Есть у меня один чиновничий недостаток – я беспартийный. Илья в детстве был октябренком, Илья в юности был комсомольцем, а вот Илья Ильич беспартийный. Почему? А помните, как в «Собачьем сердце» заведующий-заведующая культотделом дома предлагала профессору Преображенскому взять несколько журналов в пользу детей Германии… По полтиннику штука… Помните, что он ответил? Ну, я освежу память, напомню диалог:
«Предлагаю вам взять несколько журналов в пользу детей Германии - По полтиннику штука…Нет, не возьму. - Но почему вы отказываетесь? - Не хочу. - Вы не сочувствуете детям Германии?- Сочувствую. - А, полтинника жалко? - Нет. - Так почему же? - Не хочу…»
Считайте, что на мое решение повлиял профессор Преображенский, ну вот, и я не хочу. Просто не хочу. А знаете, что я приведу сейчас в свое оправдание? Нет, моих собственных философских размышлений не будет. Потратьте минуту своего времени и прочитайте цитаты русских писателей о чиновничестве и чиновниках, не пожалеете.
Александр Иванович Герцен «Былое и думы» (1854-1867):
«...Чиновничество царит ... Все меры правительства ослаблены, все желания искажены; оно обмануто, одурачено, предано, продано, и все с видом верноподданнического раболепия и с соблюдением всех канцелярских форм...»
Ну, частично соглашусь, но чиновник чиновнику рознь – царят, на самом-то деле, только те, кому разрешено царить.
Николай Михайлович Карамзин «О древней и новой России в ее политическом и гражданском отношениях» (1811):
«...Каковы ныне, большею частию, губернаторы? Люди без способностей и дают всякою неправдою наживаться секретарям своим, или без совести и сами наживаются. Не выезжая из Москвы, мы знаем, что такой-то губернии начальник глупец и весьма давно! В такой-то грабитель и весьма давно! Слухом земля полнится, а министры не знают того и знать не хотят. К чему же служат ваши новые министерские образования? К чему писать законы, разве для потомства? Не бумаги, а люди правят...»
«...Одно из важнейших государственных зол нашего времени есть бесстрашие. Везде грабят и кто наказан? Ждут доносов, улики, посылают сенаторов для исследования, и ничего не выходит? Доносят плуты, честные терпят и молчат, ибо любят покой. Не так легко уличить искусного вора-судью, особенно с нашим законом, по коему взяткобратель и взяткодатель равно наказываются»
Слог, конечно, архаичный, но по смыслу очень жестко… и почти современно, как будто вчера написано, а не двести лет назад.
Лев Николаевич Толстой «Воскресение» (1889-1899):
«...Когда он сделался министром, не только все зависящие от него, а зависело от него очень много людей и приближенных, - но и все посторонние люди и он сам были уверены, что он очень умный государственный человек… Оказалось, что в нем ничего не было отличающего его от других малообразованных, самоуверенных чиновников, которые его вытеснили, и он сам понял это, но это нисколько не поколебало его убеждений о том, что он должен каждый год получать большое количество казенных денег и новые украшения для своего парадного наряда...»
Ну, что тут скажешь? Классика она и есть классика – не стареет!
Владимир Николаевич Войнович «Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина» (1969-1975):
«...По ходу уборки было принято несколько довольно-таки глупых решений, не потому что все заседавшие здесь были дураками и ничего в деле не смыслили, а потому, что высказывание деловых соображений требовало смелости, в то время как высказывание глупых соображений, наоборот, поощрялось...»
С Войновичем вообще спорить бесполезно – всегда прав!
И все-таки, несмотря на приведенные выше цитаты из классики, выскажусь от себя. В последние годы слово «чиновник» в нашей стране воспринимается почти как ругательство, но… Но неужели вы так уверены, в правдивости поговорки: «Кто бы овцу ни съел, все волк виноват»?