«Начало Великой Отечественной войны — это дни великого героизма и великой трагедии. Они были оболганы — подло, гадко, грязно. Сделано это было по указанию Никиты Хрущёва и им самим. Он полагал, что так сможет принизить роль в той войне Иосифа Виссарионовича Сталина.
На некоторое время Хрущеву это удалось. Я, например, вырос со знанием о том, что телеграмма о приведении войск приграничных округов РККА в боевую готовность пошла из Москвы только в ночь на 22 июня 1941 года. Несколько лет тому назад, однако, от покойного Олега Александровича Ржешевского, крупнейшего русского историка Второй мировой войны, я узнал, что директива о приведении войск первого стратегического эшелона в полную боевую готовность и преобразовании управлений округов в управления фронтов была направлена в войска 18 июня 1941 года. Согласитесь, разница огромная! Исходного текста директивы до сих пор не опубликовано, но о ней хорошо известно по ссылкам на неё в соответствующих приказах тех округов (и далее вниз до дивизий), где она была выполнена — например, в Одесском округе. Но где-то и не была выполнена… Это, в частности, вменялось в вину генералу Павлову и другим командирам Западного особого военного округа, что отражено в протоколах следствия и судебного разбирательства по их делу.
То есть части приграничных военных округов приводились в полную боевую готовность за 96 часов до начала войны.
Но в Киевском и Западном особых военных округах этот приказ не выполнили. 21 июня Павлов отправился в театр а его сосед Командующий Киевским военным округом генерал Кирпонос отправится на футбольный матч.
На мой взгляд это предательство которое привело к катастрофе и гибели миллионов человек.