Генерал Разуваев давно был знаком с Командующим ВВС. Их пути пересеклись ещё во Вьетнаме. Там молодые капитаны получили свой первый боевой опыт. С тех пор несколько раз встречались. По счастливой случайности даже в академиях учились одновременно. Один в академии имени М.В. Фрунзе, другой - имени Ю.А.Гагарина. Любимым местом встречи офицеров был музей ВВС в Монино. Тогда они с гордостью любовались ярчайшими экспонатами отечественной авиации... Не подозревали они, что встретятся здесь, в Афгане, уже генералами. И не могли в те времена даже предположить, что слова "Служу Советскому Союзу" уйдут в прошлое..., как и сам Союз...
(начало этой истории - здесь)
Но сейчас им предстояла серьёзная работа и боевые генералы понимали друг друга с полуслова:
"Дмитрий Саввович, пока всё идёт по нашему плану. На лжеобъекте ждут авиационный удар. По нашим сведениям там под десяток ПЗРК, зенитных установок. Отправлять спецов для борьбы с ними - слишком рискованно. И от удара отказываться никак нельзя и самолёты мы терять не должны. Как будем выходить из ситуации?"
"Дмитрий Степанович. Меня сейчас больше всего заботят основные объекты. Предстоит нанесение трёх одновременных ударов четырьмя полками. Сложный рельеф, да и ПВО там на высоте. Штурманы просчитали варианты и несколько схем нанесения ударов. В воздухе будет очень горячо. Придётся заходы выполнять с разных направлений и со сложных видов маневра. Иначе - будут потери... А насчёт лжеобъекта - там как раз всё просто..., " - генерал улыбнулся. "По звену из каждого полка выходят на рубеж встречи с афганскими эскадрильями. Далее, без снижения с высоты 6000 метров выполняют бомбометание и возвращаются на свои аэродромы. Точность, разумеется, будет очень низкой..."
"А точности там и не требуется. Нам нужен разумный "ба-бах"..., - улыбаясь произнёс Разуваев. "Тут мои разведчики недавно доставили подробную схему объекта номер один. Здесь указаны все расстояния и огневые точки. Думаю, что твоим соколам она пригодится."
"Степаныч, я правильно понимаю, что там твой человек побывал?", - прищурив один глаз, спросил командующий...
"Излишнее любопытство, товарищ генерал, порождает излишние вопросы! Ну, как говорил наш общий знакомый, - "Вперёд, за орденами!"
Боевые друзья обменялись крепким рукопожатием и направились в свои "беспокойные хозяйства". И не за орденами, а на свою мужскую работу. Обыденную, трудную, порой изнуряющую и доводящую до состояния "выжатого лимона". Но оба понимали, что за их спинами тысячи и тысячи чьих-то сыновей, братьев, мужей и отцов. И за каждого они были в ответе...
. . . . . . . . . . . . . . . .
Алим поправил чалму и поклонился Виталию. "В двенадцать часов здесь будет очень жарко. Ставр велел уходить. Через час я увожу караван", - произнёс он и продолжил движение. Виталий, сохраняя спокойствие, направился к Бахтияру. "Слушай, Баха, что у тебя на часах? Мои то ли сломались, то ли я их плохо завёл".
"Сейчас без четверти восемь. А у тебя они не падали, случайно? Мои в том году пришлось выбрасывать. Вот новые купил. Электронные", - Бахтияр с гордостью показал часы с дорогим браслетом. Давай махнёмся?"
"Нееет, мои противоударные. ..", - пробормотал Виталий, перебирая в уме варианты отхода. Через четыре с лишним часа здесь камня на камне не останется. Схема лагеря с подробным описанием объектов, привязкой к характерным ориентирам ещё неделю назад была передана Алиму. И буквально вчера она оказалась у Разуваева...
Бахтияр посмотрел на часы...
"Ты куда-то собрался?" - спросил Виталий.
Бахтияр внимательно посмотрел на своего коллегу и вдруг лицо его озарилось... "Слушай, а пойдём с нами? Виталий, давай с нами?! Алим должен повести караван. Я с Газизом переговорю. Давай, решайся!"
Виталий сделал насколько возможно безразличный вид . "Да ну! Переться куда-то в горы. Как говорят в Одессе - просто для походить мне не интересно!"
Бахтияр приблизился к Виталию и тихонько пробормотал: "Груз очень важный. Придётся идти там, где месяц назад накрыли наш караван. Ну, если ты не боишься встречи со своими, конечно!"
"Баха, вот дам тебе сейчас очень больно! Я уже ничего не боюсь!"
... Через час группа в составе нескольких человек из центра подготовки вышла на встречу с караваном. Газиз поначалу возражал убытию Бахтияра, а тем более - Виталия. Но он был озадачен другим событием.
Ему не терпелось оказаться свидетелем расправы над советской авиацией. Отмахнувшись от Бахтияра, он направился к Сулейману.
"Мой господин, у меня есть предложение посмотреть работу наших зенитчиков в реальной обстановке. Перед Великим походом нужна хорошая мотивация. Вертолёт готов..."
"Газиз, для поля боя есть другие люди. Мы им за это платим и думаем за них. Сам не полечу и тебе запрещаю. Лучше давай посетим центр Максуда. Там сейчас завершается подготовка по северным объектам, если ты не забыл. Вот и будет им мотивация от встречи с нами. Вылет через час"...
"Слушаюсь, мой господин! Сейчас десять сорок. Предлагаю вылет на 12 часов"
"Я сказал - через час!"
Газиз покорно склонил голову и вышел из кабинета Хозяина. "Странно, Хозяин не на нервах, а так жёстко ответил. Значит, так надо! Или он знает что-то такое, чего не знаю я?" - рассуждал Газиз.
Сулеймана не покидало неприятное предчувствие. Он был великолепно осведомлён о том, что в 10 часов утра Командующему должны были доложить о готовности авиации к боевым действиям. Он не мог знать о том, что бОльшая часть сил авиации будет наносить удар по другим объектам. Всё шло по известному ему сценарию. В это хотелось верить. Но внутреннее чувство тревоги не покидало его...
. . . . . . . . . . . . . . . .
"Старт, 401-му группой запуск! - последовал запрос от командира первой штурмовой эскадрильи.
"401-й, запускайте" - прозвучал знакомый голос в эфире. Командир лично руководил на СКП (стартовый командный пункт). После того, как сбили Руцкого, командующий ограничил вылеты командирам полков. А по сути - негласно запретил им вылетать на боевые задания. "Ваша задача - руководство полком, а не выполнение пилотажа в районе боевых действий. Достаточно с нас Александра Владимировича", - сказал однажды командующий ВВС...
(Руцкой Александр Владимирович - Герой Советского Союза, первый и последний вице-президент России, генерал-майор. Дважды проходил службу в Афганистане в должности командира авиаполка -1986 год и заместителя командующего ВВС 40 армии - 1988 год. За период войны в Афганистане был дважды сбит. В 1986 году - с применением ПЗРК, в 1988 - самолетом F-16 пакистанских ВВС - примечание автора)
До удара оставалось немногим более сорока минут. Сулейман неторопливо выходил из резиденции. На выходе его встретили Газиз и Максуд. Оба склонили головы и ждали указаний.
"Максуд, полетишь с нами. Мы хотим проверить готовность твоих людей для работы на Кавказе. Через месяц им предстоит устроить там пожар. Ты хорошо знаешь Азербайджан, поэтому возглавишь там борьбу против чужаков. Абульфаз тебя там встретит. Он возглавил "Народный фронт" и зарекомендовал себя настоящим борцом против коммунизма. С ним и начнёшь деятельность. Борьба будет жёсткой. А твой зам отправится к Звиаду. У него крепкие позиции в Тбилиси..." - Сулейман окинул взглядом резиденцию, словно прощаясь с ней.
"Мой господин, вертолёт готов. До вылета - 10 минут, - доложил начальник охраны и открыл дверцу внедорожника.
Колонна из нескольких автомобилей тронулась в сторону вертолётной площадки. Тревожное состояние Хозяина передалось Газизу.
Он позволил нарушить тишину: "Мой господин, что-то случилось? Что Вас так беспокоит? Может, стоит отменить наш вылет?"
"Не покидает меня плохое предчувствие. Кстати, а почему меня не провожал Бахтияр? И где Виталий?" - спросил Сулейман, нервно перебирая четки в руках...
"Решил я их отправить с караваном. Там сложный маршрут. Груз важный. Да и засиделись они в центре. Полезно будет проветриться"...
"Хорошо. Пускай отвлекутся немного. После возвращения от Максуда займёшься подготовкой людей для работы в Туркмении и Казахстане..."
Вертолёт слегка качнулся и плавно оторвался от земли. Сулейман сидел в удобном кресле и наблюдал через стекло иллюминатора за резиденцией и центром подготовки. Когда те исчезли из вида, он откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза...
Неожиданно вертолёт заложил крутой вираж и стал резко уходить вниз. Прозвучал шум реактивных двигателей.
"Что происходит? - прокричал Газиз и бросился в кабину к лётчикам. Те смотрели в правую сторону и немного вверх. В нескольких километрах от них пролетала эскадрилья штурмовиков Су-25, а точно над ними проревела двигателями восьмёрка Су-24.
"Куда они летят?" - Сулейман уже стоял в дверях. Газиз посторонился, пропуская вперёд Хозяина.
"Они пролетают в стороне от нашего центра. Вероятнее всего - пошли на Хост..."
Сулейман проводил взглядом самолёты и вернулся в кресло. Он смотрел невидящим взглядом в иллюминатор.
"Газиз, мы возвращаемся!" - вдруг скомандовал Хозяин. Вертолёт плавно лёг на обратный курс. Через несколько минут их взору открылась страшная картина: от центра подготовки боевиков и резиденции Сулеймана остались горящие руины. Сильный пожар сопровождался несколькими мощными взрывами. Сдетонировали боеприпасы на складе.
Пальцы Сулеймана, сжимавшие крышку дорогого стола, побелели. Он не мог поверить своим глазам. Газиз, ... Газиз", - всё что смог он произнести.
Придя в себя, Сулейман скомандовал: "Уходим в Мираншах!" (Пакистан - примечание автора)
Продолжение истории - здесь
Если история Вам интересна - можете поставить лайк, буду признателен Вашим комментариям. При желании подписывайтесь на канал. Всем мира и добра!