На Волшебном острове со мной было много чудес. Об одном я писал тут , а вот еще расскажу.
В одну из экспедиций мы как-то особенно долго добирались до Волшебного. И почти четверо суток ноги мои были все время сырыми и холодными. Вода ледяная, дно лодки чуть не промерзает, и для промокших ног – это смерть. И вот как доплыли, сел я у костра, снял сапоги, размотал портянки, и чуть не заплакал – потому что понятно было, что завтра вместе со всеми в поход я не иду. Мне идти нечем. Хана моим ногам. Пока двигался – как-то не ощущал, а тут разулся – и увидел. Ноги синюшно-красные, все в огромных полопавшихся пузырях – зрелище не для слабонервных, и даже не для дипломированных врачей, таких как я, которые на своей практике многое повидали.
Короче, такие ноги не ходят. А лодочный маршрут почти закончен здесь, на Волшебном, и дальше - только пеший, а я идти не смогу, и никто не только меня не понесет, вещи то мои. Короче, выходит, что я зря вообще сюда добирался. Потому что пока ничего кроме озера, по которому плыли, я не видел. И ничего не остается мне интереснее ежедневного дежурства по лагерю, и завистливого выслушивания рассказов товарищей про вылазки к мистическим местам.
И сижу я, не плачу, конечно, но очень, очень печалюсь. И просто реально не понимаю, что делать – гляжу на свои бесполезные страшные конечности, и не понимаю. Сижу и не двигаюсь вообще. Как застыл.
И подходит ко мне наш проводник, смотрит на ноги мне, вздыхает, жалеет молча. Потом приносит мне камень горячий, нагретый в костре и завернутый в полотенце – тут все такие камни в спальники себе для тепла кладут. И кивает головой на палатку – иди мол, спи, горемычный наш. И я побрел, как мог, ступая только на боковой край стопы, потому что на всю наступить не мог, и лег спать, сунув ноги в мешок как были – ничем даже не смазал и не промыл – настолько безнадежная была картина, что я забил просто на это.
Как спал, я не помню, а проснулся – на улице такое солнце, ветерок приятный, не погода, а мечта. Все уже шуршат по делам, ну и я встал, вылез из палатки, намотал портянки, надел сапоги. Че-то там со всеми поделал, сбегал за водой, территорию прибрал.
А потом глянул на палатку - и вспомнил с ужасом, как вчера сидел со своими страшными, уродскими ногами, и не то, что ходить, вставать не планировал. И я медленно-медленно, как будто не со мной все это происходит, не понимая, чего ждать, сел, снял сапог, размотал портянку, и уставился на свою ногу.
На ноге не было ни одного пузыря, ни одного синюшного пятна. Нога была розовая и гладкая, и выдерживала только одно сравнение – она была как попка у младенца. Идеальная нога. Я так же медленно размотал вторую – такая же милая и розовая.
Я подумал, мама родная, что это за фигня такая тут происходит? Спросил проводника - че это? Он ответил – ниче, это остров волшебный.
Это было мое первое путешествие на Кольский, и чудо, которое со мной реально было, меня потрясло. Я каждый год ездил потом туда.
И чудеса всегда были, но никогда не повторялись.
Если вам было интересно читать, то поставьте, пожалуйста, лайк и подписывайтесь, чтобы и дальше узнавать мои приключения!