Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Назад в будущее – 3. Достойное завершение и объединение в культовую трилогию

Всем привет!
Продолжаем разговор о кино. О кино самом разнообразном и под новым углом обзора.
Разные жанры, стили, режиссура – у каждого кинозрителя исключительно свои вкусы, и в своих публикациях я полностью отображу всю многоцветную палитру зарубежного и отечественного кино за более чем столетнюю историю его существования.
Здесь будут рассматриваться самые разнообразные фильмы: классика

Всем привет!

Продолжаем разговор о кино. О кино самом разнообразном и под новым углом обзора.

Разные жанры, стили, режиссура – у каждого кинозрителя исключительно свои вкусы, и в своих публикациях я полностью отображу всю многоцветную палитру зарубежного и отечественного кино за более чем столетнюю историю его существования.

Здесь будут рассматриваться самые разнообразные фильмы: классика киноиндустрии, авторское кино, новинки кинопроката и многое-многое другое.

Итак, поехали!

Надпись «Продолжение следует» появи­лась в конце первой части лишь с выходом фильма на DVD. В кинотеатрах, разумеется, фильм крутили без нее, потому что продолжения создателями и не подразумевались.

Т.е. произошло точно то же самое, что когда-то сделал Лукас, после выхода фильма «Им­перия наносит ответный удар» приписавший к «Новой надежде» подзаголовок «Эпизод IV». Вторая часть «Назад в будущее» закан­чивается точь-в-точь, как Пятый эпизод - на самом интересном месте. В «ДеЛореан», которым Док управлял в памятно нелетную погоду вечера 12 ноября 1955 года, попада­ет молния, в результате чего машина време­ни производит несанкционированный скачок в прошлое.

Казалось бы, Марти застрял в прошлом без единой возможности вернуться домой. Но все меняется, когда на сцену выходит вы­сококлассная американская почта, способ­ная бережно хранить письма на протяжении 70 лет. Док из 55 года, а также заботливая посылка Дока из 1855 года - «ДеЛореан».

Остается лишь порадоваться, что Брауна занесло «всего лишь» в конец XIX столетия, а не куда-нибудь во времена Колумба. Все ясно - на экране снова знакомая пара героев, а значит приключениям суждено повториться в третий раз. На этот раз в роли косметиче­ских изменений - антураж Дикого Запада, а традиционная фраза «Мама, мне приснился страшный сон!» и соприкосновение физионо­мии Таннена с навозом останутся на месте.

Но каждая из частей не случайна в сво­ем временном выборе. И если 1955-й был выбран ради молодых родителей Марти, 2015-й - ради его молодых детей (хотя это и было лишь сценарным зачином), то 1885 год - потому что по времени действия от­стоит от первого фильма ровно на сто лет.

Мало того, так Дикий Запад - любимая эпо­ха соскучившегося по вестернам Роберта Земекиса, пробудившего в себе настоящего мальчишку, который не мог не воспользо­ваться возможностью еще раз поиграть в ковбоев и индейцев. Когда еще выпадет та­кой шанс - поработать в, казалось бы, уже похороненном в Голливуде жанре? По сло­вам режиссера, 1885 год ко всему прочему интереснейшая эпоха для Дикого Запада: до промышленной революции, но Запад все еще дикий, настолько, чтобы только начать строить железную дорогу, но не найти ей луч­шего применения, чем систематические гра­бежи и взятия «на абордаж».

Неудивительно, что Земекису больше всего удовольствия доставили съемки имен­но третьей части. Во-первых, наконец-то снимали не в студии, а в удаленном месте, и проснувшись он видел перед собой прекрас­ный пейзаж. А во-вторых, он весь день мог ходить в крутой ковбойской шляпе.

Вторая и третья части были сняты всег­о за 11 месяцев с перерывом на 3 недели. Это напоминало съемки одного большого фильма, растянутые на целый год, если бы не тот факт, что постпродакшн (монтаж и озвучивание) второй части пришелся на конец съемок третьей.

-2

Земекису в течение трех недель ежедневно приходилось ле­тать из Северной Калифорнии в Бербанк и ночами контролировать процесс озвучивания, за которым днем следил Гэйл, а утром снова садиться на самолет и лететь на съем­ки третьей части. Ужинал Роберт прямо на съемочной площадке, а спал по 5 часов в сутки. Сам Земекис считает, что из-за нехват­ки времени второй фильм пострадал, и будь у него возможность, он бы укоротил его, сде­лав динамичнее.

Многие не понимают, что Марти МакФлай - не центральный персонаж всех трех фильмов. В первой части главным является его отец, а в третьей - Док Браун. Задача Марти - вернуться домой, но драматические персонажи - другие, не он. К концу второй ча­сти семья МакФлаев была показана со всех сторон максимально подробно, и в третьем фильме было решено углубить персонажа Кристофера Ллойда, а наиболее безумной выглядела идея показать его влюбленным.

На том и порешили. Примечателен тот факт, что именно в данном фильме Кристофер це­луется на экране впервые. Но кто мог влюбиться в Дока Брауна? Только школьная учительница, обожающая Жюля Верна. В этой роли Земекис и Гэйл могли представить лишь Мэри Стинберген.

Мнение сценаристов разделяли и дети ак­трисы, которые и решили исход переговоров, заявив, что их мама просто обязана сняться в этом фильме. Тогда Мэри еще не знала, что самым опасным моментом окажутся не скачки на лошадях и прыжки по поезду, а без­обидная, казалось бы, сцена танца с Кристо­фером Ллойдом. Как истинный джентльмен, он дернул в одну сторону, она - в другую... и порвала связки ноги. Но боль дала о себе знать строго после команды «Снято!».

Что же касается персонажа Фокса, то сценаристы вовремя заметили, что в первой части меняется лишь Джордж, в то время как Марти остается неизменным. В сиквелах это надо было исправить: у него появилась та­кая особенность, что он взвивается каждый раз, если кто-то усомнится в его храбрости. В третьей части Марти взрослеет и как бы ме­няется с Доком местами - теперь уже он дает влюбленному Брауну советы. Однако, несмо­тря на это, сам Майкл Джей Фокс все равно вечно чувствовал себя учеником на площад­ке, ему постоянно приходилось чему-нибудь учиться - игре на гитаре, езде на скейте и лошади, стрельбе из револьвера.

-3

Земекису и Гэйлу удалось сделать уни­кальную трилогию: стилистически все три части сняты в разном ключе, но каким-то немыслимым образом взаимодополняемы, а возникающее подозрение - не хотели ли сценаристы просто прокатить нас галопом по Европам на американских горках - кажется настолько кощунственным, что его гонишь прочь из головы.

Критиковать не хочется совершенно, уж лучше похвалить за то, что другой такой трилогии (чтобы и пятидеся­тые, и двухтысячные, и Дикий Запад!) днем с огнем не сыщешь. Ну а эти милые самоповторы и отсылки к «Звездным войнам», ко­миксам, вестернам Серджио Леоне, Клинту Иствуду и даже Майклу Джексону, которые к третьей части оказались возведены даже не в квадрат, а в куб? Они выставлены в таком комическом свете, что убери их - и трилогия станет беднее.

У каждой части трилогии свои поклон­ники. Первая - просто лучшая, хотя бы по­тому что она первая, а эффект новизны еще никто не отменял, да и по части самостоятельно­сти выигрывает у продолжений (сиквел заканчивается не просто надписью «Продолжение сле­дует», но еще и тизер-анонсом третьего фильма, ну а впервые смотреть заключение трилогии в отрыве от первых частей ре­комендовать не следует вообще никому). Вторую зрители ценят за позитивный ретро-футуризм и многочисленные отсылки к событиям оригинала. Третья же из комедийной фантасти­ческой ленты превратилась в полноценную пародию на це­лый жанр.

Но даже если абстраги­роваться от юмористичес­кой составляющей: первый фильм - типичный фильм 80-х, с материальными ценностями и символами успеха, какими они были в 80-е. Третий - больше о ду­ховном пути, а значит, обречен на более долгую жизнь в памяти зрителей, но... как же все-таки приятно, что вся трилогия по­лучилась столь цельной, где каждая часть поддерживает и не дает забыться другой!

Все три - уже не просто культовые фильмы, а настоящая классика, пересмотрев кото­рую сейчас, можно лишь удивиться, сколь добротно сделана трилогия, особенно по сравнению с фильмами тех лет.

Подписывайтесь на канал и, как обычно, не забывайте оставлять комментарии со своими замечаниями, предложениями и пожеланиями.

Важно мнение каждого!