Хорошо, когда бабушка живёт близко. Она же мама, тёща и бабушка в одном лице.
Конец марта весной не пахнет в этом году. Деревня людскими голосами не звенит, особенно это печалью отзывается в душе, когда выходишь из ворот своего двора, идёшь по делам нужным всяким то в свой сад - налево, то к дочери тоже по делам каким-либо - прямо, или на усадьбу к сыну надо заглянуть - налево вокруг двора и прямо, а также к дочери на клубничную плантацию - направо через пустырь, все дороги идут в разные стороны от дома, на четыре стороны света, а никто по пути не встречается и ни единого звука ниоткуда нет. Кажется, душа твоя горбится и становится ниже от такого деревенского безлюдья. Не с кем словом перекинуться. Тишина. безмолвие. Снег, твёрдый как асфальт, не желающий таять, а время-то самое весеннее - конец марта.
Хорошо, что дочкина семейка рядом, внуки скучать не дают, кочуют туда - сюда, всякими событиями разнообразят деревенское бытие бабушки с дедушкой.
Ходят внуки к нам, маме говорят: я к бабушке. Не к дедушке, а к бабушке. Почему так, не знаю. Дед их балует, всё, что нужно и не нужно, им покупает, за что я его частенько ругаю, чтоб не скупал, как сорока, в магазинах всё, что блестит. Но деду хочется внуков порадовать, не может он приехать домой с работы с пустыми руками. Добрый он у нас.
А я могу внуков и поругать, если есть за что. Воспитание - его ж никто не отменял.
Дочь недавно рассказала, как младший Валерка бежал к бабушке спасаться.
Дело было так. Был тёплый солнечный день, Андрюшка с Валеркой играли во дворе, вначале мирно играли, потом что-то не поделили и подняли шум гам тарарам, мама прибежала на вопли из теплицы, а сыновья выясняют на всю деревню отношения, не перекричать. Один прав, а второй ещё правее, истины не найти. А успокоить надо. Возле калитки в уголке всегда стоит уличная голубая метла с длинным черенком. Как раз в самый раз для такого случая.
Такой скандал можно было быстро унять только этой метёлкой, что мама и сделала - схватила метлу: ну щас вы у меня получите оба.
Мгновенно наступила тишина. Старший Андрюшка улетел куда-то за дом прятаться, а Валерка побежал спасаться от метёлки к бабушке. Пулей вылетел за калитку и понёсся по дороге с криком: бабушка-а-а-а!
Хорошо, я не слышала. Попало бы всем, кто подвернулся бы под мою горячую руку. Когда родились мои дети, я внутренне стала сторожевой собакой, у меня на лбу было большими буквами, видными издалека, написано: за своих детей порву в клочья любого. С рождением внуков моя внутренняя собака ощутимо подросла, стала ещё суровей и недоверчивей.
Валерка катился горошиной по дороге, он же ещё маленький, дочь выскочила следом глянуть, куда сына понесло. А Валерка нёсся, не разбирая дороги, тоненько подвывая, он знал куда бежать - к бабушке, бабушка в обиду никому Валерку не даст.
Добежал до наших ворот, заморился, остановился, оглянулся, мама с метлой не гонится (а дочь тихонько выглядывала со своего двора, что он будет делать), повернулся и пошёл обратно. Дошло, что мама, которая может поругать, а бить никогда не била своего маленького сынулю, значит, и метлой только попугала.
Вернулся Валерка домой с повинной головой, помирился с мамой, с братом, попросил прощения у всех, у кого надо было за своё поросячье поведение, и жизнь снова заиграла яркими красками.
Так же, как Валерка, спасался однажды и Тим, их чихуашка. Он молодой ещё, порой не может справиться с рефлексами. Однажды пометил дома косяки дверей и ему прилетело. Дочь заметила, взяла нашкодившего пёсика за шкирку, наругала, пообещала, сделав грозное лицо: ещё раз так сделаешь, выкину на улицу. Открыла дверь и легким пинком отправила мелкого во двор проветриться и подумать о своём поведении. А Тим характером трусоват, когда дочь его отчитывает, сразу понимает свои косяки, прячется под диваном и сильно переживает. Потом, после уговоров, выходит и виновато поглядывает искоса своими огромными глазёнками на выкате: простили его или ещё нет.
Собаки понимают человеческую речь, сколько раз убеждалась. А тут на полном серьёзе любимая хозяйка наругалась и выкинула на улицу с обещанием сделать пёселя бомжом.
У Тима закончилась жизнь, надо было спасаться и он в отчаянии выскочил в калитку и побежал туда же, куда бегут все внуки в мире: к бабушке.
Зять вышел следом за Тимом посмотреть, куда это он так понёсся сломя голову. А Тим мчался прямой дорогой к нашим воротам, прилетел, сел на попу, пригорюнился, посидел минут десять, подумал, остыл, стал, видимо, мёрзнуть, у него же ножки тоненькие как спички, на морозе сразу леденеют, и принял решение вернуться домой с повинной головой. Поднялся, повернулся и поплёлся назад.
Вернулся домой, низко опустив голову, виновато проскользнул в дверь, прошмыгнул в ванную, забился в уголок. На лице написано: виноват я, виноват, простите меня, если можете.
Главное, что дочь никогда его не бьёт, и никто из домашних их с Бэлой не обижает, а они тонкие натуры, чуть прикрикнешь, всё, по укромным углам спрячутся и ждут, когда гроза пройдёт.
Дети нас, взрослых, учат доброте и милосердию. Нас так же учат и наши домашние животные, они нас отлично понимают и принимают наши правила. И думать они умеют, и любят нас бескорыстной вселенской любовью, и счастливы просто быть с нами рядом.
