О нон-фикшене надо подробнее. Особенно потому, что восторгов и ожиданий по поводу главной книжной выставки года (а это, бесспорно, так) у меня не было и не будет. Я был на ярмарке в последний день, 4 декабря, и впервые, возможно, ушел без книги. Я хорошо помню, как это все начиналось: студентом я бежал с лекций на утренние презентации, чуть позже стоял у стенда - такая работа, а после - выступал в качестве автора. Поэтому мою желчь, вероятно, и стоит рассматривать как сожаление неудавшегося человека, выпавшего из этого круга. Я даже буду рад, если так будет казаться со стороны, ведь в таком случае этот пост лучше всего будет соответствовать месту: Соломушка - блог, фиксирующий точки потери равновесия в тот момент, когда падение еще не совершилось. И, кроме того, больше всего не люблю самые распространенные в телеграме слова: "классный", "достойный", "крутой", "обязательный" и т.п. Ничего подобного нет. И не будет, пожалуй.
Нон-фикшн, действительно, знавал лучшие времена: драки на лестницах (Быков vs Елизаров), смены ролей, смесь зависти, дружбы, радости и эйфории, аромат красного и белого, коньяки в подсобках и тематических стендах. Но самое главное: по сравнению с традиционными и пустыми весенне-осенними ММКВЯ, non/fiction был самой концентрированной на книгоиздании выставкой. Главным хитом закончившегося в воскресенье 18 сезона стала детская "кишащая" книга "История старой квартиры" ( изд-во "Самокат", 2016) - это лучшая метафора non/fiction за все время: коллективный портрет отрасли с его зияниями и взлетами. Все таким и остается. Беда в том, что время не делает его лучше. Достижения дистиллируются. И там, где в щелках книжных переплетов оседала родственная пыль, такая радостная и грустная, сейчас лежит натянутая улыбчивая учтивость и деньгиденьгиденьги. Я знаю о чем говорю: для стороннего взгляда это неуловимые вещи, маркетинговые уловки, репутации и столь редкий интеллигентский рай, наговоренный книжными мальчиками. Но поверьте. Точно также закатывался отраслевой форум (не буду его называть) среди школьно/дошкольных специализированных издательств. Легкая эйфория 2008-2009, благородная оторопь 2010-2012 и скатывание в безденежный и холодный ад 2013-2016. Трудно дружить, когда штаны прохудились, тут уж не до синтаксиса, этикета, встреч. Не думаю, что non/fiction в аду, но тенденция очевидна. Впрочем, не только в деньгах и в загнанных глазках издателей дело, а в том, что нынешний нонфик, декларируя свою обращенность к лучшему и новому, это новое и отрицает. Нет ни новых имен, не взрывных концепций, 80% изданного составляют переводы и адаптации, еще 10% рефлексии о прошлом и тяжеловесный русский современный роман без конца и начала. Нынешний non/fiction больше всего похож на "умную ленту" фейсбука с ее тотальностью, бессмысленностью и заразительностью. Дистилляция убивает ошеломительность, непредсказуемость, индивидуальность. Я помню каждую случайную встречу прошлых лет: столкновение с Лимоновым у с служебного входа, стопки на стопке "Благоволительниц", наутюженный юмор Прилепина, уезжавшего получать "Букер Десятилетия", обмен книжками на вес и толщину, Николаевича, помявшего брючину и сильно страдавшего от этого. Ноябрь редко бывает приятным месяцем в наших широтах. Я бежал в ЦДХ с неосмысленными надеждами, так же, как и в 2011 на эфиры Пронько на Финаме.
Я не хотел идти туда, но все-таки пошел, оправдывая свою непоследовательность детской программой. Я шел на верхний этаж со старшим сыном, все остальное было маловажно. Но и тут - большинство стендов третьего этажа - закрытые метровые прилавки: трех-пятилетнему ребенку ничего не видно, а таскать нервничающего ребенка на руках в толпе соотечественников - сомнительное удовольствие. Заявленный спектакль сперва отменяется за час до начала, а после все-таки играется в месте, которое вообще мало к тому приспособлено, а мастер-классы предельно формализованы и малоинтересны. Я не пытаюсь преувеличивать, говорю то, что увидел.
Впрочем...