В СМИ периодически поднимается вопрос об отмене моратория на смертную казнь, введенного 16 апреля 1997 года посредством подписания Протокола № 6 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод Евросоюза. Последний смертный приговор как высшая мера наказания был вынесен в 1994 году в отношении педофила и приведен в исполнение в 1996 г.
Возникающие с тех пор разговоры об отмене моратория на смертную казнь происходят на фоне подобных событий: возвращение высшей меры наказания относится в первую очередь к педофилам и к убийцам.
Введение моратория на смертную казнь было одним из условий принятия России в Совет Европы как государства, ориентированного на демократические ценности.
С точки зрения рядового обывателя возвращение смертной казни в качестве высшей меры наказания по отношению к осужденным за преступления против личности, половой неприкосновенности и жизни несовершеннолетних, терроризм и, возможно, за некоторые другие категории – вполне приемлемо и адекватно.
На сегодняшний день самая строгая мера наказания – это лишение свободы пожизненно и весьма спорно, что гуманнее: расстрел или пожизненное нахождение в тюрьме.
С точки зрения юриспруденции смертная казнь – это действительно некий атавизм, несвойственный развитому демократическому обществу, ориентированному на построение правового государства. Законодательные принципы России, закрепленные в Конституции, уголовном законодательстве и прочих нормативных актах, такие как: гуманизм, право на жизнь и свободу, равенство и пр. Так, ч.2 ст.21 Конституции РФ регламентирует: «Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию».
Не вдаваясь в дальнейшие подробности, очевидно, что смертная казнь и закрепленные законодательно принципы – основополагающие начала – это несовместимые друг с другом категории.
Тем не менее, многие правоведы, юристы наверняка сделали бы исключение из правил, поддержав введение смертной казни в качестве высшей меры наказания в отношении педофилов даже в условиях жизни в правовом государстве, к построению которого мы стремимся.
И тут мы добираемся с вами до ключевого момента нашего анализа: почему же в том состоянии, в котором сейчас пребывает наша правоохранительная система, отмена моратория не только невозможна, но и преступна.
Пожалуй, отмечу три основных причины:
1. Судебная ошибка – это результат судебной деятельности, свидетельствующий о недостижении целей судопроизводства. Одной из задач уголовного судопроизводства является назначение виновным справедливого наказания (ч. 2 ст. 6 УПК РФ), а также реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (там же). Кроме того, ст. 53 Конституции РФ предусматривает возмещение ущерба, причиненного незаконными действиями органов расследования, суда и прокуратуры (ст.53 Конституции РФ).
Невозможно исключить «человеческий фактор» даже в отправлении правосудия, тем более при расследовании уголовных дел: и на этапе предварительного следствия, и в процессе сбора, фиксации доказательств, имеющих значение для дела и тому подобное. Иногда стоит на каком-то этапе допустить ошибку, неточность, поддавшись усталости, невнимательности, и все – может пострадать невиновный;
2. В случае пересмотра уголовного дела по вновь открывшимся обстоятельствам или по другим, предусмотренным законодательством РФ, основаниям, допустим, в пользу осужденного, которого уже казнили, легче ведь никому не станет, разве что его «доброму имени», но ведь самого человека уже нет в живых…;
3. Несовершенство правоохранительной системы России в целом.
Под несовершенством надо понимать не общую фразу «ни о чем», а вполне конкретные явления объективной действительности нашего общества.
Есть понятия «теория» и «практика». Так вот с точки зрения теоретических аспектов наше законодательство, в том числе и уголовное, вполне себе соответствует предъявляемым требованиям к такого рода нормативным актам. Но как только возникает необходимость в правоприменении, то есть в практическом воплощении теории, приходится сталкиваться с различными проявлениями реальности. Я не открою великой тайны, если сообщу о том, что приблизительно треть осужденных к реальному лишению свободы находятся в местах лишения свободы незаслуженно, по крайней мере с юридической точки зрения: дела «сырые», доказательной базы нет (в виду неотносимости доказательств), документы составлены в виде клише, особенно это касается обвинительных заключений.
Согласно статистике 2019 года, по состоянию на январь 2020 года в порядке кассационного производства было вынесено всего 2% оправдательных приговоров. Вдумайтесь: 2 %.....
Так происходит потому, что суды, несмотря на свою независимость как отдельной ветви власти, принимают решения, основываясь на мнении следствия и прокурора. Да, загруженность у судей огромная, много процессов, вникать в каждое дело физически сложно, поэтому максимум, на что можно рассчитывать при таком стечении обстоятельств, когда дело направили в суд, - это возврат прокурору для устранения каких-либо недостатков.
Но есть и еще одна «сторона медали». В случае вынесения оправдательного приговора наступают определенные негативные последствия для органов следствия и прокуратуры: первые не должным образом провели расследование, вторые – утвердили незаконное обвинительное заключение и направили дело в суд, в результате невиновный незаконно преследовался и содержался в СИЗО, к примеру. Таким образом, перечисленные товарищи некомпетентны, возникает множество вопросов и к руководству в этом случае, и к статистическим показателям, как бы цинично это не звучало.
Поэтому ни в коем случае нельзя отменять мораторий на смертную казнь: «Лучше оправдать десять виновных, чем осудить одного невинного» (Екатерина II , но это не точно).
Сложную тему, непростой вопрос мы сегодня с вами попытались рассмотреть. Возможно, у вас есть отличное от моего мнение по какому-то из пунктов – пишите, оставляйте комментарии, подискутируем.