Об авторе нынешнего романа, прочитанного с огромным внимание и на весьма сильном эмоциональном подъеме, известно не так уж и много. Но то, что к творчеству Алексея Поляринова проявляют внимание продвинутые читатели и эксперты, несомненно. Собственно, в очередной раз эта книга оказалась у меня в руках благодаря благожелательному совету специалистов из петербургского Дома книги. Сомнения были только в том: выбрать ли первый роман Поляринова или прочесть его новинку под названием «Риф». Эстетическое занудство подтолкнуло к решению – начать знакомство с неизвестным мне доселе автором сначала. Так в моих руках оказалась книга, которая заставила задуматься не только о дне сегодняшнем, но еще и вспомнить то, что когда-то происходило с тобою в детстве.
Здесь Алексей Поляринов продолжает традицию русской отечественной литературы, помещая своих персонажей – членов одной семьи в те декорации, которые оформляли его первые 18 лет жизни. То есть правда реальности в тексте почти адекватна эмпирической действительности бытия юных героев. Даже название колхоза осталось неизменным – «Рассвет». На территории оного и случаются все те происшествия, которые двигают сюжет романа. Место действия (для достоверности) – Ростовская область, южный край России.
Поначалу так и кажется, что перед нами – вполне традиционная семейная сага о том, как жила-была нормальная семья: папа, мама и двое сыновей (Петро и Егор). И вроде бы даже семья явно тяготеет ко вполне интеллигентному статусу. Только однажды случается житейская неприятность: папа уходит в другую семью, где у него рождается дочка Марина. Но и это еще не есть главный поворот истории. Жизнь сыновей обрастает деталями, подробностями. В жизни старшего брата появляется школьный друг Александр Грек, который и сыграет свою роль в судьбе того самого Петро, от имени которого и начинается повествование.
Алексея Поляринов изящно выстроил структуру текста, перекладывая обязанность повествователя с плеч одного персонажа на плечи другого. Отчетливый привкус постмодернизма, навеянного зарубежной литературой (писатель имеет к ней некоторое отношение, так как практиковался в качестве ее переводчика), ощутим на всем протяжении романа. Но именно подобная смена оптики рассказа и придает сочинению молодого автора объем, выявляет (порою неожиданно) сплетения истории каждого с историей всех. И оказывается, что на самом деле, люди связаны друг с другом гораздо крепче, чем может обеспечить такую связь фантазия, пусть даже и талантливого автора. Просится, конечно, в этом месте привычное: «все мы, в некотором смысле братья и сестры». Но нынче такой афоризм требовал бы весьма значительных сюжетных подпорок и объяснения для читателей.
Объединение людей в сообщества, как показывает мировой опыт, может происходить не только в детстве благодаря тайне пропавшего озера, которое пытаются найти юные школьники, но еще и потому что они очень схожи в своих взглядах на взрослый мир вокруг них. И в этот мир им приходится входить порою весьма парадоксальным образом. И помощь здесь может прийти только оттуда, где есть родные и близкие тебе люди – из семьи. Роман Алексея Поляринова именно об этом. О том, что центр тяжести, если угодно, и есть центр притяжения человека к человеку. Физическая сущность метафоры а-ля Ньютон ни в коей мере не дезавуирует ее психологический смысл. Да, бывают моменты, когда родственники воспринимаются как некая моральная «обуза», как чемодан без ручки. Однако приходит тот момент в твоей жизни, когда ты отчетливо осознаешь, что духовное богатство личности не измеряется знанием числа пи. Что-то другое необходимо людям.
Доверимся в данном случае Петро. От его имени и начинается повествование в романе: « Не поймите меня неправильно – я не против математики. Очень даже «за». Между прочим, я и сам чертовски умен. И не надо ухмыляться, я серьезно. Вся штука в том, что быть умным и быть интересным – не одно и то же. Если ты можешь по памяти воспроизвести число «пи» до пятисотого знака после запятой – ты умен; и все бы ничего, но число «пи» не поможет тебе завести друзей. Поверьте я проверял».
Есть в романе Алексея Поляринова и еще одно удивительное обстоятельство. Несмотря на то, что эстафета повествования передается из одних рук в другие, у читателя, наверняка, останется послевкусие единого стиля. Следуя фабуле романа, я никак не мог обнаружить: где спрятан сей вербальный ключик, коим открывается таинство текста «Центра тяжести». И только закончив роман, перевернув его заключительную страницу, понял секрет. В его текст автор встроил те сказки, которые сочиняет мама Петро и Егора. Они-то и есть эмоциональная и рациональный центр тяжести для читателя. Кажется, что смысл полуфантастических новелл – некое отвлечение от сурового быта и нелегкого бытия. Но все оборачивается как раз иным ощущением: c амая невероятная выдумка может оказаться правдой.
В этом убеждает и вторая часть романа, сотворенная как некая, достаточно вольная фантазия на тему: «Что же будет с Родиной и с нами?!». Алексея Поляринов здесь вступил на нелегкую стезю русского литературного футуризма (Замятин, Платонов, Войнович и др.), пытаясь в 2018 году предугадать направление развития нашей жизни. И сей прогноз явно неутешителен, а, главное, умозрителен. Никоим образом история про диктатора и «закручивание гаек», не говоря уже о современной технической реинкарнации «Большого Брата», не выглядит как органичное и естественное продолжение истории про семью и друзей, так счастливо приковывающей к себе читательское внимание. Но строго судить автора романа не очень хочется. Каждый вправе размышлять о том. что будет с ним и со страной лет этак через…двадцать.
Помню, как в школе, по-моему, в пятом классе, я размышлял о том, что будет, когда наступит 2000-й год. По моим подсчетам, мне должно было исполнится 43 года. И этот возраст, и эта дата казались тогда делом далекого-далекого будущего. Но вот уже 21 год, как рубеж пройден. И ты по-прежнему думаешь о том, сколько тебе лет будет в таком-то году. Человек, конечно, существо социальное. Но мне почему-то кажется (особенно после прочтения нынешнего романа Алексея Поляринова), что назови ему любую дату в ближайшем будущем, и он в первую очередь подумает о своем возрасте. Прекрасно при этом понимая: как с каждым прожитым годом увеличивается терпимая тяжесть бытия.
На сегодня одно я знаю точно: через некоторое время я намерен взять в руки следующий роман Алексея Поляринова. Он называется «Риф». Тогда и продолжим наш разговор о невыносимой (или выносимой) тяжести бытия.
Сергей Ильченко