Необходимо заметить, что история не ограничивается только правильным и правдоподобным. Она строится на доказанных определениях, содержание которых не воспринимается как внешнее препарирование фактами, а представляет собой результат самого внутреннего исторического развития. Вот почему истинное историческое познание не означает удовлетворение прихотей отдельного человека, чтобы он создавал из них все, что ему захочется. Это, разумеется, относится и к истории белорусского народа.
Исторический путь развития Беларуси проходил в русле национального, культурного, цивилизационного единства с Россией. Для белорусского и русского народов характерны языковое родство, единство образа жизни и территории, одна и та же социальная система ценностей, схожие мировоззренческие и политические убеждения, общность исторической судьбы. Объективно белорусская государственность сформировалась в условиях общерусского цивилизационного пространства, союза с русским народом.
Эта специфика образования белорусского государства рельефно проявляется на примере попытки создания Белорусской Народной Республики (БНР) во время немецкой оккупации Беларуси в 1918 году. Историки, анализирующие процесс возникновения БНР, подразделяются на две группы. Одни считают, что БНР не являлась государством, а представляла собой только идею белорусской государственности, поскольку у нее не было реальной власти и реальных признаков государственности: армии, полиции, Конституции, судебных органов, финансовой системы и т. п. Другие доказывают, что БНР была белорусским государством, поскольку имела флаг, герб, государственную печать. Несмотря на расхождения, обе группы исследователей считают, что БНР следует рассматривать как явление, которое все-таки способствовало формированию национального самосознания белорусского народа, развитию его языка и культуры, осуществлению государственной самостоятельности и независимости.
Некорректность такого вывода заключается в том, что он основывается на хронологических и формально-абстрактных признаках. Но для постижения феномена БНР важна философско-историческая точка зрения. А философско-историческую подкладку БНР как раз и составлял комплекс антисоветских, антирусских, антисоюзных идей, которые шли вразрез с белорусской ментальностью и белорусской историей.
Идеологи БНР стремились отрицать историческое значение Октябрьской революции в жизни белорусского народа, противопоставить белорусов и русских, развести Беларусь и Россию. И такая идеология была не только антисоветской, но и чуждой белорусскому национальному характеру. Она в ложном свете рисовала взаимоотношения между белорусами и русскими, а поэтому абсолютно не воспринималась нашим народом. Не случайно, что саму БНР провозгласили в период немецкой оккупации Беларуси 25 марта 1918 года, так как она не имела поддержки среди белорусского народа, а лишь рассчитывала на «хаўрус» с Германской империей, т. е. с оккупантами. Не случайно так называемые руководители БНР 25 апреля 1918 года послали германскому кайзеру Вильгельму верноподданническую телеграмму, в которой благодарили за освобождение Беларуси «от тяжелого гнета, господства чужого издевательства и анархии». Кайзеровские марионетки заявляли, что независимость и неделимость края может быть обеспечена только в союзе с Германской империей, только под ее защитой. Находящиеся под защитой кайзеровских штыков бэнээровцы в июле 1918 года поставили во главе правительства БНР циничного и жадного польского помещика-латифундиста, векового угнетателя белорусских крестьян Романа фон Скирмунта. Большей дискредитации бэнээровской политики и представления ее как антинародной и антинациональной придумать было нельзя.
Деятель БНР Язэп Лёсик выступал в печати против употребления белорусскими писателями любого, даже извечно белорусского слова, если оно хотя бы по внешней форме совпадало с русским
Убедившись, что это компрометирует бэнээровцев в глазах белорусского народа, в октябре 1918 года они вынудили Романа фон Скирмунта уйти в отставку, и правительство БНР возглавил старый «социалист» и антисоветчик Антон Луцкевич. Видя приближающийся крах Германской империи, тот стал открыто ориентироваться на панско-шляхетскую Польшу, обещая подчинить «пилсудчикам» Беларусь посредством протектората со статусом автономии. Поскольку все это смахивало на превращение Беларуси в восточные кресы Польши, «белорусизаторы» на сессии своей Рады сместили с поста премьер-министра Луцкевича и с 12 декабря 1919 года правительство БНР возглавил член партии белорусских эсеров, активный антисоветчик и русофоб Вацлав Ластовский.
Начался поиск новых «кайзеров» и новых «пилсудчиков». 15 сентября 1920 года правительство БНР обратилось с письмом к Мирной конференции в Париже с просьбой «внять мольбам белорусского народа» и помочь ему «в борьбе с большевистской оккупацией». Но это был глас вопиющего в пустыне.
Белорусизация в 1920-е годы основывалась на доверительном отношении Советской власти к интеллигенции, которая занималась культурной работой в республике.
27 апреля 1922 года Вацлав Ластовский и Александр Цвикевич (министр иностранных дел БНР) прибыли на Генуэзскую конференцию. Они письменно обратились к делегатам с просьбой пересмотреть вопрос о Рижском мире и признать БНР. Но этот вопрос даже не был вынесен на обсуждение.
Ластовский, исключенный из партии белорусских эсеров за тесные связи с Юзефом Пилсудским, в 1923 году подал в отставку и премьер-министром БНР стал Александр Цвикевич. Это происходило в условиях политической переориентации в эмигрантской среде «белорусизаторов». 12 октября 1925 года в Берлине на совещании Рады БНР они признали полное банкротство своей борьбы против Советской власти, объявили о самороспуске правительства БНР и признали Минск «единым центром национально-государственного возрождения Белоруссии». В истории нельзя припомнить движения столь бедного смыслом, столь политически убогого, пустого и бессодержательного, как антисоветская и русофобская затея «белорусизаторов» по созданию БНР. Жалкими были политики, эти невежественные бэнээровцы, и такой же жалкой — их затея.
В подтверждение сошлемся на результаты выборов во Всероссийское учредительное собрание в ноябре 1917 года по Беларуси. Нынешние «белорусизаторы» любят фарисействовать на тему, что Советскую власть в Беларуси установили солдаты Западного фронта против воли белорусского народа, представителями которого были якобы национально-демократические силы, создавшие БНР. Но подобные карикатурные утверждения нынешних адептов БНР ничего общего не имеют с политической действительностью того времени. Во всех белорусских избирательных округах, которых было три, за кандидатов от большевиков (список №9) проголосовало 63,3% белорусских избирателей. А в сельской местности поддержка большевиков оказалась еще выше. Солдаты же Западного фронта составляли особый избирательный округ — здесь в подавляющем большинстве (67,7% избирателей) проголосовали за большевиков. А как же обстояли дела в этом вопросе с так называемыми «белорусизаторами»? Они тоже выставили своих кандидатов в Учредительное собрание (список №13) и получили ничтожное количество голосов. За их кандидатов проголосовало только 0,3% избирателей.
В свете вышесказанного ясно, что БНР никакого отношения к белорусскому национальному самосознанию и белорусской государственности не имеет. Вот почему БНР нельзя считать даже идеей буржуазной государственности. Правильнее сказать, что это была попытка самых антинародных деятелей создать из Беларуси некое прозападное марионеточное образование, инструмент конфронтации против России.
Из 11 центральных газет БССР в 1927 г. 3 издавались на белорусском, 4 — на русском, по 2 — на идише и польском языке.
Но дело с БНР на этом не окончилось. Уже в Советской Беларуси в 1920-е годы идеология БНР решили реанимировать под видом политики «белорусизации», которая приобрела откровенно русофобский характер.
К началу 1928 года во времена БССР на белорусский язык преподавания перешли до 80% общеобразовательных школ.
Лев Криштапович, доктор философских наук