Мне тогда было лет шестнадцать. Тогда, помнится, по всему поселку прошла печальная весть о том, что в Ангаре утонул рыбак дядя Лёня. Он был заядлым любителем данного вида промысла и зачастую выходил на реку в одиночку.
Однако не меньше, чем рыбалку, Леонид Крайнов любил и охоту. В свое время в городе ему удалось приобрести неплохое ружье, которым при жизни он неоднократно восхищался.
После смерти мужа, по прошествии двух недель, жена дяди Лёни Анна Алексеевна приняла решение продать ружье. Покупатель нашелся быстро – им стал мой друг детства Санёк. Он очень радовался покупке: у меня тогда уже было подаренное отцом оружие, а у него – нет. Ведь в Сибири так: с малых лет все уже на охоту бегают – на белку, на рябчика, на глухаря.
Однажды, спустя несколько дней после долгожданной покупки, я решил зайти к Саньку домой, проведать его. Смотрю – он нос повесил. Спрашиваю: что случилось? Он подумал недолго и ответил: «Сон я видел. И не один, несколько ночей повторялся. В нем, значит, дядя Лёня, вот тут, в сенях стоит. Ружье, говорит, хозяйке верни».
Я Санька тогда, конечно, успокаивать начал. Мол, ерунда это – навыдумывал себе, вот и приснилось. Но, несмотря на мои уговоры, товарищ пребывал в расстроенном состоянии и постоянно о чем-то думал. А еще через несколько дней Санёк попросил мать вернуть ружье обратно.
Прошло время, и ружье нашло нового обладателя – им стал Максим Федорович. Он был приезжим, работал пильщиком в лесу. Часто выпивал. Спустя месяц с этого ружья Максим Федорович застрелился.
