Я держалась, держалась, а потом ковид так обрушился на меня, с такой силой, что я едва не отправилась в путешествие на тот свет. Вернее, не в путешествие, а в путь в один конец, без права возврата на эту бренную землю.
Мне было очень, очень плохо. Высокая несбиваемая температура, непрекращающаяся тошнота, отсутствие сил, нехватка воздуха и в одну ночь примешалось ещё что-то типа расстройства желудка - хотя я абсолютно ничего не ела. А врачи говорят, что если ковид поселится в кишечнике - это наихудшее развитие событий.
От нашей палаты до туалета буквально пять шагов. И вот я с трудом делаю эти шаги туда и обратно и просто падаю поперёк кровати, хватая кислородную маску и задыхаясь, как рыба, выброшенная на берег. Слегка похватав кислород, с трудом укладываюсь на кровать. И так за ночь раз пять или шесть.
Утром врач, узнав о моих ночных похождениях, сделав огромные глаза, сказала :" Нельзя! Это грозит вашей жизни!"
И предложила мне на выбор : памперс ! или судно!
Вот ужас-то..... А куда было деваться? Поставили мне на стульчик возле кровати белую посудину. Слава богу, никаких "серьёзных" порывов со стороны моего организма больше не было. Видимо, он понял, что это испытание для меня - уже слишком....
Ну а по более скромным потребностям - куда ж деваться? - приходилось гнездиться на посудину.
Делала я это тихо, интеллигентно, выбирала моменты, когда все дремлют и не видят моего позора. Честно, было очень стыдно и неловко.
Нас в палате было четверо. Палата большая, просторная. Напротив лежала женщина Нинель, всем и по любому поводу завидующая и пожилая, интеллигентного вида професорка и кандидатка каких-то там наук, Фаина Александровна. Сильно глуховатая на оба уха. По крайней мере, когда разговаривала с врачом, без конца переспрашивала, врач общался с ней на повышенных тонах.
Смотрю, все вроде спят. Фаина вообще отвернувшись от меня.
Тихонько поднимаюсь, аккуратно устраиваюсь на "насест". Фаина тут же лихо разворачивается, устраивается поудобней и с интересом вонзает в меня свой взгляд.
И так каждый раз.
Я терпела, терпела, потом говорю её : " Фаина Александровна, вам так интересно? Вы понимаете, что мне и так стыдно и неловко? Вам слово "такт" о чём-нибудь говорит?"
Она сразу засуетилась, заюлила :" Ну что ты, что ты, Люсичка!... Да я ничего.... да я и не думала..."
И с этого момента профессорка Фаина просто забодала меня своим вниманием.
Мне и так плохо, а тут еще она со своей "заботой".
Подойдёт к раковине, плеснёт там себе что-то в лицо - типа умоется - и ко мне : " Люсенька, тебе, может, полить умыться? А то лицо такое - показывает двумя руками, какое у меня большое лицо- такое.... распаренное...."
"Тебе б такую температуру, посмотрела бы я на твоё лицо" - думаю я про себя.
А то подойдёт к кровати, смотрит на меня сочувственно : " Бедная, бедная.... Как тебе тяжело дышать! Да ещё этот лишний вес!"
Я не знаю, что она прикопалась ко мне с этим лишним весом ( я, кстати, за время болезни похудела в больнице на 10 кг и дома ещё на 5), были в палате и покрупнее меня ( например, женщина Нина).
И вот всё в таком духе. Вроде и сочувствие высказывает и в то же время шпильку каждый раз обязательно вставит елейным голоском, буравя тебя честными глазками-бусинками истинной коммунистки...
У меня в какой-то момент даже было желание накляузничать на неё врачу. Но, во-первых, не было сил, а во-вторых, я посмотрела на это с точки зрения "посмеяться".
Думаю, да пусть старушонка развлекается,... Может, у неё, в её годы другой радости не осталось, как только сказать кому-нибудь гадость...
Ведь для счастья человеку так мало надо!
Мои ковидные приключения:
Вот и я стала "дамой голубых кровей" - мне тоже на голову упала корона
Божьи одуванчики, бабушки-старушки... Мои палатные невинные вампиры
"Принцесса" на боевом дежурстве. Ночной досуг медсестры ковидного отделения
Подруги по "ковидному несчастью"