Как говорится в русской пословице – хлеб всему голова, так и было, по крайней мере, раньше. Вспоминая слова деда о том, что в колхозе голодно жилось, а здесь в Бор-Ленве, за работу хлеб давали, можно представить какое тяжелое время было, сколько сил отдавали люди, зарабатывая кусок хлеба. Какое отношение было к хлебу. Помню, как бабушка, перед тем как посадить каравай в русскую печь, ребром ладони делала на нем крест. А дедушка, когда садились за стол, хлеб нарезал всегда сам. Бережно прижимая к себе, тонким от старости ножом с деревянной ручкой, ловко поворачивая каравай, отрезал ломти через всю его ширину.
Первый хлеб в Бор-Ленве, скорей всего пекли в столовой, тут же и продавали. В дальнейшем, поселок разросся, численность рабочих увеличилась, произошло разделение на Бор-Ленвинский лесоучасток, который занимался заготовкой леса, и Рейд который вязал плоты и сплавлял древесину вниз по Каме. Тогда разделилась и инфраструктура. Каждый поселок имел свой детский сад, магазин, пекарню…
Бородина Анисья Николаевна. На одного работающего в лесоучастке давали 400 граммов хлеба, на иждивенцев и детей не давали вовсе. И эти граммы мама делила на всех. Нас, детей, было уже трое. В тумбочке, каждому был отведен уголок. Достанешь кусочек, полижешь его, понюхаешь и обратно положишь. Хлеб черный, тяжелый. Но и этому были рады.
Один раз, за хлебом отправили меня. Сенокос, маме не до того было, успеть бы закончить пока погода стоит. Всю карточку давать не стала, отрезала только на декаду. Г-образный барак, в котором продавали хлеб через маленькое окошечко, стоял параллельно Каме, и в этом месте, почему-то всегда было ветрено. Хлебушко мне дали, талончик вырезали. Отошла я в сторонку, и тут порыв ветра вырвал карточку из моих рук. Берег здесь крутой, заросший крапивой, поискала тут, там, не нашла…
В 1948 году прошла денежная реформа и карточки отменили. Папа принес домой буханку белого хлеба, а буханка большая, в два раза больше теперешней, две селедки и кусок сахара. Мы тут же дружно уселись пить чай. Такой чай вкусный… Такая вкусная селедка… Селедку поставляли союзники, американцы, про это даже песенку народ сочинил – «…и Америка сторонкою пошагала к нам скорей, и послала нам бочонками два кораблика сельдей».
Козлова Валентина Александровна. Около мостков, куда приставал речной трамвай стоял небольшой клуб, около него в сторону Бор-Ленвы магазин, а за ним ближе к лесу пекарня. Тут я работала помощником пекаря несколько месяцев, после окончания школы. Работали мы только в ночь, чтобы утром отправить в магазин свежий хлеб. Испеченный хлеб возили до магазина на коне. Для этого был сделан специальный короб. Печь топили березовыми дровами. Муку сеяли носилками, на которых была прибита сетка. Тесто месили руками в дежах. Я смазывала формы растительным маслом… в общем делала то что требовалось от подсобного работника.
Бородина Галина Владимировна. В нашей пекарне хлеб пекли, прямо скажу, волшебный. Какой это был хлеб – вкусный, хрустящий, запашистый. Пока бежишь из магазина, все углы обгрызешь, а дома отрежешь ломоть, и тут импровизации нет предела: то маргарином намажешь, то комбижиром, то натрешь чесноком, то маслом растительным польешь, а то и просто солью посыплешь или сахаром и бежишь довольный на улицу. Еще продавались повидло и сгущенка в жестяных трехлитровых банках, этим тоже с удовольствием хлеб сдабривали и, как ветер, мы уже на какой-нибудь улице в чижа или лапту играем.
Иногда, бывало, в магазин за хлебом придешь, а Мария Михайловна, продавец, принимает хлеб из пекарни через специальное окошко в стене. Магазин и пекарня занимали одно здание, и соединяло их окошко с дверцей, и когда ее открывали, видно было только руки пекаря, который подает по две буханки быстро и ловко, а Мария Михайловна вслух их считает. Из окошка вырывается горячий воздух, который быстро наполняет помещение магазина вкусным ароматом свежей выпечки. Иногда увидишь лицо пекаря горячим и красным, которое появится на секунду в окошке для пары фраз и, мелькнув белой косынкой на голове, снова исчезает. Пока ждешь, мечтаешь – как здорово тем, кто работает в пекарне, ведь они всегда объедаются горячими булочками. В то время я еще не знала, что мне придется немного поработать на этой самой пекарне помощником пекаря. Я так же подавала хлеб в магазин через это маленькое окошко с дверцею. Постучишь – дверца откроется, и уже ты сам начинаешь быстро и ловко подавать хлеб по две буханки и слышишь, как Мария Михайловна их считает. Это песня. И каждый раз, когда стоишь у этого окна, гордишься, что вот этими самыми руками создал такой волшебный хлеб, который люди будут кушать с удовольствием.
В пекарне была огромная русская печь, намного больше, чем в домах. В нее помещалось 200 буханок, булочки с маком и изюмом, батоны. На припечке всегда стоял чугунок, доверху заполненный таящим здесь, в тепле, маргарином, который потом выливали в тесто, добавляли в сухое молоко. Пока печь топится, подходит тесто, а ты в это время не знаешь, за что схватиться: и дров надо наносить, и муку из склада принести на носилках (белая в мешках по 50 кг, а черная – 75) – очень тяжело. И формы смазать нужно, и тесто расфасовать. Глаз у пекаря точный, ей на весы бросить одну-две порции для сравнения, а дальше она сама ловко отрывает из дежи кусок теста и отправляет его в форму, успевай только подставлять.
Сразу же в опустошенной деже заводим опару для следующей партии. В день по три, четыре партии выпекали. Печь готова, и у пекаря начинается тяжелый момент – поставить в нее формы. Лопата большая, черенок метра три с половиной, семь форм на нее уходит (какая это тяжесть!). Резкое, точное движение и лопата с формами летит в печь, нужное расстояние регулирует рука, она сожмет черенок и лопата остановится. Еще одно резкое движение – формы слетели с лопаты и встали в ряд. Каждый раз, наблюдая этот процесс, удивлялась и восхищалась мастерством пекаря. Казалось, что формы живые существа и сами послушно спрыгивали и вставали ровными и плотными рядами.
Все. Теперь можно и чай попить. Это, непременно, сухое молоко, разведенное кипятком и душистый, горячий хлеб – песня. Это меню никогда не менялось, это меню никогда не надоедало. Хлеб наш покупали рюкзаками, пока в 1983 году пекарню не закрыли. Люди долго не могли привыкнуть к привозному Добрянскому хлебу, который пекут в электрических печах, а наш выпекался на дровах и с душой, отчего вкус был совершенно другим.
Работники пекарни:
Никонова Мария Михайловна работала пекарем, потом перешла в магазин продавцом
Матвеева Любовь – заведующая
Минькова Надежда – пекарь
Чудинова Екатерина – пекарь
Бородина Галина – подсобный работник
Заходите на страницу Музей истории поселка Бор-Ленва