Найти в Дзене
Юнгштурм

«Москва слезам не верит», а во что верила Москва?

Почти все смотрели этот замечательный советский фильм. Он и вправду очень хорош. Он дарит радость людям, и погружает нас в советский мир, более добрый и человечный, чем нынешний. Меньшов даже не особо приукрашивает, многие изъяны советской жизни показаны в этом кино. И речь пойдёт не о том, что не было западных шмоток и кока-колы, проблема немного в другом. И дело не в том, что хочется как-то обругать фильм или сам Советский Союз. Я ни дня не жил в Советском Союзе, родился уже на его обломках, но переживаю его распад как личную трагедию. И просмотр любого советского фильма можно заканчивать фразой «А потом развалился Советский Союз», меняя только интонацию. Исходя из этого, о фильме могу сказать следующее: Первое. Мир конца семидесятых в фильме ощутимо проигрывает миру конца пятидесятых. Ощущение свежести и молодости уступает место какой-то затхлости, которая не шибает в нос, но улавливается на протяжении всей второй серии. Вторая сцена с Рудольфом и не только она показывает нам сцен

Почти все смотрели этот замечательный советский фильм. Он и вправду очень хорош. Он дарит радость людям, и погружает нас в советский мир, более добрый и человечный, чем нынешний.

Меньшов даже не особо приукрашивает, многие изъяны советской жизни показаны в этом кино. И речь пойдёт не о том, что не было западных шмоток и кока-колы, проблема немного в другом. И дело не в том, что хочется как-то обругать фильм или сам Советский Союз. Я ни дня не жил в Советском Союзе, родился уже на его обломках, но переживаю его распад как личную трагедию. И просмотр любого советского фильма можно заканчивать фразой «А потом развалился Советский Союз», меняя только интонацию. Исходя из этого, о фильме могу сказать следующее:

Первое. Мир конца семидесятых в фильме ощутимо проигрывает миру конца пятидесятых. Ощущение свежести и молодости уступает место какой-то затхлости, которая не шибает в нос, но улавливается на протяжении всей второй серии.

Вторая сцена с Рудольфом и не только она показывает нам сцену «вечного возвращения»: те же мужики играют в домино, дед гуляет с внучкой. На прошедшие двадцать лет показывает лишь то, что внучка выросла.

Но ведь, кто бы что ни говорил, а «вечное возвращение» никогда не бывает буквальным повтором, на каждом новом витке – всё хуже. Уже нет хотя бы мельком показанной молодёжи, читающей стихи у памятника Маяковскому. В лучшем случае люди довольствуются семейными радостями с «комком нервов». В худшем – несчастны. В логике фильма неважно, спился человек или крутится в беличьем колесе карьеры.

Второе. Устремления героев сводятся к пресловутой личной жизни. О высоких идеалах, о чём-то большем, чем «семья-любовь-карьера» там не мечтает никто, во всяком случае, во второй серии. Мы видим общество остывших коммунистических идеалов, которое пока ещё цепляется за ценности. Но и с ценностями тоже уже не очень.

Третье. Дорожка в перестройку уже обозначена. Шутейка про китовый крем, и случайная связь главной героини с равнодушным и нерешительным любовником. Всё это потом прорвалось в какой-нибудь «Маленькой Вере». Ведь это только в кино томленье по счастью главной героини находит позитивное разрешение. Когда нет идеалов такое томленье легко можно использовать, чтобы насадить самый пакостный разврат, чем и занялись перестройщики.

Кстати, даже в фильме Антонина, например, не находит своего счастья. А какого счастья она вообще хотела? Мещанского в самом вульгарном смысле слова Она мне почему-то сразу напомнила директрису рынка из фильма «Гараж». Отлично представляю себе её в какой-нибудь потребкооперации в перестроечные годы, вот когда бы наступил её звёздный час…

Четвёртое. «Коррумпированное брачное агентство» под прикрытием танцевального клуба, руководимое Лией Ахеджаковой – это, конечно нечто, повеселило от души. Но главное тут – фраза, что мужики «лежат на тохте перед телевизором», и ничего им не надо.

Женщины бывают разные, но «в среднем по больнице» женщина гораздо лучше укоренена в жизни, в её бытовом измерении. Мужчина же, не имея цели в жизни, очень часто, ложится на диван у телевизора или спивается. В позднесоветском обществе остывших идеалов ровно это и происходило.

Мы с другом немного поспорили, действительно ли Гурин спился сам, или его доканала Антонина, которая как «экскаватор наоборот» гребла всё к себе (фраза про шмотки, которыми он её заваливал, а потом пропил). История, когда эгоцентричная женщина, не знающая, чего она хочет, изводит мужчину в принципе не нова. Но у Гурина была цель в жизни – спорт, так что вопрос мы решили оставить открытым.

И тем не менее, позднесоветский матриархат таки перешёл в постсоветский, только принял иные формы. Женщины, живущие одни, родившие детей «для себя» и тянущие две работы сегодня ни разу не новость.

Пятое, и что же предлагает нам автор в качестве выхода? Да ничего: надеяться. Ну и к этому прилагаются рекомендации в духе, что мужчина должен оставаться мужчиной, быть смелым, решительным, должен уметь организовать жизнь семьи. А женщина, даже с более высоким социальным статусом должна помнить, что главой семьи должен оставаться мужчина, должна бережно относиться к его чувству собственного достоинства.

Рекомендации в целом верные, но они не выводят за рамки общества с остывшими идеалами, и покидающим его духом. И всего через десять лет душевные советские люди сдали советский мир, дважды завоёванный для них великой кровью.

Но я не ругаю этот фильм. Всех, кто ещё не видел, призываю посмотреть. Этой Москвы больше нет, нет того великого советского мира. Того мира, где все дороги казались открытыми, где общежития были залиты светом, и отношения между людьми были братскими, где стадионы собирали не стендаперы или рэперы, изощряющиеся в низости, а поэты со стихами о разумном, добром и вечном. Посмотрите этот фильм, и сохраните лучшее из него в своём сердце.

Автор: Илья Сормов