Ты бежишь от нее, избегаешь кричащих фраз, чересчур откровенных, подобных скрежету металла. Ты веришь в то, что знание находится где-то на самом дне, и, дабы постичь то неведомое, придется как следует испачкать платье. Поэтому прямолинейность пугает тебя, кажется неотесанной. Как можно заявлять о простоте, когда мироздание, со всей глубиной распахнутой бездны смотрит на тебя, да плюется издевками: "Никогда тебе меня не познать, глупенький".
Ты бежишь, бежишь и боишься в один момент осознать, что нора не так глубока.
Что до меня, - у меня никогда не было подобных проблем, не хватало любознательности. В старости люди жалеют о том, что бежали, боялись, накапливали, в тридцать начинают говорить банальности и слушать песни о любви, в двадцать - презирают все, что движется. Я никогда никуда не спешила и так уж повезло, что заранее знала о том, что всякие плюшки вроде денег и узнаваемости ничего мне не принесут. Зато я очень люблю банальности, одна из них звучит как "Ты стареешь, когда хочешь стареть".
Забавно, я не хочу стареть, но старею, ловлю себя на том, что для радости мне нужно все больше, потом замечаю налет потребительства и стараюсь от него отмыться. Уверена в том, что прежде чем упрекать кого то, нужно подумать о своем поведении, потому ставлю вопрос, но не ругаю.
Есть изощренная форма, и есть голая душа. Я до сих пор считаю, что нет смысла распинаться, если говоришь не от чистого сердца, так что банальности точно быть.
