Однажды в детстве решили мы сходить на болото. У нас шайка была из четырёх пацанят, везде вместе лазили. Что тока мы не вытворяли, но на болота тогда пошли в первый раз… Ну собственно и последний.
Предложил Горшик, тот ещё выдумщик, ну а мы все поддержали затею, в детстве всегда к приключениям тянет.
В тот день нас на огород послали, траву полоть, а мы убёгли. Всё нипочём казалось. Детский азарт всегда был сильнее страха перед наказанием. Напакастим чё, а потом стараемся не думать об этом, будто бы мы не знаем, значит и другие не узнают. Хех… Как умно голова робила.
Дак вот идём мы на болото, сердчишко стучит, то-ли от страха, то-ли от азарта. Во-о думаю интересно щас будет.
Полем прошли, затем лесок и вот кусты перед нами, а за кустами болото. Нарвали веток, ну вроде как оружие себе сделали, и в эти кусты зашмыгнули. С трудом пробирались между переплетённых веток, исцарапались, ноги промочили, выбрались таки из кустов. А болото оказалось камышом заросшее, не видать ничего, высока трава, а внизу вода ряской затянута. Хорошо хоть кочек болотных много, они шевелятся под ногами, но не тонут. Я попытался измерить глубину палкой, но палка скрылась под водой так и не коснувшись дна, вытянуть её обратно у меня не хватило сил.
Самый мелкий из нас был Липка, лет семь ему тогда было. Решили приподнять его, чтоб глянул что там за камышом творится. Он обрадовался такому важному поручению. Как матрос на мачте сидел он на плечах Даника, вглядываясь в даль. Кругом говорит камыш один, но есть дерево сухое, не сильно далеко от нас будто бы. Ну что мы зря сюда пришли что-ли, хоть до дерева сходим, залезем на него и сверху всё болото разглядим.
И вот прыгаем мы с кочки на кочку среди камышей, ничего вокруг себя не видим.
Впереди меня Горшик шёл. Вижу прыгает он на кочку, а рядом с его ногой ящерица соскользнула под воду. В этот момент я начал осознавать опасность нашей забавы. На месте этой ящерецы могла оказаться ядовитая змея. Но я промолчал, чтобы не показаться трусом.
Далеко уже зашли, устали прыгать по кочкам болотным, а дерева всё не видно. Решили снова Липку поднять над камышом, чтоб направил куда идти дальше. Устали все, даже худенького Липку поднять тяжело. Поэтому вдвоём мы с Даником раскорячились на трёх кочках с Липкой на руках. Малец огляделся и, тыча пальцем в сторону, крикнул:"Там оно! " И только проговорил, как напрягся весь. Мы испуганно спрашиваем что он там увидел. А он дрожащим голосом говорит:"Там женщина сидит на ветке. У неё когти как у курицы".
Не знаю, посмотрела она на него или что, но он истошно вскрикнул и дёрнулся в сторону. Мы с Даником не устояли и вместе с Липкой в болото плюхнулись. Тут же раздался очень громкий женский смех. Этот жуткий звук пронёсся по всему болоту и не было понятно с какой он стороны доносится.
Горшик вытянул из воды Липку, а мы с Даником сами выбрались на кочки. Смех резко прервался.
Ветер легонько шевелил шуршащий камыш, а с нашей одежды стекала вода. Мы ошарашенно смотрели друг на друга. Зубы стучали от страха и холода. Вдруг кочка под Даником резко ушла под воду увлекая его за собой. Всё произошло за мгновение и вновь разлетелся по воздуху злорадный женский смех. Я бросился к тому месту где ушел под воду Даник и опустил руку в вязкую тину. Трудно описать чувства которые я испытал в тот момент. Нестерпимый ужас, и предчувствие чего-то жуткого, скрывающегося в этой мутной воде, сковывали мои движения, но я не мог там оставить друга. Я тянулся всё ниже, лицом коснулся тины, меня начинало мутить от запаха гнилой воды, но никого так и не нащупал. Горшик подал мне свою палку, и я опустил её под воду на сколько смог, в надежде что Даник ухватится за неё… Всё бесполезно…
Смех вновь резко оборвался, и к нам интуитивно пришло осознание, что кто-то из нас может стать следующей жертвой. Паника завладела нашими телами и разумом. Мы обезумев ринулись обратно, откуда пришли. Ноги часто срывались с кочек мы падали и снова бежали. Камыш хлестал по лицу иногда оставляя порезы. Я уже не видел своих друзей, однако слышал их рядом. Всё смешалось в одну сплошную серую массу. Мы уже давно должны были добраться до кустов, но их не было. И тут я наткнулся на Горшика, чуть не сбив его с ног. Он засомневался что движется в правильном направлении и остановился. Я тоже не мог сориентироваться. В горле пересохло, а лёгкие словно горели. С нас ручьём лил пот. И вот мы осознали что с нами нет Липки.
Начали отчаянно звать его по имени, но он не откликался. Я встал на четвереньки, опираясь руками и коленями на две соседние кочки. А Горшик встал мне на спину. Липку он не заметил зато увидел неподалёку кусты за которыми должно закончиться болото.
За бедного юнца мне стало страшней чем за себя и я настаивал вернуться за ним. Но Горшик пытался меня убедить, что ребятам уже не помочь. Честно сказать я был с ним почти согласен, ведь в этом болоте творилась какая-то чертовщина. Но всё-же совесть не позволила мне уйти и мы разделились. Горшик пошел к кустам, а я обратно.
Вскоре я услышал мольбу о помощи, это был голос Липки. Я радостно закричал, что иду к нему и побежал на голос, прыгая с кочки на кочку. Через некоторое время я остановился и окликнул его. К счастью он ответил, но ответа я ждал с другой стороны. Что поделать, повернулся и пошел на голос. Когда в следующий раз его окликнул, то голос вновь донёсся сбоку от меня. Так продолжалось снова и снова, я понимал, что кто-то меня дурачит, но не мог же я оставить попытки спасти друга. Я плутал по болоту пока не выбился из сил, да и понятия не имел где нахожусь. И снова этот безумный хохот окружил меня, а высоко на небе пролетела большая чёрная птица . В отчаянии я опустился на большую кочку из сухой колючей травы и зарыдал. С тех пор как меня разлучили с родителями, я не позволял себе такой слабости, но в этот раз не сдержался. Безвыходность и обречённость душили меня.
Когда я собрался с силами и вытер слёзы, от воды начал подниматься туман. Солнце ушло на горизонт, окрасив облока золотисто-красным оттенком.
Я встал и просто пошёл прямо. То справа то слева доносились голоса Даника и Липки, но я старался не обращать на них внимание. Иной рас Липка настолько жалобно и близко звал о помощи, что стоило огромных усилий не броситься ему на помощь. Со временем голоса и смех остались позади и затихли вдалеке.
В опустившихся сумерках разглядеть кочки по которым я шёл было всё труднее, но прежде чем болото накрыла ночь, я вышел к кустам. Пробираясь между веток, у меня не было уверенность что болото меня отпустит. Однако выбравшись из кустов, с облегчением ощутил под ногами твёрдую почву. Долго или нет бежал в полумраке уже не помню,но всё-же добежал до деревни.
Горшик уже всем рассказал о случившемся и меня встретили шумной толпой. Народ долго разглядывал меня словно опасаясь чего-то. Я умолял пойти на поиски Липки, но никто не осмелился идти ночью в болото. Взрослые знали что туда и днём ходить опасно, что уж говорить про ночь.
Однако на рассвете Липка вернулся сам. Это было неожиданно для всех. Многие сторонились его, подозревая что это не он вовсе. Ну а я продолжил с ним дружить, хотя он так и не рассказал как пережил эту ночь. С годами эта история подзабылась, но будучи уже взрослым Липка, без видимых на то причин, вдруг лишился рассудка. Беднягу увезли в госпиталь и с тех пор его никто больше не видел.
Ну а на болота я впредь не ходил и других остерегал от этого.