Письмо сто и седмь десет.
Достопочтенные читатели!
В июне 1917 г. военная цензура задержала письмо, свидетельствующее о том, что в Русский для внешней торговли банк поступил денежный перевод от германской миссии в Швеции через шведский банк. Vielleicht, деньги предназначались для военнопленных, но не исключено, что таким способом финансировалась прогерманская агитация.
2 июля Р. донес, что доверенный Калашниковского отделения Русского для внешней торговли банка Александр Ефремович Аксельрод прошел в члены Центральной думы по списку большевиков, Азово-Донской банк до войны отправил в Германию большое количество золота, Сибирский торговый банк в 1916 г. покупал и продавал золото и платину, по слухам, через Швецию в Германию, Московский промышленный банк, бывший "Юнкер и К°", пребывает под немецким влиянием, германская разведка в Стокгольме пользуется Новым и Центральным банками.
В донесении от 3 июля сообщалось, что на Фурштатской улице в доме 20 в квартире 7 проживает интересная дама, на 16-й линии в доме 73 в квартире 36 в клубе "Новая заря" находится штаб-квартира Васильеостровской красной гвардии, на Коломенской улице в доме 33 в квартире 3 расположен клуб 3-го интернационала и Временный центральный комитет, на Невском проспекте в доме 3 в квартире 6 - бюро печати, а в доме 84 в квартире 7 - Всемирный союз социалистов.
В сей день началась большевистская демонстрация, инспирировавшая стрельбу и арест партийных деятелей.
Покорный к услугам, Baron de la Yausa.
