Глава 1.38.
Бабушка жила в Самарканде долго, её многие знали. Работала в школе преподавателем, потом на пенсии, уже на почте. Её ученики хорошо были устроены и всегда помогали. Она редко к кому обращалась за помощью, да и особо незачем было! В целом, всё в жизни было хорошо.
Бабушка, прививала мне любовь к религии не навязывая, а по моему личному ощущению и восприятию. Мы много с ней говорили про веру, Бога и то, как всё устроено. Бабушка рассказывала про разные миры, как они устроены и какие в них законы. На тот момент я уже понимал, что смерть плоти (тела), не является смертью духа.
Я любил в Самарканде с бабушкой ездить в церковь. Там было красиво, всё всегда аккуратно покрашено в белый цвет, можно было брать свечки, какие хочешь, и ставить читая молитвы. На тот момент, я знал наизусть "Отче Наш", " За упокой" и другие. В церкви всегда давали иконки, если хочешь, и все это было бесплатно.
Пару раз в месяц в выходные по моей просьбе, мы с бабушкой приезжали в церковь.
В один из таких дней, когда погода была тёплая, ласково грело солнышко, а природа наполнялась зеленью, я вышел из церкви в клуатр (двор церкви).
На улице стоял стол и скамейки, где я и решил посидеть. Я разглядывал здания церкви и думал о том, как же тут красиво и хорошо. Через пару минут ко мне подошёл монах в рясе и сел напротив меня.
Я поздоровался с ним. Вначале он промолчал, и только потом сказал:
- Раб Божий, здравствуй! Что делаешь ты в нашей обители?
Было сложно понять все его слова, но смысл я отдалённо осознавал.
И я ответил:
- Я с бабушкой пришёл, она сейчас в церкви, а я тут сижу, отдыхаю и её жду.
Священник, стал расспрашивать меня:
- Веришь ли ты в Бога и кому молился сегодня?
Я ответил:
- В Боженьку верю, молился на распятие и святым апостолам.
Священник продолжал:
- Какие молитвы знаешь, создание Божие?
Я ответил:
- Знаю наизусть "Отче Наш", " За упокой" и другие.
Священники мне почему-то не поверил и решил проверить:
- Расскажи мне «Отче Наш»!
Я начал ему рассказывать:
- Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твоё; да приидет Царствие Твоё; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого. Ибо Твоё есть Царство и сила и слава во веки.
У меня было неприятное чувство, что мне не поверили и тем более в таком месте. Я решил спросить:
- А почему Вы мне не поверили, что я знаю молитвы?
Священнику явно такой вопрос от ребёнка был не по душе, он посмотрел на меня и промолчал.
Потом он вдруг продолжил мне говорить про ад и рай, и про то, что нужно вести себя хорошо, не перечить старшим!
Я выслушал его и сидел молча, по той причине, что был с ним не согласен! Священник это заметил, что я молчу и спросил:
- Ты почему молчишь, ада испугался?
У меня появилось чувство, что он в отместку за мой вопрос стал меня стращать (пугать) адом!
На что я ему ответил:
- В ад, по Вашим словам попадают грешники. А если мы по вере появились на свет по греху рождения то, получается мы все грешники и в рай мы не попадём. Значит нам с Вами только в ад!
Мои слова возмутили его, да так, что в начале он аж привстал, но потом снова сел на скамейку. Глядя на него, я почувствовал, что тот хочет дать мне подзатыльник. Но он сдержался и спросил меня:
- Почему, ты так считаешь?
Я ответил:
- В Библии написано, что люди рождаются в грехе. А раз мы с Вами люди, то получается мы грешные. А в ад попадают грешники и нет ни одного человека на земле без греха! Также, такое понятие как ад и рай, придумано людьми и оно не верно. Потому что люди на этом свете живут не долго, и почему за малое время, мы должны мучиться в аду вечно?
Чем больше я говорил свои мысли, тем сильнее раздражался священник.
Он перебил меня и спросил:
- Откуда ты всё это знаешь, кто тебе рассказал?
Я по своей детской простоте сказал, что всё это мне рассказала бубушка и миров больше чем ад и рай, и они совсем другие и не такие какими нам представляются!
Священник вновь раздражённо встал из-за стола и спросил меня:
- А сюда, ты зачем ходишь тогда?
Я сказал:
- Мне тут нравится, тут хорошо, красиво, я ставлю свечки за здравие и упокой.
Чем спокойнее и искренне я отвечал, тем сильнее был раздражен священник! Меня даже это начало пугать и я побежал к бабушке.
В след мне священник крикнул:
- Ведьмин внучек!