Часть VIII
Несколькими минутами позже к этим двум присоединились и Галкин с Щеглицким. А затем и все остальные буквально облепили Журавлева и его маленькое устройство по управлению «летающей камерой». А еще получасом позже стало темнеть.
- Что это, Виталий Анатольевич? - тыча пальцем в экран спрашивал Стриж.
- Кто здесь говорил про летучую мышь? - качал головой Игнатов. – Это совершеннейшая чушь!
- Так что же это?
- Не знаю, - сдавленным голосом признался биолог. – Науке сия специя не известна!..
Штурмовать скалу было решено с восходом солнца. Огромное нечто не двигалось. Мы наблюдали за ним весь остаток вечера. По крайней мере до тех пор, пока верхушек скал еще касались солнечные лучи. Все это время неведомая тварь не подавала никаких признаков жизни. Но рассмотреть странное существо в деталях так и не получилось.
Я проснулся от шорохов за стенкой палатки. Выглянул наружу. Было темно. Чрезвычайно заинтригованный я выбрался наружу и осторожно двинулся в направлении, откуда до этого слышался шорох.
В какой-то момент до моих ушей долетели едва различимые слова Журавлева: – Он нам точно башку оторвет!
– Всю ответственность беру на себя! – столь же тихо ответил ему Стриж.
«Блин, что они задумали?», пронеслось у меня в голове.
Послышался шорох удаляющихся шагов.
Когда преследуемые мной авантюристы отошли подальше от лагеря, они стали переговариваться уже полушепотом.
- Легкий ветерок с севера, - сказал Журавлев.
Ответа не последовало.
- На высоте наверняка еще крепче дует.
- Не дрейфь, - наконец отреагировал Стриж.
Я следовал за ними на некотором удалении, то и дело хоронясь за камнями.
Офицеры уже двигались вдоль каменной стены, когда бледная луна снова вынырнула из облаков. В этот момент на голове у Журавлева тускло блеснул шлем. Они остановились.
- Что-нибудь видишь? – спросил Стриж. – Он еще там?
- Пока не вижу. Нет. Ближе надо.
Стриж тихо выругался, а потом сказал:
- У меня идея.
Я видел, как капитан, ухватившись за шнур, подошел вплотную к скале. А затем... исчез. Мне пришлось покинуть свое укрытие, чтобы понять, куда подевался неугомонный Стриж. Как оказалось, он влез в узкую щель между двух утесов. Потому как капитан начал кряхтеть, я догадался, что он стал куда-то карабкаться. Было слышно как Стриж то и дело скатывается. Похоже он намеревался подняться по крутой насыпи.
- Так лучше? – послышался его голос уже выше.
- Не на много.
- Попробую еще подняться, - были его последние слова.
А потом произошло то, чего никто из них явно не ожидал. Плавающий где-то наверху шар был подхвачен резким порывом ветра. Это застало их врасплох. Стриж от неожиданности выпустил шнур и, подскользнувшись, в очередной уже раз скатился вниз. Журавлев же, пытаясь спасти ситуацию, кинулся вперед и со всего размаху налетел на камень. И при этом так треснулся о стену башкой, что шлем буквально раскололся. Старлей как подкошенный рухнул на землю. Увлекаемый ветром баллон потащил его вдоль стены. Недолго думая, я бросился на выручку незадачливому оператору «летающей камеры».
Выслушав доклад капитана о несанкционированной ночной вылазке, Галкин сделал большие глаза.
- Стриж, твою мать! - выругался майор. – Я бы мог этого ожидать от кого угодно, но только не от тебя! Что ты хотел этим доказать?
Капитан старался не встречаться с ним глазами.
- Господи, с какими же дураками работать приходится! Один в горные потоки бросается, другой голыми руками пули ловит, – сокрушался Галкин. – Капитан, ты за десять лет на такую технику не заработаешь, тебе это-то хоть понятно?
- Понятно, - вздохнул Стриж.
На этом маленький разнос, устроенный майором своим непутевым подопечным, и закончился. Галкин, продолжая возмущаться, взялся облачаться в альпинистское снаряжение. А вскоре к нему присоединились Щеглицкий, Стриж и Журавлев.
Ни зверем, ни птицей эту образину назвать было нельзя! Перед нами возвышался мумифицированный солнцем и ветром труп существа, развитие которого остановилось, возможно, многие миллионы лет назад. Журавлев, однако, был абсолютно уверен, что животное погибло не больше недели назад. Высохшая на несносной жаре кожа на его перепончатых крыльях натянулась и напоминала парусину.
Нас с Игнатовым по очереди подняли на скалу в сетке из-под воздушного шара, по примеру того, как это делают спасатели, снимая с высот попавших в беду скалолазов. Я, несколько шокированный открывшимся мне зрелищем, по команде Галкина засел за зарисовку останков огромного и жутковатого на вид чудища.
- Мне нужен общий вид. Затем отдельно голова, крылья, конечности. Приступай, Вячеслав! – деловито распорядился Галкин.
Игнатов был поражен не меньше моего. Но он быстро взял себя в руки и теперь раз за разом повторял, что то, что не известно ему, не известно и науке. Правда в какой-то момент резко замолк.
- Ну что же вы, Виталий Анатольевич, - подтрунивал над ним Галкин, - даже к пациенту не подходите? Как же вы собираетесь устанавливать диагноз?
- Пациент мертв, - в тон Галкину отреагировал Щеглицкий, - вот и весь диагноз!
- Журавлев, - раздался из-за существа голос Стрижа, - мне нужны зонды пять и семь.
Галкин подошел к краю скалы и прокричал вниз:
- Воронян, выходи на связь с центром. Передай наши координаты. Пусть высылают вертушку.
Игнатов присел у огромной головы неизвестного ему существа и осторожно коснулся крупного закрытого века. Я старался как можно точно передать размеры самой башки, взяв в качестве ориентира склонившуюся над ней фигуру пораженного биолога. Слева от Игнатова виднелась длинная пеликанья шея, а справа - массивный череп, плавно переходящий в очень длинный клюв.
- От основания черепа до кончика клюва один метр восемьдесят три сантиметра, - замерил голову Щеглицкий.
Вдоль нижнего края верхней части клюва располагались неаппетитные наросты подстать веточкам оленьих рогов. Они неравномерно расходились в обе стороны от полуоткрытого клюва. Из которого выглядывали сравнительно небольшие, но острые зубы.
- Напоминает гусиную голову, - неожиданно громко произнес Игнатов. – Только всякое оперение отсутствует...
Галкин и Стриж переглянулись.
- А вот у основания клюва, - биолог оперся на руку и склонился над трупом ближе прежнего, – имеется большое количество волосяных сумок.
- Где? – неверящим тоном переспросил Стриж.
Потом они еще долго крутились вокруг чудо-зверя. Проводили замеры. Много фотографировали.
- Товарищ майор, - обратился к Галкину старший прапорщик. – Вы обратили внимания на эти повреждения?
Щеглицкий ткнул мертвое чудище в бок, в том месте, где на сморщенной от сухости коже были заметны продолговатые царапины. Когда дежурившие внизу подали на вершину ломики и несколько досок, офицеры, используя их как рычаги, частично приподняли тушу. Из-под нее вырвалось облако зловония, отчего они стали чертыхаться и отфыркиваться. Стриж с Галкиным, зажимая носы, присели, чтобы получше рассмотреть странные раны на теле существа.
- Тебе не кажется, что это тот самый шайтан, который снес сарайку Атбая? – обратился к капитану майор.
Из продолговатой раны с рванными краями торчал обломок доски.
- Вот и причина смерти, - сделал вывод Стриж.
У трупа загадочного зверя мы провели несколько часов. По возвращении в лагерь нас ожидали две неприятные новости. С первой ознакомил нас Воронян. Из центра сообщили, что вертолет сможет вылететь только завтра. Вторая звучала еще хуже. У одного из УАЗов полетел карбюратор. У нас хватало запчастей. Но вот запасного карбюратора среди них не оказалось. До середины ночи велись рассчеты и обсуждения. Как быть, какой обратный путь будет короче, хватит ли воды.
Стриж, Синицын и Воронян до утра что-то мастерили. Всю ночь искрил наш портативный сварочный аппарат, гудел генератор и визжала пила по металлу. А утром тех, кто отдыхал, ждал сюрприз. Вместо двух бобиков мы теперь располагали только одним. Но к нему крепился прицеп, равных которому мне еще не приходилось видеть. Он был склепан из частей второго автомобиля и... с тем же количеством сидячих мест. В принципе отсутствовал движок и та часть УАЗа, где он изначально располагался.
Наши чудо-механики буквально валились с ног от усталости, и Галкин тут же отправил их спать. До обеда мы паковались, время от времени посматривая на небо. «Где же вертолет?» - читалось в каждом взгляде. Время поджимало. Воды оставалось только на обратный путь. Лично меня такая перспектива начинала откровенно пугать. Ведь в рассчеты начальства могла закрасться и ошибка. К тому же наша скорость теперь должна была автоматически снизиться. А значит мы теряли еще больше драгоценного времени.
Вертолет все не летел. В пять часов дня Галкин сам вышел на связь с центром. На его лицо наползала тень. И чем мрачнее он становился, вслушиваясь в трубку, тем тяжелее делалось на душе у остальных экспедишников.
- Вертолет обещают только завтра, - наконец положил трубку на рацию майор. – Но и эта информация... не заслуживает доверия. У них там проблемы.
- Если его не будет и завтра, то настоящие проблемы начнутся у нас, - процедил Стриж.
- Они начнутся у нас уже сегодня, если мы не тронемся в путь до захода солнца, - поправил его Галкин.
- Что будем делать? – воззрился на него капитан.
- Стриж, Журавлев, - приняв окончательное решение, стал отдавать распоряжения Галкин, - быстренько лезьте на скалу! Берите с собой топор и ножовку. – Он повернулся к Игнатову: - Виталий Анатольевич, что было бы необходимо для определения вида, рода, семейства и еще черт знает чего у только что обнаруженной и не известной науке специи?
- То есть? – не врубился его визави.
- Ну там зубы, крылья, хвосты! Что? – торопил его майор.
- Лучше, конечно, все вместе, - протянул было Игнатов.
- Эту дурынду, - Галкин кивнул в сторону вершины, - мы не сможем взять с собой!
Было заметно, что майор потихоньку выходит из себя.
- А! Ну тогда было бы неплохо иметь голову, часть крыла, пару органов. Может одну конечность, - разродился, наконец, ученый.
- Достаточно, – перебил его Галкин. – А то, в итоге, мы снова остановимся на целом трупе. Итак! Стриж, отнимаете голову, одну конечность и кусок перепончатого крыла. Ясно?!
- Разрешите выполнять?
Галкин кивнул. И тут же скомандовал:
- Остальным принимать препараты внизу, паковать и укладывать. Выезжаем через полтора часа. Все, время пошло!
Как мы добрались до ближайшего населенного пункта, уже и не помню. Знаю только, что по дороге дважды лопалась ось у переделанного транспортного стредства. И троим, самым крепким из нас, дальше пришлось ехать на крыше целого УАЗа. Не раз глох перегретый двигатель. И только чудо позволяло нам двигаться дальше. За пять часов до прибытия в селение у нас закончилась вода. Два литра из НЗ для машины охранялись, наверное, лучше, чем мавзолей Ильича. Но мы не сдавались. У Синицына разболелась не до конца зажившая рана, и часть пути он развлекал нас пересказом своих галлюцинаций. И все-таки мы вышли из этой скверной ситуации победителями!..
Вернувшись в мир людей, мы для начала вдоволь напились. Воды, нужно понимать. Остальное было уже потом... Операция, несмотря на все передряги и опасности, удалась. И довольный результатами майор тем же вечером щедро проставился. Чтобы наши выпивали, да еще и так споро, я видел впервые. Но, похоже, снять накопившийся стресс иным путем не представлялось возможным. Обо мне майор тоже не забыл. Разрешил мне пить пиво. Но зато сколько влезет. В тот вечер продавщица местного магазинчика, наверное, сделала самый большой оборот в своей карьере. А на следующий день за нами все же прибыл вертолет. Грузовой МИ проглотил нас вместе с нашими враз постаревшими и осунувшимися (шутка, конечно) джипами. А уже в Ашхабаде мы высадились отдохнувшими и готовыми на новые подвиги.
Собранные материалы были переданы молодому лейтенантику с рыжими редкими усиками. На плечах которого красовались новенькие погоны внутренних войск. Его соправождали трое солдат, которые, навъюченые не хуже каких-нибудь шерпов, потащили нашу драгоценную ношу к стоявшему в отдалении автобусу.
А на точке нас уже ожидало новое назначение. Причем на сборы и подготовку давалось три дня. Как-то вечером я засиделся в нашей библиотеке. С улицы зашел Стриж. Обведя задумчивым взглядом внутренности переоборудованного под жилое помещение вагончика, он остановил его на мне и неожиданно выдал:
- А вот интересно, куда подевался другой ящер?
Оторвавшись от чтения, я уставился на капитана: - Какой другой?
- Ну тот самый, чью тень мы видели, отдыхая у скалы, – пояснил Стриж и, потеряв к этой теме всякий интерес, прошел в соседнее помещение.
- Похоже улетел? – ни к кому не обращаясь, вслух предположил я.
- Удивительно сообразительный юноша, - услышал я голос удаляющегося капитана.
По этому линку Вы при желании сможете попасть на познавательно-развлекательный (основной) канал автора! Увлекательного чтения!
😊😊😊