчик подытожил:
– Все оказалось гораздо проще. Ребятишки не до конца прикрыли кран и умудрились свернуть его в сторону. Вот вода тонким ручейком и того. Подмочила мне репутацию.
День рождения удался. Лежа в кроватях, сестры посмеиваясь, вспоминали яркие эпизоды. Маргарита осталась очарована друзьями Олеси. Поразилась, что в заводной и раскрепощенной компании присутствовали талантливый хирург, классный педиатр и замечательный анестезиолог.