• Чуть понятнее о медиа-лабиринте The Outline написали в WIRED: “I understand people being like, ‘what the fuck is this?’” – гов

• Чуть понятнее о медиа-лабиринте The Outline написали в WIRED: “I understand people being like, ‘what the fuck is this?’” – говорит Топольски. “But ‘what the fuck is this’ is basically what someone says about anything that’s new.”

Я поговорил со старшим редактором The Outline Аэроном и главой коммерческого отдела Амандой за месяц до запуска издания – в октябре. То есть, у вас есть уникальная возможность почитать, о чем мечтали профессионалы, пока не столкнулись с реальностью, а она, как известно, беспросветна, как песни Анжелики Варум. Дак вот, помимо структуры сайта, которая пытается мимикрировать под поведение читателей в сети, у The Outline есть своя философия. Главная штука в том, что они хотят строить бренд. Такой же мощный, как старый Playboy или Esquire. Но проблема медиа в интернете как раз в том, что построить массовый бренд очень сложно. Подумайте на вскидку, какие мейнстримовые российские интернет-издания вызывают у вас теплые чувства? Действительно, если вычеркнуть из списка места, где вы работали, окажется, что там почти ничего нет.

Не переживайте, в США дела обстоят точно также. Занять свою нишу и пилить материалы “для своих” проще простого. Привить любовь читателя к чему-то гигантскому – “сложнааа”. Зайдите в фейсбук-аккаунты NowThis, Fusion и Mic – попробуйте найти несколько отличий. Да, эти ребята собрали миллионные аудитории, но ни один из этих читателей не принадлежит им. Это масса, перетекающая из одного издания в другое, от одного viral-контента к следующему бестолковому видео.

Уже после запуска The Outline пытается решить эту проблему довольно простыми методами. Во-первых, у них есть крутое newsletter, составленное в форме эссе. Каждую неделю вам на почту падает злой и остроумный текст, который заставляет пнуть себя под жопу и начать как-то рефлексировать о том, что творится вокруг. Во-вторых, они делают мерч. В-третьих, они перестали ссаться и поняли, что более 70% трафика поступает с телефонов, поэтому пора перестать думать о mobile и desktop, как о чем-то отдельном. Сайт должен тянутся как дедушкины рейтузы, а пользователь – получать все необходимое, даже если он будет листать ваши шедевры с HTC-смартфона 2010 года выпуска.

В-четвертых, ваш сайт должен стать “a place to go”. Хватит освещать все подряд, отложите в сторону breaking news, пользователя раздражает, когда все издания пишут об одном и том же. Сделайте блин круто, остроумно, уникально. Сделайте мини-игру вместо статьи, снимите видео-эксперимент вместо заметки, напишите о своем распорядке дня, о том, как вы бросали курить, черт возьми, покажите людям, что вы живая редакция, а не машина по производству символов. Покажите им, что вы умеете строить истории с помощью деталек, из которых состоит интернет. Станьте user-first, блин. И последнее – постройте бренд, за который пользователи будут стоять горой. Посмотрите сколько изданий закрылось в России за последние годы, и какое количество читателей попыталось их спасти. Да, большинству было просто насрать, поэтому вспомните, как работали эти медиа и сделайте все наоборот.

Когда вас нанимают на работу в The Outline, вы садитесь за стол и три часа говорите с Джошуа Топольски о том, что вы ненавидите в медиа. Скорее всего, примерно также вы ненавидите свою жизнь, поэтому давайте что-то менять, иначе можно уже просто сдохнуть.